15 Декабря 2018
$56.8
70.53
16+

PDA-версия
Рубрики
К началу
Новости дня
К 70-летию Великой Победы 16.02.2015

Кутузов дошел, и мы дошли

Фотограф: АЛЕКСАНДР СОЛОДКОВ

А Николай Каштанов доехал

А Николай Каштанов доехал

Старые раны, как известно, болят. Отзываются на смену погоды, перегрузки и даже плохое настроение. Но на этот раз вроде бы и причин не было, а нога опухла и разболелась так, что Николай Григорьевич все-таки решил отправиться к врачам. Рассматривая только что сделанный рентгеновский снимок, хирург ахнул: «Так у вас же два осколка в ступне сидят!»

Я еще повоюю

Заключение консилиума оказалось не очень утешительным: за 70 лет осколки так «вросли» в сосуды и сухожилия, что успех операции гарантировать трудно. Ветеран рассудил: раз уж столько времени прожил с вражескими «подарками», не зная о них, то и дальше проживет. Отек и воспаление сняли. А Николай Григорьевич, вернувшись домой, поду­мал: может быть, и военные хирурги не стали трогать мелкие осколки, чтобы не рисковать? Ведь ему в те дни еще и 18 лет не было.

Призвали его почти сразу после освобождения Калинина. Отправили недалеко – под Старицу. Их часть стояла у Емельянова, бои шли такие горячие, что ледяной окоп казался мягче постели. Несколько часов сна во время затишья было счастьем.

Николай только начал привыкать к фронтовой жизни, когда в одном из боев резкая боль полоснула по щиколотке, и сапог стал быстро наполняться кровью. Он пытался передвигаться сам – стыдился, что его, здорового парня, девчонка-санитарка на себе потащит. Но без помощи обойтись не смог. А дальше – медсанбат, госпиталь, операция. Заживала нога медленно, и врачебная комиссия была непреклонна: к прохождению дальнейшей службы не годен.

Можно представить, что чувствовал Николай, ставший инвалидом в неполные 18. Но прошло несколько месяцев, боец подлечился и попытал счастья снова. Битва за Ржев подходила к концу, но требовалось новое подкрепление. На этот раз врачи отнеслись к Каштанову более снисходительно, и он вновь надел шинель.

По деревянным рельсам

Своевременное обеспечение передовой боеприпасами всегда имело первостепенное значение, и вернувшийся в строй солдат оказался именно на этом ответственном участке – сел за руль полуторки, регулярно выезжая в рейсы с драгоценным и очень опасным грузом.

Была весенняя распутица, дороги развезло, к тому же части стояли далеко, и ездить приходилось по бывшим колхозным полям и через луговину. К месту боев прокладывали деревянные «пути» – бревна укладывали на некотором расстоянии друг от друга и прибивали к ним доски. В целях экономии материала и времени клали не полный настил, а только две дорожки под колеса. Требовалось виртуозно водить машину, чтобы на хорошей скорости не сойти с таких «рельсов». К тому же вся территория простреливалась немцами, и любая поездка могла стать последней. Но мысли об опасности уходили на второй план, когда привезенные снаряды к «катюшам» и «андрюши» моментально разгружались и сразу шли в дело.

Фронтовой путь Николая Каштанова оказался длинным. После Ржева их перебросили под Смоленск, впереди были Белоруссия, Польша, Восточная Пруссия. Дома у ветерана висит парадный пиджак – вся грудь в наградах. Что, казалось бы, значит на таком фоне благодарственная грамота? А он бережно хранит ее – протершуюся на сгибах, склеенную скотчем. Потому что в этих строках – все этапы последних месяцев войны. Грамоту вручили армии и каждому бойцу. За взятие Бенкхайма и Тройбурга. За Летцен. За прорыв мощной долговременной обороны противника в районе Мазурских озер, считавшейся у немцев со времен мировой войны неприступной системой. За Ландсберг и Бартенштайн – крупные узлы коммуникации и сильные опорные пункты обороны в центральных районах Восточной Пруссии. За Хайлигенбайль – последнее немецкое укрепление на побережье залива Фриш-Гаф. За Кенигсберг, за ликвидацию окруженной в Восточной Пруссии группы войск в районе Курльстальской косы… Для него это не просто длинный перечень населенных пунктов. Вспоминаются картины боев, гибель товарищей. И, конечно, радость: скоро конец войне.

В кузове – мука и мина

Не забыл он и пейзажи – чужие, но прекрасные. Курльстальская коса, уходящая в море на 250 километров, поразила своей красотой. Здесь – главные мировые запасы янтаря. Волны регулярно выносили на берег солнечный камень, и местные мальчишки, убедившись, что от советских солдат ждать неприятностей не стоит, предлагали подарки моря в обмен на продукты.

Потом их перебросили в центр Германии, в город Бунцлау, расположенный в 70 километрах от Берлина. Там красноармейцы увидели арку, на которой кирпичами была выложена надпись: «До сих мест дошел великий русский полководец Михаил Илларионович Кутузов». Пройти по следам человека, разбившего Наполеона, – это чего-то стоит! А на местном кладбище они хоронили своего командира, подорвавшегося на мине…

И за Николаем смерть по пятам ходила. Как-то Каштанов ехал по шоссе и вдруг заметил впереди рассыпанные на дороге «кнопки». На всякий случай стал жаться к обочине. Его догнала группа польских танкистов. Спросили, что случилось. Объяснил. Ему предложили отъехать немного назад, на безопасное расстояние. А потом головной танк на сумасшедшей скорости рванул прямо по заминированному участку. Ловушка сработала, но на несколько секунд позже, и машина миновала смертельную территорию. Вслед за ней, уже не спеша, утрамбовывая вздыбленную взрывами землю, двинулись остальные.

В другой раз вражеская мина залетела прямо в кузов полуторки Каштанова. На его счастье, в этот день он вез не боеприпасы, а муку на продуктовый склад армии, которая сработала как песок. Только мешки испортил, и все.

Николай продолжал служить в армии еще два года. В 1947-м вернулся в наш город, устроился водителем на автобазу Калининэнерго. Много трудилось здесь хороших шоферов, но начальство больше всего доверяло тому, кто проехал по фронтовым дорогам от Ржева до Берлина.

Несколько месяцев назад Николай Григорьевич отметил 90-летие. Несмотря на годы, спина не согнулась. В прошлом году ветеран получил еще одну награду, от президента Белоруссии Александра Лукашенко – в честь 70-летия освобождения братской республики. Сейчас ветеран с нетерпением ожидает юбилея Победы. Это еще одна возможность встретиться с бойцами 31-й армии, в составе которой он когда-то воевал. Мало их осталось, боевых товарищей. Тем дороже дружба. Вспомнят, через что довелось пройти, помянут павших. Пока живы они, победители, любые попытки перекроить историю бессильны.

Это факт

Доставляя войскам все необходимое, воины-автомобилисты проводили за рулем по 12–14 часов в сутки. Они вели машины под бомбежкой, под артиллерийско-минометным огнем, а порой подвергались и прямому нападению врага. Сегодня военные «газики» и «Захары» стоят в музеях или на гранитных пьедесталах, напоминая о подвиге тех, кто погиб, так и не выпустив руль из рук, и тех, кто доехал на них до Великой Победы.

Ольга ИВАНОВА

Автор: Ольга ИВАНОВА
50
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Возврат к списку


Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Новости из районов
Предложить новость