18 Октября 2018
$56.8
70.53
16+

PDA-версия
Рубрики
К началу
Новости дня
Гордость земли Тверской 19.08.2013

Зри Солнце, слушай Землю

Фотограф: Александр Солодков

Но более всего свою душу, потому что без совести любая наука – опасное шарлатанство

Да еще если она, наука о непостижимом феномене, о нашей кап­ризной погоде стала постоянной, неотступной твоей заботой. Личной. Пусть не смыслом жизни, ибо всякое дело должно знать свое место. Но, наверное, это близко любому творчеству как страсти, без которой жизнь твоя не полная.

Столь пространное вступление все же смахивает на некую робость: рассказывать о феномене бологовского исследователя погоды после замечательных статей Михаила Петрова есть дерзость. Впрочем, все же позволительная журналисту, если он, то бишь она была и видела.

О Николае Александровиче Ласточкине хорошо знали читатели еще времен нашей «Калининской правды». Его прогноз погоды ждали так, как не один самый громкий фельетон или судебный очерк. Ждали в колхозах и начальственных кабинетах, на селе и в городе. Переломы-­перестройки замолчали это живое слово о живом, ввели в оборот погоду управляемую, политическую. Но при этом для автора несговорчивых прогнозов нисколько не обесценилась его ежечасная, неотступная работа. Очевидно, не признаваясь даже себе, упрямый Ласточкин торил свою тропу к познанию незримо сильных связей в окружающем нас мире. 

Лауреат Всероссийского конкурса, автор ряда замечательных книг об особенностях нашей погоды, Николай Ласточкин наверняка мог стать… А почему мог? Он, юноша с берегов озера Пирос (что недаром по яркости вод, отражающих закаты, означает «огненный»), сумел взять особую высоту.
Поступил на философский факультет МГУ, с успехом его окончил и обрел друзей немелкого калибра.
Согласитесь, недаром фотографию именно их выпуска хранил в своем кабинете незабвенный декан, умница Михаил Федотович Овсянников. К чести Ласточкина, ему, одному из немногих, было предложено идти в аспирантуру. На что сильно повзрослевший выпускник сегодня так парирует: «Но Кантом я не рожден, а не Кантом – зачем?» Вот так, что называется, по гамбургскому счету, он живет и сегодня, когда с золотых времен студенчества минуло почти сорок лет. При том что в МГУ их готовили как преподавателей вузов, в родной области ему тогда предложили лишь призрачную должность – замдеканство по работе с иностранными студентами. Не срослось. На короткое время он едет в другую область, а потом навсегда выбирает Рютино и продолжает дело отца Александра Васильевича – долгие годы работает директором школы. И сегодня горестно вздыхает педагог-­философ: уж как­-то очень жестоко время обошлось со школой. Она еще вовсю работала, а уже ползли поганые слухи – мол, вот-­вот ее закроют. «Те родители, что помоложе, нашли себе другое место жительства. Сегодня детей возят в другую школу, которая, будь отличной, родной быть не сможет. И ребятишки без корней растут. Это­то разве можно перекрыть сугубо экономическими соображениями? Да и выгода эфемерна, если строго долгосрочно, не на год – на десятилетия посчитать».

Он придерживается именно этого золотого принципа во всем, что касается погоды. «Нет погоды, скажем, русской, это скорее поэтический образ, потому апеллирую скорее к ее глобальным проявлениям в разных местах. А сами эти проявления, согласитесь, не что иное, как многофакторные, взаимозависимые закономерности. Сильная сторона в этом процессе – наше Солнце. Его роль в прошлые, советские времена явно принижалась. Хотя, если отвлечься от темы, мое заветное желание – пожить бы вновь в стране СССР, с ее ясностью, ответственностью перед землей и людьми, выкошенными урожайными полями и школами в родном селе. Мне кажется, все лучшее все равно вернется, пусть, по логике, на иной спирали бытия. Так вот, о погоде. Наверное, опыт, и не только мой, дает право утверж­дать: нет ничего основательнее и надежнее того, что недаром, не от безделья примечается народом. Почти классика, почти по Глинке: музыку создает народ, мы только аранжируем ее. То же происходит и с погодой, точнее, ее приметами. Трудящийся человек недаром запоминал, что и в какой день происходило: какое было Солнце – вялое или яркое, откуда и какой дул ветер, шел дождь или яснило вёдро. Связи формировались, исходя из утилитарного смысла, из нужды опираться на погожие дни в дни сенокоса, сева или уборки урожая. Хлеб насущный диктовал крестьянству вести приметливые признаки и называть состояния природы, и чем точнее, тем прибыльнее для себя в итоге».

В своих заметках о долгосрочном прогнозе погоды Ласточкин, в частности, утверждает:
«Игнорировать тысячелетний опыт народа и народов по меньшей мере просто нецелесообразно, с точки зрения живущих и последующих поколений, и безответственно перед памятью предков.
Немало лет, задавшись целью наблюдать погоду и фенологические явления в природе своего края, я пытался внести в ее кажущийся хаос и капризы какую­-то упорядоченность». И пусть заранее простит Николай Александрович, его методику буду пересказывать так, как поняла. Он сто раз прав.
Надо непременно иметь внимание и терпение для объективной оценки состояния природы и сравнительной динамики процессов. С учетом глобальных изменений в природе, по мысли Николая Александровича, погодная характеристика января сравнима с июльской, но в обратной пропорции.
В январе морозы – в июле очень возможна жара. В январе оттепель – в июле осадки. Также соотносятся, скажем, август и февраль. Разумеется, тут не стоит упрощать, поправки случаются, как и ошибки даже при расшифрованных и выверенных приметах. Да, человек своими действиями опосредованно влияет на мир вокруг, но погоду определяет синергия факторов, в том числе расположение, активность планет. 

Говоря о своей работе «Погодник» Припиросья, Николай Александрович замечает: «Метод примета-­прогноз недостаточно совершенен, но в основе он есть и эффективно работает. «Погодник», вероятнее всего, должен работать и в отдаленных регионах России; конечно, с учетом местных параметров погоды, приметных дней по приводимой в нем методологии. Отсюда и его задача: помочь желающим самостоятельно, пользуясь моими и своими выкладками, прогнозировать погоду на значительном удалении от сегодня. В этом смысле мой «Погодник» — своего рода самоучитель. Насколько удачно это получилось, судить читателю. Наступит время (думается, в первой половине XXI века), и у каждого региона появится свой «Погодник», гораздо надежнее предлагаемого.

Мой край — сердце России, и чтобы увереннее заглядывать в его будущее, следует лучше знать анатомию этого «сердца»: историю, природу, погоду.

Приметы «верные — неверные». Ряд примет — под вопросом. Вероятнее всего, «неверные» и тогда были неверными, а «верные» — верными. Во всяком случае, такое логично предположить.
По «верным» можно не только предсказывать погоду, но и судить, как изменились погода, сам климат (об этом больше и больше говорят в современном мире) на многовековом отрезке времени.
Метеонаб­людений тогда практически еще не было, и говорить о погоде того далекого времени можно лишь по тому, как приметы из конкретного «далека» работают сегодня. Это и вопрос истории примет, их биографии. Поиск авторов примет —далеко не праздный. Установление авторства — не только персонификация (что тоже заслуживает внимания), но место и время их старта. Отсюда прямой выход на историческую экологию окружающей среды с помощью сравнительного метода.

В погоде заинтересованы все, но занимаются ею немногие. 30-­летний опыт подсказывает: работать с приметами, какие они есть, нельзя. Приметы нуждаются в выверке и расшифровке при правильном наблюдении за погодой. Только не разочаровывайтесь, ведь это легче всего».

Все улеты в далекое научное могут в любой миг прерваться вроде бы незатейливым вопросом кого­-то из соседей: «Николай Александрыч, а как думаешь: глубоко картошку нынче будем сажать?» И тут уж ты не мельчи насчет какой­-то детерминированности, отвечай по существу. И он, опираясь на вековечные приметы, скажет им, как мне: во влажное лето да в закисленную почву не закапывай клубень глубоко, в сухое можешь заглубить поближе к влаге. Про себя и жену свою Тамару так говорит: «Да нас огород в любое лето прокормит». А вот какое будет лето, наш собеседник умеет – нет, не предсказывать – просчитывать с той вероятностью, которая бывает куда точнее выкладок мощных коллективов с их новейшей аппаратурой. Замеченные предками взаимосвязи он благодарно обогащает собственным опытом. А потому неудивительны запросы, что идут в деревеньку Рютино иногда из очень значимых структур. Его затеси­приметы, длинные склеенные ленты­-листы в клеточку, где годы представлены днями­часами, ветрами-­снегами, температурой матушки­земли, если порой и подводят в итогах, верны в подходах. Этих пристальных наблюдений собралось на двадцать томов. Не потому ли точность долгосрочных прогнозов Ласточкина доходит 
до 70–83 процентов, краткосрочных, бывает, и до 90? 

В кругу благодатных яблонь, рядом с красавицей шаровидной ивой, которую, по словам Ласточкина, никто не принуж­дал к такой форме, «это она сама себя такой видит», и даже в стаде вальяжных гусей, где один Степа чего стоит – до той поры перед тобой пляшет, стервец, пока не дашь угощенья! – хозяин все чаще вспоминает о своем жеребчике. Украли его Вихря. Теперь вот всего­-то одна лошадиная сила на всю деревню, на ней и распахивают местные огороды. А еще философ Ласточкин помогает устоять семье своей ученицы Юли. Корову по его уговору они с мужем купили, а вот сена молодые пока не умеют заготовить. Наверное, порой и ворчит верная Тамара, но все равно потом с добром отправляет его на сенокос. 

И вот идет он по щедрому на травы полю, ни разу за все-­то летечко так и непрокошенному, и ноги не от усталости такие неверные. Жаль, и тут на народ недород, и немыслимое травяное богатство, способное пол-­Европы залить сладким молоком, каждое лето бесполезно иссыхает и становится источником пожаров. 

…Дом Ласточкин выстроил когда-­то сам, только и звал мужиков сруб поставить. В том доме часто беседы умственные с гостями ведет. А скоро, говорит не без гордости, его Тамара поедет в Бологое и там все дела с Интернетом наладит. Вот тогда-­то и раздвинутся горизонты. Уж и не знаю, какую ему еще надо информацию, когда сам что энциклопедия. Он с нежностью сильного человека говорит о добрых и открытых людях. Ну кто бы мог так поддержать его изданием книги, кроме Василия Ивановича Аксенова в его пору директорства на нашей атомной? А кто бы высказал не только восторг, но и сомнения по поводу частностей в его выводах, если не умницы Михаил Петров, Вячеслав Воробьев, его наставник Юрий Мстиславович Смирнов, коллеги из Питера и Москвы? Они стоят друг друга, нельстивые, природно мудрые, трудные русские мужики. Их держат на плаву и мучают вечные вопросы русского сердца: за что России крест такой? Или потому это, что ей только и по силам такая ноша. Счастье знать, что они есть, во славе иль забвении, не суть важно – в служении истинам, в нестяжании. 

Оператор: Руслан ПОПОВ
Автор: Кира Кочеткова
570

Возврат к списку

Тверская область приняла участие в агропромышленной выставке «Золотая осень» ВИДЕО
С 10 по 13 октября 2018 года на территории ВДНХ в Москве проходила 20 Российская агропромышленная выставка «Золотая осень». Свою продукцию на ней представили 25 предприятий Тверской области.
18.10.201811:45
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4
Новости из районов
Предложить новость