22 Июня 2018
$56.8
70.53
16+

PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
История 29.06.2011

Мое боевое крещение

Почетный гражданин Твери, председатель областного совета ветеранов калининских партизан Клавдия Ивановна Тяпина (Барсукова) часто выступает на страницах нашей газеты с рассказами о делах партизанских. Сегодня, в день своего праздника, она рассказывает не о подвигах – о партизанских буднях, которые были очень даже нелегкими.

...Через неделю в нашем расположении появился командир разведки из Великолукского отряда Иван Крюков.

– Кто тут Барсукова?
Я вскочила с лавки.
– Пойдем со мной.
Я схватила свой «сидор».
– Оставь мешок, не понадобится.

Иван привел меня в Сидоровщину. В доме уже сидели человек восемь.
— Значит так, ребята. Слушай задачу! — начал Крюков. — Нужен «язык». Будем охотиться за немцами в районе сгоревшей деревни Горохово, там у них заградотряд.
Тут же начали готовиться к операции. Меня обрядили в крестьянскую одежду. Придумали легенду — будто я беженка. Я должна была отвлечь разговором внимание часового, а другие бойцы — схватить его, оттащить к реке, к кустарнику, где нас ждали остальные.

Шли осторожно. Днем наблюдали за сменой караула, за движением по дороге. Сплошной линии фронта здесь не было.

Я огородами подкралась к шоссе, оглянулась, намереваясь его перейти, но в это время из-за поворота выскочил немецкий танк. Я сразу отпрянула в огород, в лопухи. А танки один за другим с грохотом и лязгом шли и шли по дороге.

В ближнем лесу закуковала кукушка. Это сигнал! Отошли к реке, в кустарник. Там ожидали ребята.
— Ничего не получается, — сказал Крюков. — Немцы, видимо, занимают здесь оборону, будут маскировать танки в лесу. Надо уходить.

Шли берегом реки. Когда поднялись в гору и стали переходить дорогу, словно из подземелья появилась немецкая разведка. Началась стрельба. Слева и справа зацокали пули.

— К лесу! — скомандовал Крюков. Мы бросились в канаву. Густое поле тимофеевки прикрыло нас. Одним махом Иван Крюков оказался на опушке леса и открыл огонь из автомата. Фашисты залегли. Почувствовав неладное, открыли огонь из пушек. Но мы уже достигли кустов и болотом, по пояс в воде, добрались до Сидоровщины.

Неожиданно для нас все поле оказалось изрытым. Это наши бойцы прокопали траншеи, в которые мы и нырнули. Только тут мы поняли, почему двигались к передовой немецкие войска...
Когда шли по деревне, встретили повозку со свежим хлебом, от которого еще веяло теплом и шел душистый запах. Очень хотелось есть, и я не удержалась — взяла буханку и уже хотела отломить краюху...

— А ну положи назад, — закричал возница. — Это на всех.

С сожалением я рассталась с краюхой хлеба и побежала к своим. Там командир Румянцев уже торопил поскорее занять оборону у деревни Тарасово. Со стороны Великих Лук подтягивались немцы.

На краю деревни я догнала пулеметчика Толю Брусова, кимряка. Он на ходу держал большой жбан и шумно, большими глотками, отпивал молоко. Как это у него получалось — пить из жбана на бегу — и сейчас понять не могу.

— Хотя бы перед смертью напиться до отвала, — захлебываясь и обливаясь, сказал он и передал мне жбан. Я поставила его на ближнее крыльцо и вместе с Брусовым спрыгнула в траншею. Огляделась. Рядом со мной оказались командир отряда Румянцев, Васька Малахов, его дружок Васька Парфенов, Нюра Пирогова, Гутя Суслова, другие партизаны. Защелкали затворы канадских винтовок: мы готовились к первому бою. Румянцев предупредил:

— Без команды не стрелять!

Прямо перед нами — поле колосистой высокой ржи. Чуть дальше окопались фашисты. Мы настороженно ждем сигнала командира. Но немцы опережают нас, обрушив на окопы град пуль.
В ответ дал очередь из автомата Румянцев. Брусов поддержал его пулеметной дробью. Тут же защелкали наши винтовки, но стали давать осечки. Попадавший песок заклинивал затворы. Мы с остервенением били руками по затворам, а те не двигались ни взад, ни вперед. Замолчал и пулемет, потом снова заговорил. Фашисты заметили наше замешательство, усилили огонь.
Второй номер у пулемета, Вася-кимряк вдруг закричал:

— Толика убили!

Румянцев выскочил из окопа, сбросил сапоги и двинулся вперед. Васька еще что-то кричал, но пулемет безмолствовал. Откуда ни возьмись у траншеи появились наши военные:

— Уходите быстрее!

Один из них схватил меня за руку и буквально вытащил из траншеи. Уже на бегу я заметила: сразу же за линией нашей обороны вспыхнул крайний дом, за ним — еще несколько. В деревне закудахтали куры, заревел скот, заплакали женщины. Страшный треск горящих изб распространялся окрест. Немцы стреляли зажигательными пулями и снарядами.

За околицей меня чем-то больно ударило в бок. Я упала. Возле меня лежал огромный осколок от колодезного журавля. Снаряд угодил в него, и этим осколком дерева меня здорово шибануло. Тут я совсем выбилась из сил. Военный, кажется, сержант, опять крепко схватил меня за руку и потащил в рожь. Ноги не держали меня, я еле тащила винтовку и в сердцах кричала на своего спасителя:

– Отпусти, брось меня! Не могу бежать!

А он все бежал и бежал, увлекая меня за собой.
Деревня же была вся объята пламенем. Дым, искры летели прямо на нас. Наконец пробились к дороге. По открытому полю бежали два Василия, два кимряка. Вася Парфенов, он же «Васька-маленький», и Вася белокурый – второй номер у пулеметчика Брусова. Он тащил пулемет и громко-громко смеялся. Вокруг него рвались снаряды, а он на них даже не реагировал. Мы поняли, что с ним что-то неладно. «Васька-маленький» сильно хромал, был ранен в ногу.

И вдруг — сильный толчок. Я куда-то лечу и оказываюсь… в канаве. Кто-то сверху наваливается на меня... Прихожу в себя. Рядом Иван Крюков, тяжело дышит, чертыхается. Это он свалился следом за мной. Чувствую острую боль в ноге. Успеваю крикнуть:

– Ой, ногу!
Но голоса своего не слышу из-за грохота снаряда, разорвавшегося неподалеку. Слава Богу, никого из нас не задело.

У деревни Сидоровщины через реку был мост, к нему из деревни бежали люди, но по нему же со стороны Новосокольников била немецкая артиллерия. Толпа устремилась к мосту, чтобы уйти в лес и добраться к нашей передовой. Я видела, как от церкви в сторону моста двинулась повозка, на которой сидели пожилой мужчина и женщина с мальчиком. Слышала, как Вася Исаев поторапливал их и всех остальных, бегущих к переправе:

— Скорее, скорее! — кричал он. — Сейчас мост взорву!

И в это время случилось страшное — снаряд угодил прямо в повозку. Сидевших в ней людей разбросало в клочья. От крови, от разметанной человечьей плоти меня начало рвать. Но кто-то снова подхватил меня под руки, потащил к мосту...

Едва мы миновали мост, грохнул взрыв, и переправы не стало. Мы добрались до кустов, дальше, за болотами, начинался спасительный лес, но до него еще нужно было дойти. А сил уже не было... Передохнув немного, решили двигаться дальше, но снова послышался гул — на этот раз над головами.

— Ложись! — раздалась команда. — Воздух!

А мы и так пошевелиться не могли.
Переночевали в лесу и пошли в сожженное Тарасово. В ближней округе уцелело одно здание — школа. В ней, на нейтральной полосе, и остались мы с командиром.
Таким было мое боевое крещение.

Автор: Клавдия Ивановна ТЯПИНА (БАРСУКОВА)
56

Возврат к списку

В Твери под открытым небом выступил оркестр "Новая Россия" Юрия Башмета ВИДЕО
В столицу Верхневолжья дирижер прилетел сразу после участия в торжественном открытии Чемпионата мира по футболу, которое состоялось в Москве на стадионе «Лужники». От имени губернатора Тверской области Игоря Рудени музыкантов и зрителей приветствовал заместитель Председателя Правительства региона Андрей Белоцерковский.
21.06.201821:30
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 31 1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 1
Новости из районов
Предложить новость