23 Мая 2018
$56.8
70.53
16+

PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
День Победы 27.12.2010

Будничный фронтовой героизм

Писатель светлого таланта.

Виктор Курочкин — мой любимый писатель, и я давно хотел написать о нем словами из сердца. С тех еще пор, как в семидесятых прочитал рассказы «Последняя весна» и «Железный дождь», посмотрел поставленный по его повести фильм «На войне как на войне» с молодым Михаилом Кононовым в роли Сани Малешкина. Но вот снял на днях с полки маленький томик его тезки Виктора Конецкого с очерком-некрологом «Памяти Виктора Курочкина» — и понял, что лучше, глубже и точнее не скажешь. Потому что знал он своего друга как себя самого. Так что послушаем Конецкого:
«В военной прозе самое трудное ощутить в себе и сохранить потом на бумаге баланс красоты воинской героики, воинского братства, с одной стороны, и ужас, грязь, мерзость войны, с другой. Вот это сложнейшее балансирование удавалось Виктору Курочкину замечательно. И только потому удавалось, что был он солдатом, ибо только солдат способен пройти по проволоке между военным романтизмом и натурализмом и не покачнуться…

Когда в 1955-м Валентин Пикуль привел меня в литературное объединение при Ленинградском отделении издательства  «Советский писатель», Курочкин для меня был живым Монбланом, потому что уже напечатал «Пастуха» и «Цыгана Бенко», сотрудничал в газетах, а я еще ни разу не видел своего имени в печатном исполнении. С 1955 по 1958 годы мы трое тесно сблизились и дружили, и нас прозвали в литобъединении — Три мушкетера. Кто из нас был Атосом, кто Портосом и Арамисом, и по сей день не знаю. Просто держались мы вместе — вот нас и прозвали…
Автор «На войне как на войне» родился 23 декабря 1925 года в деревне Кушниково Калининской области Высоковского района. Места эти связаны с памятью Пушкина. Километрах в трех — Малинники, где была усадьба Вульфов; километрах в пятнадцати — Берново.

Рос Виктор Александрович Курочкин в семье крестьянина-середняка. Мать — Татьяна Алексеевна, 1908 года рождения, из деревни Апалево. Отец — Александр Тимофеевич, из самого Кушникова. Сестра Юлия — 1927 года. До 1930 года родители занимались земледелием. С 1930 по 1941 год жили в Павловске. Отец — управдом, мать — рабочая в Павловском промкомбинате. В 1941 году Витя закончил девять классов средней школы. После эвакуации — бегства от немцев из Павловска в Ленинград — работал вместе с отцом на заводе трикотажных машин «Игла» рабочим-шлифовщиком — с ноября 1941 по апрель 1942 года.  Мать и сестра еще до блокады Ленинграда были эвакуированы в Ярославскую область. «28 января 42-го умерли от голода отец и бабушка, у которой мы жили. Я остался один». Через два с половиной месяца после смерти отца — 13 апреля 1942 года — Витя в тяжелом состоянии был эвакуирован через Ладогу в Ульяновскую область, где жил дядя…

С 23 июня 1942-го он курсант Ульяновского гвардейского танкового училища. 20 июня 1943 года лейтенант Курочкин назначается командиром самоходной артиллерийской установки СУ-85 в 1893-й самоходный артполк 3-й танковой армии 1-го Украинского фронта. Ему восемнадцать с половиной. Уже через четыре месяца он получает орден Красной Звезды. Затем следует орден Отечественной войны II степени. Орден Отечественной войны I степени догоняет его уже в госпитале, так как 31 января 1945 года при форсировании Одера гвардии лейтенант Курочкин получает ранение: «...тяжелое, осколочное, сквозное, верхней трети правого бедра». Пять месяцев — до 10 июня 1945 года — он зализывает эту дырку в эвакогоспитале, город Ченстохов, Польша. Там же в госпитале он получает медали «За победу над Германией», «За освобождение Праги», «За взятие Берлина»…
С 1947 по 1949 год он учится в Юридической школе в Ленинграде и заканчивает ее с дипломом юриста. Затем работает судьей в нарсуде поселка Уторгош Новгородской области. Устав судить людей или поняв, что это совершенно не его дело, он в 1952 году возвращается в Павловск и делается литсотрудником газеты «Большевистская правда» — потянуло к бумаге! С января 1953-го по февраль 1955-го он вырастает до заведующего отделом промышленности и сельского хозяйства газеты «Вперед» в городе Пушкине…

Он тяготился всем на этом свете, включая «самоустройство», быт, официальные ранги и любую карьеру. Он тяготился всем, кроме одного — творчества, художественного творчества в слове. Сейчас модно делить литераторов на группы и подгруппы — уже, пожалуй, нового Линнея надо заводить, чтобы во всех этих подразделениях разбираться. Виктор Курочкин никуда не вписывается — ни в «деревенщиков», хотя сам от земли и писал про деревню много; ни в «интеллектуалы» не лезет, хотя «Урода» написал; ни в военно-патриотическую категорию, хотя «На войне как на войне» — военная классика…

Когда Витя был в ударе, он великолепно и неутомимо плясал на вечеринках, заряжая плясовой горячкой даже самых хладнокровных. А когда он еще выдавал частушки, которых знал неисчислимое количество, то делал это с таким лукавством, огнем, подначкой и художественностью, что самые рафинированные, не любящие подобный фольклор городские интеллигенты вынуждены были признавать в частушках наличие искусства. В обыденной жизни к своему внешнему виду он относился довольно-таки небрежно. Но, приезжая, например, на сессии в Литинститут, менял рубашки каждый день. Больше всего он, однако, любил носить маску этакого простачка, этакого Ваньки: «Куда уж нам, тверским, до вас…» А однажды прочитал всего «Онегина» наизусть. Это было у меня дома. И я очень хорошо помню, как он снял пиджак, поставил перед собой стул, вцепился в его спинку и, то смеясь сам, то бледнея от волнения, то вытирая глаза, читал нам Пушкина и читал, а мы боялись шевельнуться».

Поэт Сергей Орлов, горевший в танке, автор великого стихотворения «Его зарыли в шар земной», писал про повесть «На войне как на войне»: «Римляне считали, что матерью прозы была память. И в данном случае поражает именно памятливость той войны, которая уже далеко за горами, но атмосфера, все детали, сам воздух, быт этой войны написаны удивительно точно, с той творческой памятью, без которой не бывает художника».

В любой стране память о таком писателе стала бы национальным делом. У нас вскоре после похорон умершего в пятидесятилетнем возрасте Виктора Курочкина о нем прочно забыли и чиновники от культуры, и братья-писатели, и издатели. Все, кроме читателей, которых очередной телепоказ фильма «На войне как на войне» заставляет бросаться в библиотеки и книжные магазины: у вас есть Курочкин?! А там пожимают плечами: мол, не слыхали о таком.

Ветшает родовой дом в деревне Кушниково под Старицей, да и дороги проезжей туда, считай, нет. А ведь до пушкинских Малинников всего три километра.

Автор: Тверская Жизнь
32

Возврат к списку

В Твери прошел Международный праздник козлов ВИДЕО
20 мая в Твери прошел фестиваль "Козловы всех стран, соединяйтесь!"
22.05.201813:57
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31 1 2 3
Новости из районов
Предложить новость