17 Декабря 2018
$56.8
70.53
16+

PDA-версия
Рубрики
К началу
Новости дня
День Победы 27.07.2010

Брелок из пули,

что лежала под сердцем, сделал солдат

Николай Иванович Деонищенко – кавалер орденов Отечественной войны, Красной Звезды, двена-дцати медалей.

В предвоенные годы  газеты писали что уж если нам случится воевать, то будем делать это только на территории противника, по-скольку немедленно сбросим его со своей земли. Ребята боялись, что война закончится за несколько месяцев и на их долю сражений не останется. В превосходстве наших сил над любой вражеской армией никто не сомневался. Собственно, так оно и оказалось. Только на доказательство ушли не месяцы, а годы.

В 1942 году призвали отца и  дядю Николая. Парень  тоже рвался уйти с друзьями на фронт добровольцами. Только формировавшийся неподалеку казачий корпус взять их к себе отказался. Не удалось попасть и к танкистам. Все говорили: подрастите. Но еще через год 17-летнему пареньку удалось все-таки добиться, чтобы его направили в Челябинское  авиационное училище. Там готовили кадры для тяжелых бомбардировщиков. Но стать летчиком ему не довелось. Прежде чем он отправился к месту учебы, пришел приказ зачислить потенциальных курсантов в запасной артиллерийский полк. Вот тут-то они узнали, что такое армейская служба! К вечеру, случалось,  сил еле хватало добраться до койки. Да и с питанием было неважно, в казармах стоял холод. В общем, всем хотелось скорее оказаться на передовой, чтобы уж не зря страдать, а бить при этом фрицев. В апреле 1944-го пришло время показать, чему научились. Били прямой наводкой по макетам танков. Стреляли  фугасными, но Николай предложил взводному попробовать осколочными. Это было строго запрещено, но Николай не отставал, и взводный в конце концов сдался: «Стреляй!» Начальству, что присутствовало на стрельбах, это так понравилось, что приняли решение таких замечательных наводчиков, молодечески расправившихся с фашистскими «танками», оставить в полку инструкторами – пусть других учат. Такого результата Николай никак не ожидал и кинулся к командиру: «Не хочу в инструктора, хочу на фронт!» Командир ответил: «Приказы не обсуждают, а выполняют. Ты что, в штрафбат захотел?» Но когда расстроенный паренек сказал, что в штрафбат – это все-таки на фронт, так что посылайте, командирское сердце не выдержало: «Шут с тобой, раз уж так хочешь – иди».

 Скоро появились «покупатели» – офицеры, приехавшие за пополнением стоявших на доформировании частей. Молодого наводчика взяли в  5-ю батарею. Солдаты новичка приняли тепло. Для них он был мальчишка, под стать  их собственным, что дома остались. И отношение  к нему было отцовским – старались подкормить, помочь  чем можно. Только в наводчиках Коля пробыл недолго. В армию он попал после восьмилетки – по тем временам считалось серьезное образование. Так что комбат ему сказал: «Наводчиков у нас хватает, а вот радистов нет. Ты у нас образованный, давай осваивай».

– Рацию я освоил, как говорится, без отрыва от производства. Но она же, родная, чуть меня и не погубила, – вспоминает Деонищенко. – Это было уже в Германии. Мы форсировали Одер. Февраль, холод. Батарея переправилась, а я задержался – новую рацию получал. К берегу подхожу – плавсредств свободных, естественно, нет. Ну, мы с несколькими такими же бедолагами нашли льдину побольше и на ней двинулись на тот берег. Ширина реки – метров 300. Плывем, только ежимся, когда снаряд слишком близко падает. А немцы по реке бьют плотно, стараются, чтобы на плацдарм помощь не пришла. И совсем немного оставалось до берега, когда рядом рванул снаряд. У меня словно кто-то льдину из-под ног выдернул.  И вот я в воде, а радиостанция за спиной – здоровенный ящик по тем временам – лучше всякого якоря ко дну тащит. А за утрату  рации полагался расстрел. Выбора никакого – и так и так смерть. Я уже с жизнью прощаюсь, но тут, на мое счастье, чувствую, как хватают меня за волосы, за воротник, тянут куда-то вверх, и оказываюсь я в лодке с пехотинцами. Они следом за нами шли.

На том берегу Одера  рота рассчитывала 23 февраля отметить, но фашисты все ее карты  спутали. По случаю праздника шли атака за атакой. И в конце концов оказалось, что на батарее всего пять снарядов, а на нее движутся  семь танков и большая группа эсэсовцев. Ну, умирать так с музыкой! Был на батарее наводчик, что называется, Божьей милостью, Андрей Бузуев. Пятью снарядами он подбил четыре танка – знай наших! Но и сам был ранен. Оставшиеся три танка продолжают двигаться вперед. Очень уж обидно гибнуть под их гусеницами! И снова произошло маленькое чудо, как нередко на войне. В этот момент переправилась на вражеский берег еще одна батарея и с ходу вступила в бой, отвлекла внимание противника на себя. Три немецких танка были уничтожены.
 На фронте всякое случается. Во время боев за Зеелов рота наткнулась на дзот, пулеметный огонь которого не давал дальше шагу ступить. И так и сяк пытались нем-ца выкурить – не получается. Прибегли к крайней мере – приказал командир радисту вызвать огонь на себя. Николай передал координаты. Дзот удалось подавить, но и двоих своих солдат потеряли.

Ранен Николай был лишь однажды, но  последствия этого ранения сказались через четверть века. Случилось это на подступах к Берлину, у городка Мюхеберг. Шли они колонной машин к немецкой столице, фрицы встретили их  бешеным огнем. Солдаты посыпались с машин, залегли. Николай почувствовал, что его словно кулаком в грудь ударило. Глянул вниз – прямо напротив сердца кровавое пятно расплывается. Для него на этом бой и закончился. Попал в полковой лазарет, где радиста перевязали. Пуля, по счастью, была на излете – скорее всего рикошетная. Его должны были отправить в госпиталь на операцию, но тут прибежал друг, сказал, что немцы отошли и рота двинется дальше. Николаю жаль было прощаться с друзьями, и из лазарета он сбежал.
Пока довоевывал, пока Берлин брал и Победу праздновал, не до пули было.  А потом вроде все и зажило, обращаться в госпиталь ни к чему. На «гражданку» вышел, стал в милиции служить – пуля вроде бы не беспокоила. А вот через 25 лет, в 1970 году, стала так донимать, что невмоготу. Искренне благодарен ветеран хирургам Анне Шараповой и  Венере Конджария, что извлекли из-под сердца «девять граммов смерти». Из этой пули сделал бывший фронтовик брелок на память.
До выхода на пенсию Николай Иванович работал в кадровом аппарате УВД. В коллективе милиции  ветерана уважают и гордятся им.

Автор: Александра ЯКОВЛЕВА
47
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Возврат к списку


Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Новости из районов
Предложить новость