16 Декабря 2018
$56.8
70.53
16+

PDA-версия
Рубрики
К началу
Новости дня
Журналист месяца 14.03.2016

Февраль 2016 года. Чудин Виктор Андреевич

Старый русский Вячеслав Шумилов

Родился в Кишиневе. Окончил Литературный институт им. А.М. Горького в 1976 году. Автор более двадцати книг стихов, прозы, публицистики, художественных переводов, а также пяти оригинальных пьес и многих инсценировок. В 1981 году был принят в Союз писателей СССР. Работал в русскоязычном журнале «Кодры. Молдова литературная» (1976 – 1996 гг.. зав. отделом, ответственным секретарем, зам. главного редактора), в газете «Независимая Молдова» (зав. отделом) и газете «Родина молодая» (зам. главного редактора). С 2000 по 2005 г.г. – заведующий отделом газеты «Тверская жизнь», с 2005 по 2012 г.г. – главный редактор газеты «Горожанин», с 2012 по настоящее время – зав. отделом ГАУ «Редакция газеты «Тверские ведомости». Публикуется в жанрах статьи, очерка, публицистики, фельетона, эссе. Член Союза писателей России, член Союза театральных деятелей России. Почетный работник культуры и искусства Тверской области.

Старый русский Вячеслав Шумилов

Этому замечательному художнику 23 февраля исполнилось бы  85 лет, но не довелось…

Впрочем, юбилейная дата Народного художника России Вячеслава Шумилова (к слову, получившего это высокое звание первым из тверских живописцев) была достойно отмечена его благодарными земляками. В минувший четверг огромная коллекция произведений мастера, многие из которых давно стали хрестоматийными, плотно заполнила оба зала тверской картинной галереи.

Масштабную экспозицию организаторы очень точно назвали – «Родина». Именно патриотизм, выраженный художником ненавязчиво, без излишнего пафоса, в простых, казалось бы, обыденных сюжетах и деталях, является смысловым стержнем всего творчества Вячеслава Шумилова. Об этом на многолюдном открытии выставки говорил глава региона Андрей Шевелев. А мне припомнилась другая, последняя прижизненная выставка Шумилова, тоже юбилейная – тогда ему исполнилось 70 лет. Накануне мы общались в мастерской художника.

Жизнь на выдохе

Не очень склонный к общению с журналистами, Вячеслав Федорович на сей раз пообещал быть разговорчивым. Тут же объяснил подобный настрой: «Когда они рядом, чувствую себя уверенно». Он окинул взглядом картины, покрывавшие, подобно рыбной чешуе (одна к другой), стены мастерской и те, что произвольно располагались на стульях и подрамниках в центре помещения. Они собрались здесь, как солдаты в курилке перед торжественным парадом – открытием юбилейной выставки Народного художника России Вячеслава Шумилова. Семьдесят лет жизни. Пятьдесят из них отдано профессиональному ремеслу живописца. Прошли они в ритме дыхания, разумеется, творческого. Непрерывного и внешне равномерного: вдох – жизнь, выдох – картина.

Начало пятидесятых… Выставка в Москве на Пушечной улице преподавателей и студентов Московского художественного училища памяти 1905 года. Небольшая работа студента Шумилова: осенний пейзаж. Преобладающий желтый цвет, как сигнал светофора, за которым включился «зеленый» на все последующие годы. 

Вячеслав Федорович затем участвовал практически во всех российских, почти во всех всесоюзных и большинстве международных выставках. Однако не все было так просто, как могло показаться на первый взгляд. Жизнь – штука разносольная. Бывали «вдохи» настолько горькие, что порой слезу вышибали, а то и надрывали сердце.

Мой собеседник припомнил, как в 1949 году приехал поступать в Москву после окончания художественного ремесленного училища № 17 города Конаково. Сдал живопись и рисунок на «отлично», по композиции получил четыре проходных балла, а потом без особого трепета подошел к вывешенному списку поступивших. Но его фамилии в нем не значилось. Прошедшие конкурс счастливчики – бравые фронтовики со звонкими медалями на груди – как умели, утешали парня: дали закурить, что-то говорили о жизни, которая для всех только начинается… А один, узнав какие оценки у Вячеслава, засомневался. Сбегал в приемную комиссию и вернулся с еще одним списком.

Рот до ушей: «Да ты, браток, по другой статье зачислен, как гражданский!».

А когда однажды, несколько позже, увидел Шумилов собственными глазами (на которые опять же сами собой навернулись слезы), как его картину отбраковали и отнесли в отдел не принятых к участию в престижной выставке Академии художеств на Кропоткинской, то решил больше никогда не притрагиваться к кисти. Ведь комиссия по отбору состояла из непререкаемых для Вячеслава авторитетов: Иогансон, Грицай, Корин… И именно они определили его «профнепригодность».

Однако самобичевание длилось недолго. 7 ноября зашел к нему друг – художник Николай Комиссаров и поздравил с участием в этой самой выставке. Другая работа Шумилова, оказывается, преспокойненько висела все это время рядышком с картиной Николая.

Русский Барбизон

Говорят, что слезы напрасными не бывают. Особенно для художника. Хуже, когда только одними ими не обойдешься. Вячеславу Федоровичу едва исполнилось пятьдесят, когда у него случился инфаркт.
Причиной тому стала, конечно же, картина, которую при транспортировке повредил ломом неуклюжий грузчик. Холст был разорван снизу доверху. С этой картиной художник связывал большие надежды, а потому, когда на него без предварительной подготовки обрушили эту черную весть, сердце не выдержало. Саму картину удалось восстановить так, что и следа не осталось, а рубцы на сердце еще долго ныли.

На грузчика-выпивоху Вячеслав Федорович обиды и тем более зла не таил. Не было в его огромной душе места ни для того, ни для другого. В этом я убеждался не раз, когда Шумилов рассказывал с непривычной по нынешним временам добротой и сердечностью о людях, с которыми ему приходилось встречаться по жизни. И не только о своих именитых учителях, друзьях-художниках, многочисленных учениках, но и о простых работягах, помогавших ему «сотворить» из заброшенного коровника вполне приличный дом-мастерскую на знаменитой Академической даче, что расположена на реке Мете в 25 километрах от Вышнего Волочка. Основал «Академичку» сам Илья Ефимович Репин как приют для неимущих художников Императорской Академии художеств. Впервые Шумилов попал сюда, еще не будучи членом союза художников. Встретил его сам Александр Павлович Бубнов («Утро на Куликовом поле»). «Была зима, двадцатиградусный мороз, а с меня пот градом катил», - вспоминал Вячеслав Федорович. 

Потом привык общаться запросто с выдающимися мастерами и замечательными людьми, коих перебывало за эти годы на Академической даче превеликое множество. Сейчас, увы, на весь «русский Барбизон» (так, на французский манер, окрестили дачу ее обитатели) разве что три-четыре семьи художников и осталось. Но природа тут по-прежнему дивная, и местные жители все так же приветливы. Раньше, бывало, проходили мимо работающего художника – «Слава труду» говорили, а теперь – «Бог в помощь». Понимают, что человек не дурака валяет, а делом настоящим занят. Вот почему любил здесь жить и работать Вячеслав Федорович, добрую половину времени на «Академичке» проводил. Места кругом живописные, грибные, ягодные. На холст так сами и просятся.

Родина. Хлеб. Холст.

Шумилов – реалист. Для него это была не просто избранная манера письма и даже не приверженность принципам самого, пожалуй, мощного направления в искусстве, а естественная потребность существования в жизни и творчестве. Он таким родился. Таким его приняла жизнь, и, судя по всему, ее это вполне устраивало. Не случайно одиннадцатилетнему мальчику попались под руку не другие, а эти три книжки: «Овод» Лилиан Войнич, «Как закалялась сталь» Николая Островского и «Повесть о настоящем человеке» Бориса Полевого. По ним он выучился не только читать…

Сила человеческого духа, внутреннее благородство, самоотверженность и любовь к Родине обретали реальные черты в окружавшей его действительности и в конкретных людях, которых он знал и любил.
Тогда, в день открытия своей юбилейной выставки Вячеслав Шумилов сказал: «Самым великим потрясением в моей творческой жизни была и остается Победа». Художник не оговорился: именно в творческой жизни. Количество произведений, созданных им более чем за полвека напряженной работы, исчисляется сотнями. Но «ключевыми» он неизменно считал картины на военную тематику: «Возвращение», «Жди меня», «9 мая. Однополчане» и пронзительный «Натюрморт», где рядом с иконами скромная фотография фронтовика, солдатские медали и другие скупые, но снайперски точные детали-приметы времени говорят о войне не меньше, чем иное панорамное изображение какого-нибудь масштабного сражения. 

С молодых ногтей сформировался взгляд художника на мир: открытый, честный, прямой. Шумилов никогда не лукавил в искусстве. Его творчество органично продолжает и развивает традиции русской реалистической школы живописи. 

Для него были реальны учителя, друзья-художники, любимая жена Юлия Ивановна и умница дочь Ольга – искусствовед, известный специалист по прикладному искусству. Для него были реальны понятия «Родина», «хлеб», «холст»…

В реализме Шумилова нет ничего общего с прагматизмом, хотя многие отождествляют эти понятия. Вячеслав Федорович жил в системе ценностей, а не ценников. «Новым русским» ни в жизни, ни в искусстве он не стал, да и не хотел. Остался собой – «старым русским» Шумиловым.   

P.S.

Помнится, в Гербовом зале императорского дворца Шумилову торжественно вручили серебряную медаль Российской академии художеств. Впервые за более чем двухсотлетнюю историю существования этой высокой награды ею был удостоен тверской живописец. 

Могло показаться, что маленькая, серенькая на вид медалька(даром, что из чистого серебря), скажем так, неадекватно отражает вклад нашего художника в отечественное изобразительное искусство. Но, судя по тому, с каким благоговением отнеслись к ней окружающие (а это профессиональные художники, искусствоведы, музейные работники), более высокой награды на тверской земле действительно еще никому из живописцев не вручали. Разве что Алексею Венецианову, позапрошлом веке, и не в Твери, а в Санкт-Петербурге. Оттого и пообещали служители императорского дворца хранить как реликвию переданный Шумиловым именной диплом серебряного медалиста. Однако точку в любых сомнениях на сей счет поставил сам Вячеслав Федорович, сказав, что о большем в своей жизни он и мечтать не мог.

А еще Шумилов упомянул «собачонка» по кличке «Мазок» - неизменного спутника многих художников на пленэрах в окрестностях Академической дачи. Там он и запечатлел добродушного пса в одном из своих великолепных пейзажей. Картина эта была установлена тут же, в Гербовом зале, прямо за спиной ее создателя. Я невольно посмотрел на «Мазка» и, ей Богу, увидел, как тот вильнул своим беспородным хвостиком, явно довольный всем происходящим. 
  
Виктор ЧУДИН
Автор: www.tverlife.ru
2830
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Возврат к списку


Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Новости из районов
Предложить новость