19 Ноября 2017
$59.63
70.36
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Они делали газету 11.05.2017

Владимир Пальчиков был одним из лучших журналистов «Калининской правды» (ныне «Тверской Жизни»)

Фотограф: tverlib.ru

Среди газетчиков Владимир Пальчиков всегда стоял несколько особняком, да и комфортным в общении он не был. Прекрасно владея словом, наш коллега мог позволить себе иронию, особенно по отношению к тому, кто писал скучно и трафаретно.

Найти меня не трудно

Блестящий очеркист и поэт считал свою работу где-то даже писательством, а не ремеслом. Это была высокая планка, хотя в газетном деле можно достойно существовать и с гораздо меньшими амбициями. Какое-то время я походила у него в учениках, испытывая чувствительные удары по самолюбию. Это была краткосрочная, но бесценная школа.

В стороне от творческой тусовки

Мне посчастливилось познакомиться с Владимиром Алексеевичем в 1972 году, когда пришла в «Калининскую правду» на преддипломную практику. Широкий коридор редакции на третьем этаже в Доме печати, ироничная, непринужденная обстановка. Сюда, на стремнину коридорного сквознячка, выходили из своих кабинетов мэтры, здесь рождались новые идеи и каламбуры. Тогда показалось, что Владимир Пальчиков держался чуть в стороне от своих коллег-балагуров. В нем чувствовалась некая закрытость и неприятие панибратства.

Помню, поразил один его материал о концерте заграничного симфонического оркестра. Обычно газетчики при той эрудиции, какая есть, пишут на эту тему обтекаемыми фразами. Но только не Пальчиков. Он выступил тончайшим музыкальным критиком, переведя, насколько это возможно, в словесный ряд свои переживания слушателя. И что совсем было редкостью – смог в деталях обозначить исполнительскую манеру именно этого творческого коллектива. Такая глубина «вспашки» была и в других его материалах, чего бы они ни касались – человеческой судьбы, острой проблемы, поэтической рецензии. Он работал тогда обычным корреспондентом в отделе писем, но руководство могло ему доверить любые темы, зная, что он превосходно справится.

Мелодия таланта

А насчет музыки... Получилось так, что в то чрезвычайно жаркое лето 1972 года Владимир Алексеевич сломал ногу. И, будучи закованным в гипс, попросил кого-нибудь из редакции привезти ему сигареты. Послали меня, на что я охотно откликнулась. Он жил с семьей у площади Капошвара, но был дома один. Меня поразила огромная библиотека хозяина, но больше того – его фонотека. Оказывается, он собирал ее с юности, с той поры, когда работал сельским учителем в Омской области. Все начиналось с грампластинок, а потом появились драгоценные кассеты, которые хранились у него в строгом порядке.

Мы слушали Скрябина, что именно – к стыду своему, уже не помню. А еще я узнала, что у него есть несколько тоненьких книжек собственных стихов, изданных еще в Сибири, и что он член Союза писателей. Это было так удивительно, ведь в редакции поэтические лавры той поры заслуженно принадлежали журналисту Анатолию Скворцову. На мое недоумение по поводу такой скромности Пальчиков отшутился: «После Пушкина, Тютчева и Бунина писать стихи стыдно».

Потом он неожиданно спросил: не сомневаюсь ли я в выбранной профессии? Объяснил: ждут меня немалые трудности, но не физического плана, а с обустройством души. Наверное, в тот момент я не совсем поняла, о каких «терниях» идет речь. И только потом, через годы пришло осознание, насколько трудно удержаться на этой работе, чтобы не просто «тянуть лямку», а сохранить творческий дух. Владимир

Пальчиков подарил мне тогда девиз из своего любимого Тютчева. Был в нем скрытый дерзкий подтекст: «Безумство ищет, глупость судит». Журналист всегда должен находиться в творческом поиске и не идти по легкому пути дежурных, сотни раз изъезженных фраз.

До поры до срока

С нашей газетой Владимир Алексеевич распрощался в конце семидесятых, и это был крутой поворот в его судьбе. В Москве ждала уже не газетная, а журнальная работа. И где – в известном толстом журнале «Наш современник». Должность – заведующий отделом поэзии. Потом здесь же он станет ответственным секретарем. А позже возглавит редакцию русской поэзии в издательстве «Современник». Это была его нива, его счастье. Столичный успех он пережил еще в юности, когда увидел свою поэтическую подборку в «Новом мире», который выходил под крылом Твардовского. Так стали перелистываться страницы его биографии, уже малознакомые тверским собратьям. С его строго выверенного одобрения обретали читательскую аудиторию молодые и маститые поэты. Все эти годы у Владимира Алексеевича было немало возможностей издавать собственные стихи, но он кропотливо работал с чужим словом, а свое, то самое, что питается корнями, – до поры до срока хранил глубоко внутри. Но время пришло, как он сам однажды написал: «Прорасти – значит смысл обрести».

Главная книга поэта вышла только в 2011 году, уже на закате его жизни. С волнением держу ее в руках: сине-белая обложка с волками в сугробах. Сборник называется: «Там, где зима». Это было его любимое время года, любимое до горечи, потому что он всегда помнил, что в русские холода мы потеряли Пушкина:

Все отдалилось вдруг: и огнь палящий
Страстей. И слава, Бог ее прости.
Осталось, что всего на свете слаще –
Снежок Отчизны, стиснутый в горсти.

Но у поэта есть и солнечное стихотворение, посвященное Пушкину. Одно из немногих, оно было опубликовано в нашей газете. Это настоящий берновский гимн ко дню рождения Александра Сергеевича:

Смотрите: Пушкин! Он прошел,
Стремительный, как бы летящий,
В дремотный запах знойных смол,
В исхватанные солнцем чащи.

И далее, как будто все было совсем недавно:

Живому шагу отвечая,
прогнулся мостик в две доски,
качнулся конус иван-чая.
Это был его живой Пушкин.

Сохрани в череде лихолетий

Наугад открываю еще одну страницу со стихами про Осташков, легчайшими, будто сотканными из воздуха:

Стадо барашков
Ветром пасомо,
Это Осташков,
Лодка у дома.

***
Даль без призора,
Свет Селигера,
Воли, простора
Русская мера.

Эту меру поэт тонко чувствовал в своих стихах. Вот как он написал о сельском погосте:

На белый свет глядят кресты,
А рядом травку щиплют гуси.
Любой вопрос, любой ответ –
Все тут. Не спрятаны от взгляда.
И прятать ничего не надо –
Вот жизнь, вот смерть, вот белый свет.

Иногда слышу у него мелодии Бродского и Мандельштама. В чем-то неуловимом проскальзывает «Гроза» Павла Когана. Но у Пальчикова свое:

Так мучительно, неутоленно,
Тычась в тучи, змеясь на лету,
Ищет молния почву и лоно!
А под нею – сирени в цвету.

Есть у нашего коллеги и поэма, носящая редкое название: «Ындея». Так русские называли Индию во времена Афанасия Никитина. Сюжетная основа произведения только намечена, но само оно пронизано страстным желанием вернуться домой после долгого и рискованного пути. Желанием – которому не суждено было сбыться. Осталась только дорогая молитва:

Сохрани в череде лихолетий
Землю русскую – грады, поля.
Ты же знаешь: прекрасней на свете
Нет… Теперь это знаю и я.

Владимир Пальчиков ушел от нас в июле 2012 года, справив 75-летие. Он успел презентовать томик своих стихов тверским любителям поэзии. Это была его последняя встреча с друзьями, когда исполнилась радость читать и дарить им любимые стихи. В тот вечер он бродил с ними по городу и вспоминал тверскую полосу своей жизни, признаваясь в том, что столица дает человеку многое, но есть то сущее, что не купишь там ни за какие деньги. Он завещал похоронить себя на тверской земле, что и было исполнено:

Кренясь, уходит судно
Вдогон последних льдин.
Найти меня не трудно.
На свете я один.

Писатель Михаил Петров о Владимире Пальчикове: «Остротой ума он поражал многих. За ум его и женщины любили. А уж которые ненавидели его за этот взгляд, за ум, то ненавидели до зубовного скрежета. Умел он в издательстве и поэтов на место поставить, из тех, кто темой стиха свою серость закрывал: «Иди-ка ты, брат, поработай над словом. Вот твоя родина – русская поэзия… Здесь твое поле боя, твое стояние на Угре».

Автор: Татьяна МАРКОВА
302

Возврат к списку

В Твери чествовали работников сельского хозяйства
Рачительные хозяева, упорные и терпеливые труженики, наши кормильцы – это все про них. Сегодня в тверском ДК «Пролетарка» чествовали работников сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности.
17.11.201719:48
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 1 2 3
Новости из районов
Предложить новость