27 Апреля 2017
$56.31
61.51
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Общество 24.07.2014

Я живой, мама!

Фотограф: KTOTUT . NET, PRODOS . RU

О судьбах тех, кто совершает нашу историю

О судьбах тех, кто совершает нашу историю

Аксиома: человеком надо оставаться при любых испытаниях. Но почему-то нас не перестают удивлять и восхищать реальные поступки реальных людей. Порою совсем молодых современников.

Апрельское утро окрасило нежным светом не только стены древнего Кремля, но и палату ведущего столичного госпиталя. В это раннее утро обитатели палаты уже не спали, лежали тихо, чтобы не будить других. Палата была предназначена для лечения черепно-мозговых травм. У майора Новикова, командира батальона внут­ренних войск, из-за контузии медленно восстанавливались зрение и слух, иногда не слушались ноги. Рядом с майором лежал Иван Егорович, подполковник – артиллерист. Третий обитатель палаты – Михаил, капитан – танкист, из-за ранения головы передвигался на костылях, его правый глаз не видел.  Проснулся и четвертый постоялец.

«Не жилец» – подумали в палате

Когда полгода назад его привезли в палату, даже видавшие все на войне офицеры подумали, что им еще повезло. У парня были сильные ожоги. Осколок разрезал все его лицо. Но самое страшное – из-за контузии он потерял память. По состоянию здоровья на тот момент это был пятилетний ребенок. Нашли этого бойца в Чечне при странных обстоятельствах. В тот день спецназ зачищал чеченское селение, где жителям досаждали наемники-арабы. Когда они покинули селение, к майору, командиру спецназовцев, подошла пожилая чеченка и что-то стала говорить, смешивая русские и чеченские слова. Майор только понял, что она приглашает их в дом, чтобы забрали русского солдата. Женщина пояснила, что ее муж нашел этого солдата в нескольких километрах от селения и перетащил в дом, что она его лечит уже месяц и что очень боится, если наемники узнают – убьют.

Много всего повидал майор на войне, но в такое даже поверить не смог. Он стал говорить слова благодарности женщине, но старая чеченка, не взглянув на майора, сказала: «Я завидую русской матери. У нее будет радость – живой сын, а мои сыновья уже никогда не вернутся». На вертолете израненного бойца отправили в Ростов, а затем в Москву. Так он оказался в этой палате.

Постепенно все привыкли к новичку, опекали его, учили заново жить. С легкой руки капитана назвали его Алексей – Божий человек. Пареньку сделали несколько операций, и его лицо стало приходить почти в нормальное состояние.

Леху учили говорить

Заведующий отделением каждый день уделял ему много времени, он надеялся, что память вернется. Несколько раз приходил следователь из военной прокуратуры. Перед ним стояла задача хотя бы приблизительно определить, из какой части боец. Естественно, это был или солдат, или молодой офицер. Врачи определили возраст: 21–23 года. Но, к сожалению, большего сделать следователь не смог. Точной даты ранения не знали. В тех местах, где его нашли, шли тяжелые бои, массово применяли артиллерию, было много раненых и убитых. Так Леха и оставался неопознанным. Шли дни, менялись недели. Кому-то становилось лучше, но в целом раненые поправлялись медленно.

В один из дней в отсутствие заведующего отделением центральное телевидение снимало сюжет о награждении бойцов в госпитале, и, естественно, им рассказали о неизвестном солдате. Пройти мимо такой сенсации телевизионщики не могли и сюжет о солдате, потерявшем память, показали по одному из федеральных каналов. Когда главный врач госпиталя узнал об этом, он сразу понял, что спокойной жизни не видать.

Отдайте мне сына!

Первые мамы стали приезжать через несколько часов после показа вечернего сюжета о солдате. И требовали отдать «своего» сына. В госпиталь срочно направили несколько психологов. Убедить матерей, что этот солдатик имеет совсем другое лицо и что есть особая примета в виде шрама на лопатке, не получалось. Каждая говорила, что это ее сын, и умоляла отдать. Госпиталь гудел и плакал. Через несколько дней стали приезжать из Сибири и Дальнего Востока. Нервные срывы, гипертонические кризы. Работники госпиталя брали к себе домой этих несчастных женщин, как могли, успокаи­вали.

Тем временем Леша стал делать успехи в разговорной речи, учился писать, физически окреп. Несколько раз к нему приходили психологи. Но все старания ни к чему не приводили, Леха так ничего и не вспомнил.

На место капитана-танкиста положили старшего лейтенанта из морской пехоты с минно-взрывной травмой. Сергей был парень компанейский и сразу стал душой палаты.  Приближался Праздник Победы. С разрешения доктора Александра Константиновича в их палату пустили школьников, примерно 7–8-го класса, классным руководителем была совсем молоденькая учительница. Дети стали поздравлять раненых, рассказывали стихи, с испугом разглядывали Леху. Когда все ушли, осталась девочка. Она читала стихи Пушкина, и Леша неуловимо менялся, лицо стало приобретать новое выражение. Он стал повторять текст стихов, а потом, запинаясь, стал читать отрывки. Первым опомнился Сергей, позвал медсестру. Пришел заведующий отделением, затем и лечащие врачи. Около двадцати минут Леша читал, но потом как-то сник и снова стал прежним. Это был прорыв. Александр Константинович на утренней пятиминутке предположил, что боец из семьи учителей, возможно, бывший студент. Заведующий отделением был недалек от истины.

«Град» разбудил его сознание

…Буквально за три дня до Праздника Победы в их палате установили плазменный телевизор. Нашелся спонсор, который оплатил покупку. А восьмого мая к раненым приехали родственники, жены, дети. Александр Константинович разрешил праздновать прямо в палате, он надеялся, что такая обстановка может помочь и Лехе. В праздник телевизор включили с раннего утра. Все ждали демонстрацию парада на Красной площади. В это время показали сюжет о том, как работают артиллерийские системы залпового огня «Град». Характерный грохот заполнил палату. И вдруг Леша вскочил, закрыл голову руками и закричал. Понять его было трудно, но отдельные слова он произносил отчетливо. Он спрашивал: где он, где его товарищи, просил позвонить маме… В одночасье отделение взорвалось: прибежали все, каждому хотелось увидеть эту радость. Дежурный врач умолял всех разойтись и дать больному успокоиться. За Александром Константиновичем послали машину. Он был на связи и постоянно давал консультации. Подполковник предположил, что Леша попал под удар именно этих установок. Александр Константинович всех удалил из палаты. Раненый сидел на кровати и очень громко и внятно начал говорить: «Зовут меня Андрей Морозов. Я родился и жил в городе на Волге».  Андрей родился и жил в обыкновенной семье. Мать, Любовь Николаевна, работала в школе учителем русского языка и литературы, отец – водителем на автобазе, сестренка Анюта училась в школе. Андрей поступил на факультет математики университета. В награду за это бабушка Ирина Васильевна подарила Андрею щенка восточно-европейской овчарки. Очень скоро щенок превратился в красивейшую Альфу, которая всегда с нетерпением ждала своего хозяина. На одной из вечеринок Андрей заступился за однокурсниц, к ним приставали наглые «гости». Из-за драки он был исключен из университета. Несколько преподавателей выступили против такого решения, но их не услышали. Бывшего студента призвали в ряды Российской армии.  Мать, измученная этими событиями, оказалась в больнице. Перед отправкой в армию сын пришел к ней попрощаться. Это была их последняя встреча. Через год цинковый гроб с телом Андрея Морозова будет стоять у подъезда родного дома.

Из студентов – в рядовые

Майор на сборном пункте дал Андрею несколько математических заданий, предложил сделать расчеты, которые оказались достаточно сложными. Через час майор пришел, пробежал глазами результат. Так рядовой Морозов оказался оператором-наводчиком реактивной системы залпового огня «Град» и стал служить в знаменитой танковой дивизии.  В армейский коллектив Андрей влился сразу, было несколько попыток старичков его пугнуть, но он их быстро пресек. Через два месяца дивизион отправили на Кавказ. Жили в палатках. Постепенно все привыкли к такому распорядку, боевые стрельбы по целям проводили нечасто, но после каждой стрельбы командование выражало благодарность. Эффективность их стрельбы была поразительной. Вскоре боевики начали за ними охоту. Для охраны им придали взвод спецназа. Майор распорядился на несколько километров от позиций выдвигать наблюдателей. Он оказался прав. Однажды утром, когда еще было темно, наблюдатели обнаружили большое скоп­ление боевиков, которые явно хотели уничтожить личный состав и технику. Дистанция была самая минимальная для стрельбы из «Града», но майор с Андреем произвели быстро расчет и, по сути, прямой наводкой произвели залпы. Это было шокирующее зрелище. Если кто из боевиков и остался в живых, то были не способны понимать и оценивать действительность. Среди убитых было много с черным цветом кожи.

Контрразведка работала целый день. Своим солдатам майор запретил ходить на место боя, жалел их психику.

После этих событий к дивизиону прикрепили саперов и вокруг позиций стали минировать местность. Больше попыток нападений не было.  В тот трагический день пришло известие о том, что подразделение переводят домой, их место займет другой дивизион с новым сектором обстрела и другими техническими характеристиками. Нужно сделать новую привязку целей на картах. Двенадцать бойцов во главе с прапорщиком пошли на разведку местности. Андрей делал расчеты и заполнял карту. Работа затянулась, а когда увидели боевиков.

Стало понятно – их не выпустят

Перестрелка вспыхнула сразу, боевики, оценив число бойцов, быстро взяли группу в кольцо. Радист передал сообщение майору, тот связался со штабом, но там не смогли вовремя оказать помощь – рядом не было войск, а вертолетам не удавалось вылететь из-за погодных условий и надвигающейся темноты. Боевики действовали профессионально. Почти вся группа была уничтожена. Двое снайперов по очереди убивали солдат. Андрей подполз к убитому радисту, развернул рацию и вызвал огонь на себя. Майору хватило несколько секунд, чтобы засечь сигнал, сделать расчет и ударить всеми установками. Последнее, что увидел Андрей, – это вспышка, затем удар по лицу и темнота…  В гробы собирали все, что осталось от солдат. Убитым Андрея определили потом по обрывкам формы, которую он снял во время боя, положив под голову раненому товарищу.  В конце мая, когда расцветает природа среднерусской полосы, когда особенно хочется жить, любить, провожать девчонок, гроб с телом Андрея Морозова привезли в родной город. Невозможно описать то, к чему невозможно привыкнуть.

Последнее письмо майора

Майор Дерябин, отправив гробы, весь день сидел в палатке и писал родителям письма. Закончив писать, достал пистолет и выстрелил себе в голову. Экспертиза установила, что Дерябин Алексей Гаврилович был абсолютно трезв.

Когда Любовь Николаевна Морозова получила письмо, ее поразило, что командир нашел такие слова, что ей стало чуть легче. Она была благодарна за поддержку и сочувствие, командир просил прощения, и она понимала – вины его нет.

Закончив рассказ, Андрей попросил позвонить домой, но Александр Константинович, подбирая нужные слова, объяснил, что он уже другой, что тот Андрей Морозов похоронен год назад, что нужно время, чтобы окончательно подлечиться, привык­нуть к новому лицу. Ему сделали еще операцию, и он слегка привык к своему новому облику и даже начал шутить. Медсестра Наташа стала задерживаться больше обычного около Андрея во время процедур. Александр Константинович разрешил ему прогулки по территории госпиталя, но нужна была одежда, чтобы выходить в город. Андрей позвонил в часть. Дежурный по части не мог ничего понять, сказал, что доложит в штаб. Через несколько часов в палату вошли два офицера, Андрей их сразу узнал. Они не признали в нем бывшего сослуживца. Пришлось объяснять, при каких обстоятельствах он попал сюда. Офицеры долго не могли поверить, что Андрей остался жив после такой мясорубки. Они не сказали, как погиб командир и как один из офицеров сопровож­дал гроб с телом Андрея до его города. Вскоре они привезли с собой комплект новой формы и денежное довольствие за полтора года.

Пролетели летние месяцы, желание увидеть родных с каждым днем росло, и наконец Александр Константинович разрешил ему поехать в родной город. Медсестра Наташа сопровождала его, готовая оказать первую помощь.

Дорога домой, путь к себе

С каждой минутой электричка приближала его к дому. В вагоне народу было немного. Андрей, не отрываясь, смотрел в окно, узнавая родные места. Стайка девчонок села рядом с ним, весело переговариваясь, но когда он повернулся к ним, увидел испуг в глазах. Девчата пересели на другое место и замолчали. Наташа села рядом, взяла его за руку.  Они шли вдвоем по родному городу Андрея. Он поймал такси, и Наташа догадалась, куда они поедут. Быстро нашли аллею Славы и могилу рядового Андрея Морозова… Они еще долго гуляли по городу. После обеда пришли к дому Андрея. Квартира оказалась закрытой. Андрей и Наташа сели на скамеечку возле подъезда. А через два часа Андрей увидел маму. Она была в той же курточке, и, как всегда, в руках были пакеты с продуктами и тетрадями. Сердце матери оборвалось… Она посмотрела на человека в военной форме, замедлила шаги, поздоровалась и, склонив голову, пошла к двери.

Через несколько минут Андрей стоял у родной двери. Мать открыла, он представился другом ее сына, Любовь Николаевна пригласила их в комнату. Она очень обрадовалась, достала альбом с фотографиями и стала рассказывать, каким был ее Андрюша. В это время щелкнул замок, в квартиру вошла бабушка, Ирина Васильевна, а вместе с ней его любимица Альфа: она резко остановилась, потянула носом воздух и зарычала. Ирина Васильевна стала ее успокаивать, но собака, вырвав поводок, двумя прыжками влетела в комнату. Она почуяла запах  любимого хозяина! Она так долго его ждала, удержать ее не смогла никакая сила. Альфа положила лапы Андрею на плечи и стала лизать его лицо, руки. Все оцепенели. Альфа бросилась в прихожую, нашла старые кроссовки Андрея, принесла в комнату, села рядом и радостно залаяла. Андрей только и смог сказать: «Я живой, мама!» Любовь Николаевна взмахнула руками, альбом выпал, фотографии разлетелись по комнате. Она целовала его и только приговаривала: «Андрюша, сыночек».

Александр ВОРОНОВ  

Кесовогорский район

Автор: Александр Воронов
22

Возврат к списку

Фронтовые дороги ведут в Ржев
25 марта 2017 года. Идет подготовка к Международной военно-исторической экспедиции «Ржев. Калининский фронт» у деревень Есемово и Кокошкино. Отряды приезжают на политую кровью землю – предстоят полевые работы. У деревни Полунино московские поисковики находят останки красноармейца.
26.04.201722:03
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию