08 Декабря 2016
$63.91
68.5
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Летопись24.03.2014

Эра милосердия

Фотограф: Архив"ТЖ"

В 1914 году Тверская губерния превратилась в госпиталь

Более кровопролитной войны, чем Первая мировая, история на рассвете XX века еще не знала. Оружие становилось все совершеннее и смертоноснее. На плечи врачей и медсестер легла тяжелая ноша. Впрочем, заниматься обустройством госпиталей в то время пришлось не только им. В города и села Тверской губернии поступало множество раненых. Опыта в уходе за ними не было. Все постигалось на практике.

И боль отступала

Первая группа раненых бойцов – 64 человека – прибыла в Тверь 1 сентября 1914-го. На вокзале их вместе с медиками встречали архиепископ Серафим и тверской вице-губернатор Дмитрий Гершельман.

Специального госпиталя в городе не было. Раненых разместили в земской и аваевской больницах. Однако уже совсем скоро они перестали справляться с наплывом раненых. Госпитали появлялись повсюду: при общине Красного Креста, на Морозовской и Рождественских мануфактурах, в зданиях банка и почты и даже на казенном винном складе. Не осталась в стороне и церковь – Тверская духовная семинария, епархиальный дом, ряд монастырей. Около 200 монахинь взяли на себя заботу о раненых в зданиях Тверской духовной семинарии, почты, Государственного банка и епархиальном доме.

Один из госпиталей открылся и в училище слепых на 1-й Никольской улице (ныне – Софьи Перовской). Именно здесь медсестрой работала Анна Жданова, сестра будущего члена Политбюро Андрея Жданова. Она вела дневник, который сегодня хранится в фондах Тверского объединенного музея. Медсестра рассказывала, как инспектировал тверские госпитали губернатор Николай фон Бюнтинг:

«Весь персонал был поднят на ноги. Всем солдатам выдали чистое белье. Вот подъехала пара лошадей. Бюнтинг вышел из коляски, распахнулись двери госпиталя. Губернатор кисло вошел, едва кланяясь. Мы также небрежно кивнули.

– Здравствуйте, ребята! – грассируя, сказал губернатор.

– Здравия желаем! – ответили солдаты.

– Это сестры? – обращая на нас свой взор, спросил губернатор. – Земские? А есть настоящие?

– Да. Из Красного Креста есть одна, Ваше Превосходительство, – почтительно доложил начальник госпиталя.

Бюнтинг пошел наверх. Мы по ритуалу остались на местах. Минут через 10 он уехал с кислым лицом и оловянными глазами».

Царь-голод

Как видим, тверской губернатор несколько скептично относился к земским медицинским сестрам. Он был несправедлив. Уже 1 августа 1914 года Тверское земство вступило во Всероссийский земский союз помощи больным и раненым воинам и ассигновало на его нужды 100 тысяч рублей. Губернские комитеты союза распределили несчастных по уездам. Госпитали были созданы в Твери, Бежецке, Ржеве, Осташкове, Весьегонске.

Представители земства собирали по всей губернии пожертвования для раненых: деньги, чай, сахар, мыло, книги, журналы. Особое внимание уделялось питанию – с продуктами становилось все хуже и хуже. Марина Кривонос в своей книге «Мятежное земство» пишет: «Хлеба вначале рассчитывали по 1,5 фунта (450 граммов) на человека, затем по потребностям, оказалось, что достаточно и меньшей порции. Из остатков («не объедков» – подчеркивается в отчете) приготовляется квас. Мяса сначала полагалось 0,75 фунта (250 граммов) в день, потом норма почти вдвое снизилась. Дороговизна! Иногда – суп из соленой севрюги. 1 – 2 раза в неделю на ужин давали два стакана молока. Тяжелым больным и нуждающимся в особой диете выписывалось все, что назначал врач, – ветчина, кофе, варенье, свежие фрукты».

К тому же на долю земства выпала забота о специальных санитарных поездах, которые работали в зоне военных действий. Их было ни много ни мало – 75. Тверские земские организации обеспечивали поезда персоналом, провизией, медицинским снаряжением.

Мир посреди войны

Местная общественность старалась сделать все, чтобы раненые ни в чем не нуждались. Так, в середине декабря 1914 года, как сообщает газета «Тверские епархиальные ведомости», в Ржеве прошел концерт в пользу раненых воинов силами учащихся епархиального женского училища, мужской и женской гимназий. Его апофеозом стало исполнение тремя хорами одновременно гимна «Боже, царя храни». Чистый сбор составил 700 рублей, по тем временам значительная сумма. В Твери солдат, не умевших читать и писать, начали обучать грамоте. Под командованием «старшего» и медицинской сестры, которая тщательно следила, чтобы ее подопечные не курили, раненые гуляли в городском саду. Выздоравливавших пытались увлечь крокетом, однако эта игра солдатам не нравилась. Зато они с огромной охотой сражались в городки. Специальный мастер обучал их плетению гамаков, сумок, вожжей и поясов. Изделия находили сбыт на ярмарках, что пополняло бюджет тех, кто находился на излечении. Как пишет та же Марина Кривонос, «раненые сапожники за соответствующую плату починяли больным туфли, шили обувь для персонала, а умельцы из земского лазарета сделали даже специальную обувь «для раненых с укороченной ногой».

Под августейшим контролем

9 марта 1915 года в город приехала сестра императрицы Александры Федоровны ее императорское величество великая княгиня Елизавета Федоровна, настоятельница Московской Марфо-Мариинской обители. Она выслушала молебен в Спасо-Преображенском соборе, где приложилась к раке святых мощей Михаила Тверского. Затем побывала в Серебряной общине сестер милосердия, а также в госпиталях, расположенных в Дворянском собрании, Христорождественском монастыре, обществе Доброхотной копейки и в семинарии. Елизавета Федоровна беседовала с воинами, раздавала евангелие и крестики, а раненым других исповеданий – священные книги.

13 октября 1915 года Тверь посетила и Александра Федоровна с великими княгинями Ольгой, Марией, Татьяной и Анастасией. Августейшие особы побывали в кафедральном соборе, лазаретах в реальном училище и семинарии, приюте для детей, бесплатной столовой для беженцев. Ближе к концу войны людская молва начнет обвинять императрицу в связи с Германией, однако в ту пору ее встречали с большой радостью. Многие раненые хотели сфотографироваться с ней и ее дочерьми на память, и она никому не отказывала. Осенью 1916 года в Тверь прибыла международная комиссия Красного Креста, в которую входила австрийская принцесса сестра милосердия Кунигунда фон Крой, капитан датской армии Вульф и двое представителей российского Красного Креста. Они познакомились с госпиталями, с положением военнопленных и остались довольны увиденным.

Хочу стать медсестрой

Проблема госпитальных кадров стояла остро. Тверской земский комитет организовал краткосрочные шестинедельные курсы, на которые записалось более 60 девушек. Многие из них бросили свою работу только для того, чтобы помогать раненым. В результате через полтора месяца госпитали пополнились 48 медицинскими сестрами.

И все-таки, несмотря на все старания, смертность была большая. Вернуться в строй удавалось далеко не всем. Умерших от ран хоронили на Смоленском кладбище. На крестах с именами погибших встречались названия всевозможных полков, рот, батальонов. Здесь хоронили пехотинцев, матросов, казаков, артиллеристов. Увы, могилы эти вскоре после революции были уничтожены. И хочется надеяться, что к 100-летию начала Первой мировой память о ее героях будет увековечена.

Андрей УЛЬЯНОВ

Автор: Андрей УЛЬЯНОВ
14

Новости партнеров

Loading...

Возврат к списку

В Твери прошел городской молодежный марш-бросок «Москва за нами!»
Несмотря на снег и холодный пронизывающий ветер, они пришли сюда, чтобы отдать дань памяти тем, кто ровно 75 лет назад остановил фашистских оккупантов на подступах к столице нашей Родины и перешел в контрнаступление, изменившее ход Великой Отечественной войны.
07.12.201620:02
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию