29 Марта 2017
$56.94
61.81
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Общество 21.03.2013

Вверяйся челноку! Плыви!

Фотограф: Татьяна Иванченко

Очень важно знать другую точку зрения, даже если ты с ней не согласен

Так сказал на встрече со студентами отделения журналистики ТвГУ известный священник Русской Православной Церкви за границей, публицист, ученый Стефан Красовицкий.

Доцент ТвГУ Александр Кокарев представил гостя:

– Лет 17 назад я с другом ездил на Валаам. У нас было сообщение для незнакомого нам отца Стефана. Мы искали его и вдруг смотрим – мимо бежит батюшка в коротенькой рясе. Это вызвало недоумение. Оказалось, он тот, кто нам нужен, и объяснил свой вид просто: «Да жарко было, подрезал».

У молодых журналистов была возможность задать необычному собеседнику самые разные вопросы. И они не упустили свой шанс. Беседа напоминала горную речку, бодрящую ум и непредсказуемую. Она то легко перепрыгивала с реплики на реплику, о. Стефан (1935 года рождения!) щед­ро сыпал стихотворными и прозаическими цитатами, снабжая их своей порой неожиданной трактовкой. То затягивалась в воронку – «И все­-таки какие доказательства существования Бога». Так как ответы нельзя было понюхать, сжать в кулаке, унести с собой в кармане, кому-­то выбраться из круговорота этих «и все-­таки» было сложно. 

«Сопротивление – вещь полезная и может привести к результату. Равнодушие – самое страшное», – сказал отец Стефан. Предлагаем неравнодушным стать участниками беседы (в качестве подзаголовков к ней использованы названия работ о. Стефана и строки из его стихов).

*  *  *

Отражаясь в собственном 
ботинке, 
я стою на грани тротуара.

Екатерина Алдерова: «Почему вы стали священником?» 

– Я был очень верующий в детстве, так меня воспитывала бабушка. Она каждый вечер, мы тогда жили в эвакуации, рассказывала мне «случаи случившиеся» – отрывки из Евангелия. Потом я рос, все это стало забываться. Доминирующий религиозный фактор размылся в душе, хотя не исчез. Потом как-­то на 1­-м курсе института мы путешествовали с друзьями пешком. Я иду от Суздаля в Кидекшу (в древний храм Бориса и Глеба), и вся вера вернулась, в одно мгновение. Вот и все, объяснить это невозможно.

Александр Кокарев: «Всем, наверное, интересно, почему вы священник Русской Православной церкви за границей?» 

– Русская Зарубежная Церковь по уставу считает себя неразрывной частью Киевской Православной Поместной Церкви. Когда гонения на веру были ужасные, та церковь, которая оставалась внутри государства, вынуждена была это официально отрицать. А та часть, которая оказалась за границей, не согласна была с такой политикой. Ее священники говорили о происходящем в России. И для тех, кто здесь оставался, это тоже было облегчение: что хоть кто­-то может свободно говорить. РПЦ не разрушилась, и таинства остаются действительными и там, и там. 

Когда я оказался за границей и мне предложили стать священником, я согласился. Я был рукоположен в Соединенных Штатах Америки блаженной памяти митрополитом 
Виталием. Сейчас я, по-­моему, один в России, кто не перешел из Патриархии Зарубежной Церкви. Мне поручен титул – руководитель миссии РПЦЗ в России. Так я и остался формально ее руководителем. 

*  *  *

Катастрофа в раю

Константин Жигунас, жур­налист-­блоггер: «Как воспринимать Библию? Как исторический документ, религиозный труд?»

– О, тогда небольшая лекция. Бог ничего не создал на земле больше личности. Этим принципиально человек отличается от животного. Животное может быть очень мудрым, но ни одна кошка, собака не скажет про себя: «Я существую». А, как говорит Фома Аквинский, младенец еще не знает, что стол это стол, но он уже знает, что то, что есть, есть то, что есть. 

Если Бог существует, а он существует, он должен быть выше человека. Для этого он должен быть большей личностью, чем человек. Это можно представить? Что кто-­то более личен, чем ты? Трудно это представить. Бог нас представляет.

Что же произошло в раю? У меня есть книга «Катаст­рофа в раю». Человек нарушил заповедь. Не важно какую. Если бы он съел плод во сне или по ошибке, ничего, кроме, может, расстройства желудка, не было бы. Но он сознательно нарушил заповедь. Произошел разрыв со своим личным Богом. Примерно как в болезни шизофрении, только в другом масштабе. Раздвоение личности. И человеку уже ничем, ни молитвами, ни хорошими делами, не достичь невозможного. Об этом говорят и древние памятники – менгиры, дольмены. Камень вертикальный, пересеченный горизонтальной плоскостью, значит, невозможно пройти. Что дальше? Возникла религия ожидания. Когда Бог увидел, что она скоро исчезнет. Он избирает себе народ, разнообразный по своим качествам, но способный сохранить религию. Когда пришел Христос, иудаизм стал не нужен. Сын человека Иисус Христос, не имеющий на себе первородного греха, пришел, чтобы спасти человека, восстановить связь между ним и Богом. Он умер-­воскрес и провел нас как иголка нитку через свою смерть и Воскресение. 

Так вот, когда вы смот­рите на Священное Писание, главное, чтобы были – вы. Ни теории, ни чьи-­то авторитеты – вы. Выше вас для вас никого нет – только Христос. Чтобы внутри было чувство, что вы ищете истину. Тогда можете брать Библию и читать где угодно, что угодно, и она вам будет помогать. Если вы теоретически будете ее изучать – ничего не получится. Нет личной связи вас и Бога.

*  *  *

Охота на личность

Константин Жигунас: «Я хочу начать поиски Бога, но прежде хочу знать ответ: реален ли он».

– Я никогда никого не убеждаю, а говорю так – каждое утро встаньте и скажите: «Я – Константин – действительно существую. И другого Константина на моем месте нет». Просто скажите, ни о чем не думая. И так день за днем. Увидите, что произойдет. Это скрытая подсознательная просьба к Богу открыть истину. 

Ксения Чиж: «Вы говорите, только что родившийся – уже личность? Но ведь человек должен заслужить это звание, достичь его».

– Сейчас очень много происходит такого, что разрушает личность. Вы видите что-­то такое, чего не должно быть, омерзительное. Но вы смиряетесь, думаете, ну да, нехорошо, но что делать… А личность не станет мириться, она будет сопротивляться. Чтобы не потерять себя.

*  *  *
В наш век электричества, 
атома, газа,
быть может, тогда и найдете 
покой,
когда совместите 
картонную вазу
из этого мира с живою душой.

Константин Жигунас: «А был ли вообще Иисус? Нет научных доказательств».

– Что такое, по­-вашему, научный метод? Без вас, да? Объективное – это если человек знает, что он существует, исходя из этого, может что-­то понять. Субъективное – набор фактов. 

Константин Жигунас: «Наука не безупречна, но она занимается поиском истины. Вы же говорите о вере, а не о знании».

– Я говорю о знании. Есть люди, которые верят, что Бог есть, а есть те, которые верят, что Бог действительно есть – и это знание. Но вы понимаете знание как накопление всевозможных фактов.

Ксения Чиж: «Но ученые нам много дали. Есть необходимые открытия, без чего не можем обойтись, взять, например, космос, медицину». 

– Вы так думаете? Развитие техники слишком отвлекает и душу, и ум. Трава растет, деревья растут, наука развивается – это хорошо. Да, у меня есть телефон, я им пользуюсь. А если б его не было, тоже ничего не потерял бы. 

Святитель­-чудотворец 
Иоанн Новгородский поймал беса и приказал ему: «Неси меня в Иерусалим». Вот так и нам надо использовать изобретения, чтобы летать в Иерусалим.

Александр Кокарев: «Кстати, по преданию, пролетая над Кашином, святитель потерял клобук. И с XIV века там Клобуков монастырь. По карте приложили линеечку – действительно, Кашин на линии от Новгорода до Иерусалима».

– Если наука не отвлекает внимания от спасения нашей души, даже если она ошибается, пусть будет. А вот если она отвлекает, тогда наука вредна в любом виде.

Константин Жигунас: «Душа – это что­-то эфемерное». 

Профессор, доктор наук Юрий Варзонин: «А вы думали, откуда у человека появляется мысль, идея? Надо понимать – человек приходит в жизнь, данную ему Богом, чтобы ответить на глобальные вопросы – что он, зачем он? Не для того ведь, чтоб заполнять пустоту своими 30 или 80 килограммами. И вопросы эти во все времена одни и те же. Антураж другой, он всегда будет меняться. Но предназначение наше – найти в себе Бога, который тебя сделал – вечный. И никогда это не станет совершенно очевидным и ясным. Такого не будет, искать будешь до последнего».

Константин Жигунас: 

«Наука многое объясняет и стремится к этому. Она говорит: мы знаем, что мы смертны, рано или поздно умрем…»

– Это говорит не наука, а отдельные ученые. Знаете Вейсмана – одного из основоположников генетики? Он не был верующим, агностик. Но доказал, что человек был создан бессмертным. Что происходила регенерация клеток, случилась, как он писал, какая-­то катастрофа. Я вам об этом уже говорил. 

*  *  *
Пусть сомненья тебя 
никогда не гложут,
То, что Правдой было раз,
ложью быть не может.

Ирина Смирнова: «Что вы скажете о своих стихах и чужих?»

– Свои стихи я порядочно уничтожил, так как они меня не устраивали. Немножко пишу и сейчас, в основном религиозное. Распределение звуковое – вот что меня привлекает в поэ­зии. Важны для меня не образы, а, как я называю, объективная гармония – звуковая, таинственная. Поэтому, считаю, что русская поэзия выше, например, чем английская. Меня интересует XVIII век – Державин, 
Батюшков, потом Фет, Хлебников, Гумилев. 

В России отношение к поэтам не такое, как в других странах. В Британии, например, напишет кто­-то хорошее четверостишие – и он в каждой энциклопедии. А вы знаете гениального тверского поэта Виктора Теплякова? Он был издан один раз в 20­х годах XIX века и лишь недавно переиздан в Твери. Пушкин его очень ценил. 

Екатерина Алдерова: «Как вы относитесь к современной литературе?»

– Плохо ее знаю. Из прозы больше люблю английскую литературу: Честертона, Стивенсона, Конан Дойля, Диккенса. Из русских нравится Гончаров, особенно «Фрегат Паллада». Считаю, Александр Грин недооценен. «Бегущая по волнам» – великое произведение. Помните, Биче Сэниэль говорит Гарвею: «Вы мне рассказали о Фрези Грант, и я Вам поверила, но не так, как, может быть, хотели бы Вы… Гарвей, этого не было?!» – «Биче, это было». Это о вере. Можно верить и в несуществующего Бога, а можно знать, что Он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО су­ществует.

Обязательно прочитайте Джозефа Конрада «Тайфун». На корабле, попавшем в тайфун, паника. Лишь капитан в полном спокойствии распоряжается и выводит корабль. Помощник его спрашивает: «Вы сразу знали, что мы спасемся?» – «Я был уверен, что мы погибнем». Вот так должно жить.

Или как у Батюшкова:

С отвагой на челе 
и с пламенем в крови
Я плыл, но с бурей вдруг 
предстала смерть ужасна.
О юный плаватель, 
сколь жизнь твоя прекрасна!
Вверяйся челноку! Плыви!


 

Стефан (Станислав Яковлевич) Красовицкий – священник РПЦЗ(В), родился 1 декабря 1935 г. в Москве. В 1959 г. окончил английское отделение Московского государственного института иностранных языков им. Мориса Тореза. Поэт, переводчик. В начале 60-х уничтожает все свои стихи (они сохранились во многих списках и в памяти друзей). Работал старшим научным сотрудником в различных научных учреждениях. В 1990 г. в Нью- Йорке был рукоположен в сан священника. Служил в США, Франции, Англии. Сейчас – настоятель церкви Михаила Архангела в деревне Реболы в Карелии. Руководит миссией Русской Православной Церкви за границей (РПЦЗ) в России.

Автор: Татьяна Иванченко
49

Возврат к списку

В университет с частушками | В Тверском педагогическом колледже проходит досрочная сдача ЕГЭ
35-летний Николай Соловьев 18 лет работает в одной из школ Максатихинского района. Преподаватель истории, краевед, финалист конкурса «Учитель года-2012», призер областного фестиваля гармонистов и частушечников, сегодня он пришел в пункт досрочной сдачи ЕГЭ, чтобы сдать экзамен по русскому языку.
27.03.201721:14
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31 1 2
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию