10 Декабря 2016
$63.3
67.21
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Общество 15.03.2013

«Не без оснований считаю себя тверяком»

Фотограф: Алексей Комаров, Александр Рождественский

Вспоминая Бориса Полевого

История этой публикации такова. На днях звонит Алексей Сергеевич Титов, директор Ассоциации тверских землячеств, и с радостью говорит, что Алексей Степанович Пьянов прислал землякам статью о Борисе Николаевиче Полевом. 17 марта исполняется 105 лет со дня рождения этого замечательного писателя и мужественного человека. Образ Бориса Николаевича в памяти многих людей остался как теплая родная душа, парень из нашего города, что упрямо называл земляков тверяками. А в строках Алексея Пьянова об Учителе, адресованных «Тверской Жизни» и ее читателям, есть та мера дистанции, то уважение к позиции человека, что являет незаемную культуру и дает нам, нынешним журналистам, образец отношений коллег к своей земле, к слову и друг ко другу. 

Вернувшись из долгой и трудной поездки в Америку, он, едва распаковав дорожный кофр, отправился в родной Калинин.

Нет, дорогой и взыскательный читатель, я не ошибся. Так же, как и ты, знаю, что Борис Николаевич Полевой родился в Москве 17 марта 1908 года. Но знаю и другое, давшее ему право не только считаться, но и быть истинным тверяком. И вот чем это право подтверждается:

«…Я родился в Москве, но вырос, учился, приобщился к труду, к журналистской профессии, написал свою первую книгу в Твери, по­-теперешнему говоря, в Калинине…» Далее в этом признании следуют слова, взятые мною заголовком к этим заметкам. Их строки продиктованы не только памятью и уважением к этому удивительному человеку, славы которого с лихвой хватило и на Москву, и на Тверь, и на всю огромную страну нашу. Да что там, теперь, по прошествии уже более столетия со дня его рож­дения, можно смело сказать, не впадая в излишний пафос и земляческие восторги, что имя этого человека всемирно. В доказательство сего приведу лишь один, зато официально подтвержденный факт: по данным Всесоюзной книжной палаты, только одна книга – «Повесть о настоящем человеке», вышедшая из­-под пера Бориса Полевого, на 1 января 1990 года выдержала 229 изданий общим тиражом 36 миллионов 876 тысяч экземпляров на 52 языках народов мира!

Думаю, дорогие земляки, вы не упрекнете меня за обилие цифр, ибо известно, что иные из них бывают гораздо красноречивее слов.

Уверен, что здесь именно такой случай. Но вернемся к началу этих заметок. Приехав в родной город, Борис Николаевич прежде всего навестил не высокое начальство, как тогда полагалось по неписаным, а может, и писаным правилам, а свою родную редакцию – «Калининскую правду», коллег и друзей. Рассказал о заморском путешествии, попил чайку, а потом спустился к нам в «Смену». Вот здесь, более половины века назад, я впервые увидел Бориса Полевого. Он написал самую любимую мою книгу о легендарном летчике, о русском человеке, для которого Родина – самое святое на свете. А для меня книга эта была особой, именно моей книгой еще и потому, что на петлицах гимнастерки моего отца, погибшего под Сталинградом, рядом с тремя кубиками были такие же серебряные крылышки, как и у легендарного Алексея Маресьева.

Вот тогда, в «Смене», и был сделан один из снимков, которые я отобрал в своем архиве для этих заметок. Думаю, по лицам слушателей Бориса Николаевича нетрудно понять (он сидит справа), какой интересный был этот разговор, навсегда оставшийся в памяти тех, кто в нем участвовал.

Потом жизнь сложилась так, что мне довелось часто встречаться со знаменитым земляком. Правда, упаси Бог, было так назвать его устно или на бумаге! Его юмор, ирония, самоирония были язвительны и остры, а чинопочитание относил он к самым отвратительным людским порокам.
Однако снова встретиться с ним – теперь уже в другом городе и в другой редакции – довелось только через десять лет, после тех незабываемых посиделок в «Смене» осенью 1959 года.

Близилось шестидесятилетие Бориса Николаевича, давно уже ставшего к тому времени главным редактором самого популярного литературного журнала страны – «Юность». Я получил задание сделать для «Смены», где в то время заведовал отделом, интервью с Полевым. Позвонил ему и услыхал в трубке знакомое: «Старик, что-­то вы пропали. А насчет интервью, тут дело такое. Через пару дней улетаю на Кипр. Как с юбилеем? Пусть без меня отмечают. А вернусь – приеду в Калинин, вот там и выпьем по чарочке. Так что давайте завтра. Успеете?»

Я успел и утром следующего дня, задолго до начала работы в «Юности», сидел в скверике знаменитого московского особняка, прославленного самим Львом Толстым в гениальном своем романе.

Говорили мы в тот день с Борисом Николаевичем долго. Он был в хорошем настроении и охотно отвечал на самые «каверзные» вопросы.

Когда я спросил, ведет ли он дневник, на минуту задумался, словно вспоминая что­-то, потом сказал:

– Веду с войны. Из дневников родились многие мои книги. Такие, как «Енисейские записи», «30 тысяч ли по новому Китаю». Только что закончил новую книгу. Она будет называться «В конце концов». Это дневники, которые я вел на Нюрнбергском процессе. Дневник, старик, необходимая и замечательная штука. Советую и вам, если, конечно, вы этого еще не сделали, купите тетрадку потолще и начинайте не откладывая. Записывайте. Память – штука хорошая, но не всегда надежная.

Я внял этому совету. Вернувшись в Калинин, достал из ящика стола переплетенный в вишневый сафьян альбом, который, признаюсь, берег для стихов. Но они, увы, не писались в ту пору, и страницы этой замечательной книжки, подаренной мне славным тверяком Олегом Уруфьевым, были девственно белы…

Весна 1975 года круто изменила мою судьбу. Борис Николаевич и Андрей Дементьев, его заместитель, не без труда извлекли меня из кабинета Калининского обкома КПСС и «телепортировали» в столицу, на площадь Маяковского, в уникальное здание, пережившее наполеоновский пожар Москвы и фашистскую бомбежку, в коем находилась та самая, мною любимая «Юность», о которой писал я дипломную работу, оканчивая факультет журналистики Среднеазиатского государственного университета в Ташкенте.

Ну как тут не вспомнить знаменитое пушкинское «Бывают странные сближенья…»

С той весны «Юность» в шутку, а порой и всерьез стали звать тверским журналом, ибо на ее капитанском мостике оказались три тверяка.

Тогда же в моем альбоме появились первые записи, о чем я и уведомил Бориса Николаевича. В ответ на это он сказал:

– В таком роскошном блокноте должны быть и записи соответствующие, серьезные, значительные. А не вроде известного присловья: «Я сидела на крыльце с выраженьем на лице, выражала на лице, что сижу я на крыльце».

Ведя дневник, я всегда вспоминал эти слова и хитрую улыбку Б.Н., как звали Бориса Николаевича в редакции. Сегодня, в канун очередной годовщины славного нашего земляка, я решился опубликовать несколько страниц из моего дневника. Они, как мне кажется, дополняют образ этого человека, который никогда среди десятков редакционных и государственных забот, которые многие годы он достойно нес на своих плечах, не забывал родное Верхневолжье. Гордился его успехами, делами своих земляков, помогал им и словом, и делом.

Пять страниц из дневника

Страница первая. 16 августа 1975 года

Б.Н. пришел в редакцию необычно рано. Заглянул ко мне. Спросил:


– Не занят, Алеша? Ну, тогда зайдите, поможете отобрать кое­ч-то для земляков.

На столе разбросаны с десяток фотографий. Берет одну из них, говорит:

– Это «Смена» наша. 1928 год. Алексей Исаков, а вон та – Кавская. Звонили из музея Лизы Чайкиной, просили прислать для экспозиции о нашей комсомольской газете, вот раскопал кое­-что. А вот эти снимки – для музея военного в Ново­-Бридине. Видите – это Калининский фронт. Это вот Александр Фадеев, а это – шофер мой, Петрович. А тут запечатлен исторический момент: военкор Полевой сбривает усы, вернувшись из Сталинграда.

Страница вторая. 20 августа 1975 года

Засиделись у Б.Н. Обсуждали, как отметить в журнале юбилей Михаила Ивановича Калинина. Полевой спросил меня:


– Вы бывали в Верхней Троице, на его родине? Может, съездить вам туда, поговорить с людьми. Там должны помнить своего односельчанина. Именно не Всесоюзного старосту, а соседа по двору. А?

– Боюсь, что не найдем там таких людей. А что если поговорить с его соратником по Президиуму Верховного Совета СССР Горкиным? Они столько вместе работали.

– А он жив?

– Жив­-здоров, я недавно слышал его по радио.

Полевой просит своего секретаря Лидию Кузьминичну соединить его с Горкиным. И как это ни странно, через десять минут уже говорит с ним! И уж совсем невероятно, что тот охотно соглашается встретиться с корреспондентом «Юности», оставляет свой телефон.

Б.Н. по своей неизменной привычке ткнув меня кулаком в плечо, говорит, не скрывая радости:

– Ну, старик, вовремя вы вспомнили хорошего товарища Горкина. Теперь вставим фитиль своим коллегам!

Страница третья. 26 августа, 1975 года

Звонит Б.Н. 


– Старик, обедать не ходите. 
– А что случилось?
– Узнаете. Не пожале­ете. Думал, что отметим всей «большой тройкой», но вчера позвонили – Андрей задерживается с делегацией. Американцы, что ли, попросили.

В ресторане ЦДЛ уже накрыт стол. Б.Н. в костюме, при галстуке, торжественно, но с неизменной улыбкой объявляет:

– Звонили из польского посольства: у них там мою «Повесть…» издали в двадцатый раз. Это – рекорд. Вот за это и выпьем.

Страница четвертая. Июль 1977 года

Б.Н. вернулся из Калинина. Позвал Андрея и меня к себе в кабинет.


– Ну, дети мои, должен вам сказать, прекрасная была поездка. Встретился с Николаем Гавриловичем Корытковым. Обсудили кое-­какие дела. Повезло нам, тверякам, с ним. Я ему сказал как­-то: «Не зря вы – Николай Гаврилович. Как Чернышевский». И это, дети мои, не просто шутка.

Страница пятая. 28 апреля 1980 года

Знакомый, нет, уже за эти годы ставший родным голос в трубке: «Алеша, если свободны, зайдите ко мне».


Б.Н. нарядный, в элегантном костюме. На столе – изящный томик. На обложке – «Самые памятные».

– Помните? – спрашивает Б.Н.

Я помнил, как почти год назад в этом кабинете я держал в руках рукопись, которая теперь стала книгой. Потом, вернувшись к себе, прочитал слова, написанные неизменным зеленым фломастером. Вот они: «Алеше Пьянову с благодарностью за первую доб­рую статью об этой книге. ­С приветом, от старого тверского козла. Б. Полевой. 
28 августа 1980 г.»

………........

Да, я помнил. Тогда, год назад, Борис Николаевич сказал, давая мне рукопись:
– Возьмите и не откажитесь прочесть, если, конечно, пожелаете. Вам тут многое знакомо. Знайте, это самая дорогая для меня книга. А поэтому сегодня у меня праздник…

………........

Сегодня праздник у всех, кому дорого имя этого замечательного человека, прекрасного писателя, гражданина, солдата. Имя Бориса Николаевича Полевого. Нашего земляка. Тверяка. 

Автор: Алексей Пьянов
46

Новости партнеров

Loading...

Возврат к списку

В День Героев Отечества Игорь Руденя встретился с почетными жителями Верхневолжья
Сегодня, в День Героев Оте­чества, губернатор Игорь Руденя встретился с прославленными жителями нашей области. Сразу 10 выдающихся земляков собрались за одним столом. 
09.12.201622:06
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию