20 Сентября 2017
$58.1
69.68
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Гордость земли Тверской 04.03.2013

Хочу передать этот привкус времен

Фотограф: Николай Погорелов

Штрихи к портрету Людмилы Юга

Первый известный в истории искусства офорт принадлежит аугсбургскому граверу и оружейнику Дэниэлю Хопферу. Именно его стараниями этот метод военной маркировки перестал служить пушкам, а перешел на сторону муз.

«Ни искусство, ни мудрость не могут быть достигнуты, если им не учиться». Демокрит

– Родилась я в Советском Союзе, на Западной Украине, в городе Луцке Волынской области, – говорит о себе заслуженный художник России Людмила Юга. – Появилась на свет дома, а когда родители поехали оформлять свидетельство о моем рождении, то регистратор загса поставил им ультиматум: либо платите штраф, либо записывайте девочку сегодняшним днем. Было 15 апреля.

Так в биографии Людмилы Георгиевны появились две даты рождения: одна настоящая – 1 марта, а вторая, как в документе, – 15 апреля. Правда, о таком несовпадении она узнала только тогда, когда в шестнадцать лет получала паспорт. Трудно представить, каково было ее удивление, ведь она уже привыкла принимать поздравления в первый день весны. По этому поводу она шутит: мол, по гороскопу я Рыба, а этот знак обладает двойственной природой, вот и родилась я вроде бы 1 марта, а вроде бы и 15 апреля.

Семья, в которой появилась на свет Людмила, к искусству имела самое непосредственное отношение: отец был художником, в последние годы своей жизни он работал начальником отдела иллюстраций центральной киевской газеты. Мама – Юна Григорьевна – окончила музыкальный техникум в Днепропетровске, потом училась в Москве в студии имени Станиславского. Страдания, перенесенные во время Великой Отечественной войны, не прошли даром. Голос – красивое лирико­драматическое сопрано – исчез, и, когда родилась маленькая Люда, Юна Григорьевна работала музыкальным воспитателем в детском саду. «Дома мы всегда слушали музыку, регулярно ходили на концерты, на столе в нашей комнате в коммуналке всегда лежала скромная, но красивая скатерть, мама учила меня пользоваться столовыми приборами», – вспоминает Людмила Георгиевна.

Высокая нота, которая была взята матерью в самом начале ее собственного жизненного пути, повлияла на то, что она ответственно помогала дочери выбрать свою стезю. Однажды Юна 
Григорьевна попросила Люду спеть. Послушала. Промолчала. Потом взяла бумагу и карандаш и попросила: «Нарисуй что­нибудь». Люда нарисовала домик. «Ты будешь художником», – последовала реакция. Так в жизни Людмилы Юга появились изостудии и художественные школы, занятия в которых она посещала не без удовольствия – рисовать нравилось. Но в 16 лет, когда ребенок уже смотрит на мир по-­взрослому, а сидение у мольберта кажется скучным и неинтересным делом, она размечталась и решила стать… продавщицей парфюмерного магазина.
– Мама быстро выяснила, что я не хожу на занятия по живописи, и с тех пор водила меня в студию буквально за ручку. Теперь я понимаю: настойчивость родителей – то, что необходимо подростку, который уже поставил себе задачу, – говорит Людмила Георгиевна.

В Твери (Калинине) Людмила Юга живет с 1964 года. Училась здесь в вечерней школе, днем работала на полиграфкомбинате в переплетном цехе. На производстве познакомилась с непревзойденным тверским акварелистом Ростиславом Благовещенским, который пригласил ее в рабочую изостудию, взял к себе в отдел. Участие в процессе создания книг, занятия иллюстрацией сделали свое дело – было принято решение поступать на отделение книжной графики Московского полиграфического института. После окончания вуза в 1974 году Людмила вернулась в Тверь и преподавала в изостудии при Дворце пионеров. Для молодого специалиста директор создал самые комфортные условия – выделил под мастерскую отдельное помещение, помог с приобретением офортного станка. Так появилась возможность заниматься графикой профессионально, причем заниматься именно офортом.

«Вдохновение дает образ».Лорка
В переводе с французского офорт – «крепкая вода», т.е. азотная кислота, это такая разновидность и техника гравюры на металле, в которой углубления печатной формы создаются не резцом, а травлением поверхности металла кислотами. Полированную металлическую «доску» из цинка, железа или меди покрывают слоем кислотоупорного лака. После того как лак затвердевает, его поверхность коптят, чтобы на темном фоне лучше были видны процарапанные штрихи и линии.
Затем на доску переводят подготовительный рисунок, а офортной иглой грунт процарапывают до поверхности металла – линии и штрихи хорошо видны на фоне темного лака, после чего осуществляют травление. Цинковую пластину травят в азотной кислоте, разбавленной водой, медную — в растворе хлорного железа. Только представьте, какой это трудоемкий процесс, сколько требуется приложить физических сил, чтобы в финале появилось произведение искусства!

Направление творчества Людмилы Юга во многом сформировалось под влиянием работ эстонского мастера Визе Толле, выставка которой в Музее изобразительных ис­кусств имени Пушкина потрясла молодого мастера. «Захотелось нечто подобное делать самой», – объясняет свое решение Людмила Георгиевна. Офорт привлек ее своей технической сложностью, многодельностью, всегда притягательной непредсказуемостью фактуры гравировальной доски. В 1983 году Людмила Георгиевна вступила в Союз художников России, ее работы начали появляться на городских, областных, зональных и республиканских выставках. «Это были изящные гравюры, выполненные в технике офорта, как правило, с применением акватинты и других манер обработки цинковой формы. Они были посвящены популярной в то время в среде российской интеллигенции теме памятников историко-­культурного наследия и горячо приветствовались в интеллектуальных кругах», – пишет в одной из своих статей искусствовед Татьяна Бойцова.

Однако если говорить о самом начале большого творческого пути художника, непременно нужно остановиться на одном эпизоде. После успешного окончания института Людмила Юга в составе большой группы коллег неоднократно бывала в Бологовском совхозе-­техникуме – обеспечивала тружеников села широко распространенной тогда наглядной агитацией. Тяжелый крестьянский труд, для которого в общем-­то никакая агитация была не нужна, искренняя преданность, с какой подходят сельчане к делу, глубоко поразили ее. Так родился замысел трех графических листов «Бологовский совхоз-­техникум», в которых труд людей на земле был показан на фоне красивых пейзажей. Эта серия получила высокую оценку известного владимирского графика Бориса Французова, что вселило в Людмилу уверенность и заставило поверить в себя.

Когда я спросил, кто из художников оказал наибольшее внимание на ее профессиональное становление, Людмила Юга помимо Бориса Французова назвала Александра Ливанова, Вячеслава Павлова, своих учителей Андрея Гончарова и Павла Захарова. Среди этого перечня, замечаю, нет ни одной женщины…

– На нашем курсе в институте были всего две девушки, остальные – парни. Сейчас, участвуя в работе выставкомов в Твери и Москве, я вижу: все поменялось, – объясняет Людмила Георгиевна. – Произошло это в 1990-­х годах, когда мужчине-­художнику стало трудно зарабатывать своим искусством на жизнь и кормить семью.

Людмила Юга говорит честно: офорт, прославивший Дюрера, Калло и Рембрандта, как и вообще все искусство, – исключительно мужская работа, это труд, сложный и физически, и психологически, труд, требующий немалых интеллектуальных затрат. Размышляя о своем ремесле, наша героиня говорит, что даже самая важная и актуальная тема не найдет пути к сердцу зрителя, если в произведениях нет подлинного профессионального мастерства. Поэтому она внимательно изучает гравюры старых мастеров.

«Во всяком произведении… все сводится к концепции». Гете

«Земля пророков. Египетские мотивы», «Русская провинция», «Волговерховье», «Тверь. Времена года», «Чудное приволье», «По пушкинским местам Верхневолжья», «Был одарен универсально» – в самих названиях заложены основные темы, решаемые художником. В этих циклах, посвященных Пушкину, Лемешеву, архитектору Николаю Львову, развертывается богатейшая история самых важных страниц русской культуры. Огромный объем! Именно поэтому художник мыслит циклами, которые, выставленные в одном экспозиционном пространстве, создают стереоскопический эффект, представляют тему с разных сторон, показывают все ее грани.

Особое значение здесь приобретает манера исполнения, также работающая на понимание произведения. Людмила Юга виртуозно использует самые разные техники офорта. Например, акватинту, одну из основных его разновидностей, которая позволяет создавать тональные плоскости большого диапазона и разнообразия силы, формы и фактуры. Сам замысел часто диктует материал. В серии «Несохранившиеся памятники Твери» художник обращается к цветной литографии.
Особенности техники придают всем компонентам цикла призрачность, характер видений из прошлого. Пушкинская «светлая печаль» нашла замечательное воплощение в поэтической серии монотипий с акварелью «Время и травы» – в них Людмила, очень скупо пользуясь цветом, по мнению профессора Международного славянского института наук, образования и культуры Анатолия Петушкова, превращает бумагу в пространственный мир.

Людмила Юга продолжает и развивает ту традицию русского искусства, которая привносит в мир гармонию и свет. Мне кажется, гармония звучит даже в тех ее произведениях, которые искусствоведы трактуют, апеллируя к понятию трагического. Такова, например, серия «Герои Отечественной войны 1812 года. Двести лет спустя», посвященная генералам Константину Полторацкому, Никанору Свечину, Николаю Манзею, Алексею Аракчееву и их тверским усадьбам. В этих работах, исполненных простым карандашом, Людмила Юга соединила три пласта, три эпохи. Время героев войны представлено копиями их прижизненных портретов, вошедших в знаменитую «Военную галерею Зимнего дворца», на которых они изображены во всем блеске своей боевой славы, отмеченные самыми высокими наградами. О современности работ говорят изображения того, что осталось от Грузин, Дубровки, Боровна и Гарусова. Третий пласт – отрывки из стихотворений поэтов Серебряного века. По словам автора, современный печальный вид имений героев 1812 года ее шокировал. Вместе с тем ощущение печали, грусти, возникающее от вида этих руин, вызывающих в памяти все самые развитые цивилизации, история которых закончилась закатом, смягчается включением в композицию произведения парадных портретов героев былых времен. Таким образом, за каждой лаконичной линией скрываются не только мысли художника, его миропонимание и мироощущение, эта линия вскрывает богатейшие исторические пласты, так или иначе выпавшие или постепенно выпадающие из культурного обихода.

– Когда я занимаюсь исторической темой, стараюсь представить себя в том времени, с которым она связана, – делится Людмила Юга. – Пытаюсь мысленно проникнуть, например, в усадебный мир, почувствовать, что могли думать люди той эпохи. Этому, конечно, помогает знакомство с документальной литературой. Постепенно, по мере погружения в материал, окончательно оформляется замысел, формируется концепция. Например, работая над лемешевской серией, мне было интересно не просто рисовать природу, но передать ее через призму исторической личности.

«Лучшие из книг – те, которые дают больше всего пищи для размышлений». Франс

В графике художника запечатлена существенная часть культурного наследия, в книгах, которые выпускает «Творческая мастерская Людмилы Юга», это направление деятельности тверского мастера находит свое продолжение. Причем все без исключения издания, увидевшие свет благодаря усилиям Людмилы Георгиевны и ее команды – супруга известного фотохудожника Николая Погорелова и дизайнера Киры Петушковой, имеют важное значение для понимания нами тверской истории. Именно за эту особенность художественное оформление книги «С.Я. Лемешев. Воспоминания. Фотографии. Документы» было отмечено премией имени Салтыкова­-Щедрина. Такую же награду Людмила Юга получила за оформление книги Андрея Чернышова «Очерки по истории Тверского княжества», иллюстрации к которой, выполненные с учетом традиций древнерусских книжных миниатюр, складывались, по словам художника, по мере развертывания самого текста. Не так давно вышла книга «Старицкий Свято­Успенский монастырь в рисунках Людмилы Юга», подготовлено к изданию и впервые проиллюстрировано житие святого преподобного Нила Столобенского, в планах – работа над серией графических листов или рисунков, посвященных жизни первого русского патриарха Иова и предстоящему юбилею Борисоглебского монастыря в Торжке…

– Идей, проектов сейчас возникает гораздо больше, чем в первой половине жизни, – признается Людмила Георгиевна. – Темы сами находят меня, только успевай делать. И идешь, и делаешь. Не ради славы, а ради того, чтобы просто работать – так меня воспитала мама…

Каждый раз общаясь с Людмилой Георгиевной, ловлю себя на мысли: как она все успевает – рисовать, заниматься подготовкой и выпуском книг, путешествовать, причем путешествовать, решая творческие задачи. Ее глазами тверская публика увидела не только пушкинские и лемешевские места Верхневолжья, усадьбы Львова, многие древние тверские города, но и такие экзотические страны, как Бали и Филиппины, а еще увидит Малайзию, где Людмила Георгиевна работала совсем недавно.

Эти поездки организует «Бюро творческих экспедиций», возглавляемое московским живописцем Владимиром Анисимовым, при поддержке Министерства культуры и МИД России. Художников, путешествующих по странам юго­-восточной Азии, с полным правом можно назвать народными дипломатами, ведь в этих государствах о России практически ничего не знают.

– Приходя на выставки, которые открываются по окончании каждой экспедиции, зрители, видевшие нас во время работы на улице, удивляются: мы и не думали, что мы такие красивые, мы и не знали, что у нас такие привлекательные места, – делится впечатлениями мастер, вместе со своими коллегами по-­новому открывающий местным жителям их страну.

Такой широкий спектр профессиональных занятий создает важное для художника состояние внутренней мобилизации, которое позволяет в итоге воплотить мысли и эмоции в разных жанрах искусства.

…В мастерской стоят четыре холста, созданные по впечатлениям от поездки в Малайзию. «Сколько времени вы их писали?» – спрашиваю. Людмила Георгиевна отшучивается:

– Неделю и тридцать лет жизни…

– Что для вас творчество?

– Жизнь.

– А если бы вы не стали художником, то кем бы тогда стали?

– Я не представляю себя никем иным. Только художником. 

Автор: Евгений Петренко
94

Возврат к списку

Тверская область ярко представила свой туристический потенциал в Москве
Завтра в столичном комплексе «Экспоцентр» завершается 23-я международная выставка «Отдых Leisure-2017». На три дня огромная площадка объединила более 670 участников из 64 стран мира и большинства регионов России.
20.09.201719:44
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 31 1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 1
Новости из районов
Предложить новость