09 Декабря 2016
$63.39
68.25
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Культура08.02.2013

Пусть не в Низовке, а в Завидове

Фотограф: ДОМ - МУЗЕЙ С . Д . ДРОЖЖИНА

Негромкие строки в интерьерах крестьянского дома

В начале февраля поселок Новозавидовский встречает гостей снегом и тишиной, которая наступает после того, как электричка, закрыв двери, отправляется дальше, в Москву. Платформа быстро пустеет – люди спешат по своим делам. Уступая дорогу снегоуборочной машине, идем мимо памятника Ленину, и рука вождя мирового пролетариата словно бы указывает нам путь – к единственному в стране Дому-­музею крестьянского поэта Спиридона Дрожжина.

Памятник Дрожжину, установленный перед зданием музея, засыпан снегом, но гордый профиль поэта, каким его увидел скульптор Евгений Антонов, не скрыть белыми драпировками. Запечатленный в бронзе человек, чья «муза родилась в крестьянской избе», с конца 1980­-х годов стоит у дома, окна которого «полдень поэта видели, // И последний его рассвет», как писал Борис Карпенко. 

18 (6) декабря 1848 года, то есть почти 165 лет назад, в деревне Низовка Тверского уезда родился певец родных полей – «низовский соловей» – Спиридон Дмитриевич Дрожжин. Дом, который в 1937-­м с началом строительства Иваньковского водохранилища был перевезен в Завидово, построен много позже.

В 1896 году еще малоизвестный поэт после долгих скитаний окончательно переезжает в родную Низовку и строит свой дом на краю деревни. Именно с ним связаны ключевые моменты в творческой и личной биографии Дрожжина.

В поисках Низовки

Покинутая жителями деревня Низовка теперь находится на большом острове Низовка при впадении разлившейся реки Шоши в полноводную Волгу. Заведующая домом­музеем Елена Павлова показывает нам выпуск журнала «Летопись краеведения» за 1924 год, посвященный 75-­летнему юбилею поэта, где говорится о том, что в начале прошлого века в деревне стояло более 50 дворов, проживали около 290 душ «обоего полу», не считая детей. Сегодня эти земли поросли непроходимым кустарником, высокой травой и березняком. Елена Владимировна рассказывает, что сотрудники музея вместе с краеведами и историками в прошлом году совершили экспедиционную поездку на родину Дрожжина, в ходе которой по старым деревьям, колодезным ямам и некоторым другим признакам удалось понять общую планировку деревни и направление улиц. Здесь до сих пор находят самые простые крестьянские колечки, крестики, пуговки, много элементов конской упряжи. Участники экспедиции даже установили, где именно стоял дом Дрожжина. «Перед ним был колодец, а сбоку протекал ручей, – говорит завмузеем, показывая нам небольшую выставку «В поис­ках утраченной Низовки», открытую в первом зале. – А кроме того, потомок поэта Вера Андреевна Ефремова указывает именно на это место».

Ничего лишнего

Нигде в России больше нет музеев крестьянских поэтов, дрожжинский – единственный в своем роде. Небольшое пространство крестьянской избы, стены которой помнят и самого автора «песен старого пахаря», и его гостей, освоено на удивление просто и вместе с тем органично. Большинство вещей, представленных в экспозиции, – подлинные. В витринах – уникальные автографы хозяина дома, проливающие свет на его уникальную, сложную судьбу. После прихода большевиков к власти Дрожжин, как и многие – большинство жителей страны, жил очень бедно. Лишенный того материального достатка, который он имел в дореволюционные годы от издания своих стихотворений, поэт не отчаялся (хотя революцию, воспринятую им сначала благожелательно, впоследствии не принимал), но приходилось экономить на всем. Так, на развороте хозяйственной книги, расчерченной на графы, в трудные и голодные 1918–1919 годы Спиридон Дмитриевич тщательно фиксирует свои небольшие доходы и расходы. 

7 февраля 1919­-го поэт записывает: «От Российской академии 200», «Пенсия за январь 25» и вновь «От Российской академии 90». Расходует деньги Дрожжин очень скромно: на землянику тратит 15 копеек, за косу и иголки – 1 рубль 87 копеек, в лавке оставляет 6 рублей 44 копейки.

Эта нехитрая бухгалтерия ярко показывает, насколько неприхотливым был Дрожжин в быту. На одном из старых снимков он сфотографирован стоящим в своем низовском огороде, где росло самое необходимое. Да и гостей своих, говорит Елена Павлова, поэт встречал в полном соответствии с традиционным крестьянским укладом, то есть без всяких излишеств, – угощал суточными щами и кашей. Готовились нехитрые яства в русской печи, причем, как и многие из экспонатов, печка имеет мемориальный статус – именно в ней томились и щи, и каши. Кухню от спальни отделяет еще одна печь – голландская. Елена Павлова отмечает, что в крестьянских избах обыч­но обходились одной русской печью, поэтому «голландка» не вполне вписывается в интерьер простого жилища, что, возможно, объясняется невольным желанием Дрожжина «повысить» свой социальный статус.
Сейчас уже трудно сказать, так ли это было на самом деле, – другие мемориальные предметы говорят о самых скромных потребностях хозяина. В рабочем кабинете поэта, где он подготовил к печати большинство своих сборников, ничего лишнего – небольшой письменный стол, кресло, книжный шкаф, где хранились книги с дарственными надписями Льва Толстого, которого наравне с Пушкиным Дрожжин почитал за главного русского писателя, немецкого поэта Райнера Рильке, посетившего поэта в Низовке в 1900 году, и многих других. К сожалению, все книги с дарственными надписями погибли в период оккупации поселка Завидово в 1941 году.

У печки стояли деревянные полати, на которых Спиридон Дмитриевич спал. Когда Елена Владимировна показывает, где именно стояли полати, невольно думается: как же Дрожжин отдыхал, ведь вытянуться в этом месте просто невозможно – места очень мало. Неужели поэт был невысоким человеком? Это предположение опровергают как фотоизображения Дрожжина, так и его трость – один из главных экспонатов музея, – с ней явно было удобно ходить только человеку среднего или чуть выше среднего роста. «Ноги поджимали, – объясняет Елена Павлова и добавляет: – Именно таким Дрожжин запечатлен на одном из старых снимков, где он прилег на кровать, подогнув ноги».

Две жизни музея

Надо сказать, что музей Дрожжина, ныне филиал Тверского государственного объединенного музея, в этом году отметит свое 75­-летие: первая экспозиция, подготовленная Леонидом Андреевичем Ильиным (1913–2004), открылась 1 мая 1938 года. До Великой Отечественной войны здесь было сосредоточено просто огромное количество мемориальных вещей, рукописей, фотографий, более 2000 книг из личной библиотеки поэта. Война нанесла музею непоправимый урон – немцы уничтожили прежде всего рукописи, фотографии, книги, едва ли не первым был разбит бюст Пушкина, копия с работы Ивана Витали, стоявший в столовой. По счастью, мебель фашистов мало интересовала.

– Музейная мемориальная мебель с конца 1941­го до 1945 года находилась у местных жителей, которые после окончания войны, когда Леонид Ильин начал восстанавливать дом поэта, принесли спасенные кровати и стулья обратно в музей, – рассказывает об истории экспозиции Елена Владимировна. – При жизни Дрожжина стены столовой были украшены фотографиями родных и друзей поэта, писателей. Многое из этой коллекции погибло. Восстанавливать документальный фонд помогли родственники Спиридона Дмитриевича. Бюст Пушкина точно такого же размера был сделан на заказ в Ленинграде. Семейную икону Казанской Божией Матери музею передала старшая дочь поэта – Дарья Спиридоновна, которая сообщила, что именно этим образом мать благословляла ее на замужество.

Вся экспозиция музея – напоминание о жизни и творчестве «низовского соловья». Графический портрет Дрожжина работы Пархоменко – свидетельство о назначении поэту пожизненной пенсии, извещение об избрании почетным членом Всероссийского союза поэтов. Уже прощаясь с нами, Елена Владимировна показывает рукописную книжку небольшого формата. Называется она «Варианты, заметки и примечания к стихотворениям С. Дрожжина 1866–1904–1907–1920 гг. и последующих годов. Сделанные автором к приготовленному в 1920 году к печати 4 изданию полного собрания стихотворений в 2 томах или 4». Название стихов, их варианты, изменения – поэт скрупулезно готовил издание, чистые листы постепенно заполнялись текстом, написанным мелким убористым почерком, превращаясь в проект собрания его сочинений, которое, будем надеяться, выйдет к юбилею Дрожжина, которому в 1928 году Максим Горький писал: «На память старому поэту – с уважением перед его неиссякаемым творчеством». 

Автор: Евгений Петренко
117

Новости партнеров

Loading...

Возврат к списку

В Твери прошел городской молодежный марш-бросок «Москва за нами!»
Несмотря на снег и холодный пронизывающий ветер, они пришли сюда, чтобы отдать дань памяти тем, кто ровно 75 лет назад остановил фашистских оккупантов на подступах к столице нашей Родины и перешел в контрнаступление, изменившее ход Великой Отечественной войны.
07.12.201620:02
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию