19 Ноября 2017
$59.63
70.36
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Гордость земли Тверской 17.12.2012

Галактика доктора Давыдова

Его ректорству салютовали белыми шарами

Учителя

Мы поднимаемся с Борисом Николаевичем на четвертый этаж, где в здании детской стоматологической клиники расположен его кабинет заведующего кафедрой стоматологии детского возраста. Входим, но в кабинет ли? Вся стена – галерея портретов. 

– Это мои учителя, – глаза Давыдова лучисто улыбаются, будто он смотрит на солнце. – Ведь наша академия начиналась с зубоврачебной школы в Петербурге на заре прошлого века, и лишь спустя более полстолетия, в 1954 году, Ленинградский стоматологический институт был переведен в Калинин. Питерские у нас корни. А в 1957­м я переступил сей порог на правах студента. Так что тверские страницы истории вуза, ее главные действующие лица – все прошло через меня. И рад, что судьба даровала мне многому научиться благодаря моим учителям.

Вот Александр Александрович Лимберг – лауреат Сталинской премии, один из немногих врачей, ее получивших. Основатель нашего направления – челюстно­лицевой хирургии. А это два его ученика – Рафаил Иванович Гаврилов, первый директор, а затем первый ректор КГМИ, и Рафаил Дмитриевич Новоселов, главный врач нашей стоматологической поликлиники. Они вместе приехали из Ленинграда в Калинин и в самых трудных условиях разворачивали деятельность института. Моим первым деканом на кафедре челюстно­лицевой хирургии был Павел Владимирович Наумов, тоже ленинградец. Это он предрек мне будущую специализацию, пригласил на кафедру. А это мои учителя уже московской школы. А здесь место для портрета Олега Арсеньевича Дунаевского…
Суперактивный, сверхвыносливый и неугомонный Дунаевский на следующую весну после торжеств по случаю 30­летия вуза занедужил. Ректорство стало не по силам. С десяток лет до этого Олег Арсеньевич пригласил в совет института Бориса Давыдова, замдекана с кафедры детской стоматологии. Такого раньше не наблюдалось: не каждому декану находилось там место. А пригласив, стал «двигать» дальше, в 1981 году предложил ему должность проректора по учебной работе. Надо сказать, двигать было что: профессор Давыдов блестяще управлялся с кафедрой и также блестяще оперировал, а в 1984 году защитил докторскую диссертацию, посвященную хирургическому лечению больных с врожденными пороками лица. Уходя, Дунаевский передал ректорство Давыдову. 

Метод каскадных решений

Новый ректор, принимая институт, по­видимому, задумал совершить рывок и чувствовал, что на это способен. Тем более что вуз при двух факультетах – лечебном и стоматологическом, как бы ни были они хороши, еще не тянул на высшую категорию, но был ее достоин. Надо было достраивать этажи знаний. И делать это быстро, стремительно, не опасаясь предостережений «как бы чего не вышло». Давыдову, наоборот, надо было, чтобы вышло, и он принимает целый каскад решений. Первым был задуман педиатрический факультет.

Его не хватало сразу по нескольким позициям: для 

укрепления статуса института, для решения проблем дефицита детских врачей, и в первую очередь – для здоровья малышей: по смертности новорожденных Тверская губерния уступала разве только Эвенкии и Туве. Выбор декана факультета Давыдов сделал, послав приглашение проректору Тюменского мединститута Анатолию Федоровичу Виноградову. Его усилиями уже был создан и благополучно здравствовал педиатрический факультет в Тюмени, открыт уникальный для ближневосточных стран медицинский вуз с пятью факультетами в Кабуле. Но он приезжает в Тверь. И навсегда.

– Практически с первых слов, с первых минут я понял, что здесь останусь, – говорит профессор Виноградов. – Борис Николаевич просто спросил, сыт ли я и где мы с супругой остановились. А потом подкупил такой же деликатной напористостью, но уже ставя задачи государственного размаха. Скажу прямо: с ним я пошел бы в разведку. Напоследок предложил показать город, не теряя времени, спросил: «Когда вы собираетесь выходить на работу?» – и заставил написать заявление, прежде чем мы вышли из кабинета.

Педфак развивался быстро. Результаты не замедлили сказаться, а прямо­таки революционным стал прорыв в резком снижении младенческой смертности. И это при самой молодой педиатрической школе в России.
В том же каскаде стремительных решений открывался фармацевтический факультет. А между ними родился еще один – последипломного образования. Жизнь каждодневно подводила к одним и тем же вопросам: что такое любая узкая специальность без практических навыков и постоянного, последовательного освоения нового в науке? Спекшийся, никому не нужный обломок. Чтобы избежать таких «отходов производства», на факультетах открывали курсы усовершенствования врачей. Сами практические врачи мечтали о приливах новой информации. И факультет состоялся. Потом в медакадемии открыл двери факультет высшего сестринского образования.

Культ науки

О выборе профессии Давыдов говорит: «...он был неправильный, но попал в точку». Неправильный в том смысле, что он не сразу пришел в медицину. В родительском доме, в Торжке, все было пропитано заботой и любовью друг к другу. Этот островок детства, на котором они росли с сестрой и братом, с маминой лаской, папиной игрой на аккордеоне, навсегда окружен в его памяти благодарностью к отчему дому. Достаток семьи держался их скромным заработком да огородом и коровушкой. Борису чаще приходилось заниматься заготовкой сена, пилить­колоть дрова для печки, а не ходить по консерваториям и читальным залам. Любимые в школе математика и физика привели его в университет, но неудача на вступительных экзаменах завернула к проходной кожевенного завода. Борис год работал электриком.

«Что кажется нам случаем слепым, то рождено источником глубоким». Именно так случилось следующим летом, когда на перепутье сестра Нина, уже студентка Калининского медицинского института, посоветовала: «Иди к нам». Поступив в медицинский, опять мучился неправильным выбором теперь уже факультета, хотел со стоматологии перейти на лечебный, стать хирургом. Но не отпустил декан Павел Владимирович Наумов. В ту пору студент Давыдов уже вовсю болел учебой. «Не я один был такой: у нас на курсе царил культ знаний, – вспоминает Борис Николаевич. – С одним из сокурсников, а он был способен за ночь китайский освоить, а сейчас – профессор Смоленского мединститута, мы состязались: кто больше успеет прочитать?»

Качественный скачок в самосовершенствовании дал право уже после второго курса стать ленинским стипендиатом и хоть немного помогать родителям. 

А потом было распределение, и вчерашний студент с красным дипломом отправился познавать прелести сельской медицины. Попал он в больницу торфопредприятия в поселке Назия Ленинградской области. Аппендициты и грыжи, роды, травмы и больные зубы, все вперемежку. Но скоро практический профиль определился четко и в соответствии с его давнишним желанием: Давыдова назначили заведующим хирургическим отделением на 60 больничных коек. «Боженька помог, никому не навредил», – скажет Борис Николаевич.

Мне голос был

Можно было бы продолжить учиться в Ленинграде, но позвал родной институт. Профессор Наумов прислал приглашение в аспирантуру. А там конкурс восемь человек на место. Было это в 1964 году, а через три года Давыдов уже защитил кандидатскую диссертацию. Защитил быстро, но поменял несколько тем, пока не уловил точку внутренней пульсации: это мое. То была сложнейшая область медицины – врожденная челюстно­лицевая патология. 

На очереди была следующая знаменательная дата: в 1973 году профессор Рафаил Дмитриевич Новоселов и ассистент Давыдов создают в КГМИ кафедру стоматологии детского возраста (четвертую в стране!). Став тогда ее доцентом, Борис Николаевич выбрал свое сакральное поприще на всю жизнь.

Как он блестяще оперировал! В архивах детской областной больницы хранится книга отзывов с такими душевными, трогательными словами благодарности мам и пап малых ребятишек, которых спасли от природного недуга – волчьей пасти, заячьей губы, от тяжелых последствий травм – руки хирурга редкого таланта. 

– Оперировал я постоянно до 1996 года, и всегда рядом со мной и нашими крохами­пациентами была моя Злата Ивановна, – рассказывал Борис Николаевич о семейном дуэте. – Когда в 95­м она ушла из жизни, во мне что­то сломалось. Но операционную не бросал до 2000 года, пока не случился тяжелый инфаркт…

Маленьких пациентов к нему везли со всех уголков. Не только наши, но и зарубежные коллеги по многочисленным публикациям, монографиям знали о замечательных научных трудах профессора Давыдова, его авторских операциях, перенимали его методы, приезжали за опытом. Научные исследования доктора медицинских наук Давыдова посвящались не только проблемам лечения и профилактики стоматологических заболеваний у детей, но и распространялись на сферы совершенствования лазерной хирургии, информатизации медицины и здравоохранения. Глубина, обширность охвата материала, системный подход к разработке тем, огромная научная и со­
циальная значимость работ стали основанием для избрания профессора Давыдова действительным членом ряда академий – Международной академии информатизации, Академии медико­технических наук РФ и Российской академии естественных наук, членом­корреспондентом РАМН. Причем по направлению детской стоматологии Борис Николаевич стал первым в плеяде членкоров. А в Твери он участвует в работе Общественной палаты области, является президентом врачебной палаты – совершенно новой, не привившейся еще у нас организации медицинского сообщества. 

Ректор – это всегда стройка 

Так убежденно говорит Давыдов и начинает рассказывать, как его предшественники, оттолкнувшись от двух флигелей, выделенных под мединститут, пробивали одну стройку за другой, как росли учебные корпуса, лаборатории. Эти традиции продолжил Борис Николаевич, и стало возможным открытие новых факультетов и кафедр, прибавилось общежитий, выросла просторная детская стоматологическая клиника, началось строительство диагностического центра, известного теперь как поликлиника медакадемии. В ее стенах базируется и кафедра семейной медицины. А в комплексе детской стоматологии Давыдов мечтает разместить симуляционный центр для обучения врачей на фантомах­роботах, и это уже реально. Торможения в развитии медакадемии не предвидится. 

Новый ректор Михаил Николаевич Калинкин намерен не останавливать этот бум: есть идея прирастить диагностический центр педиатрическим корпусом, открыть стационар. 

Академия талантов

Ни на один год в альма­матер не замирало стройотрядовское движение. Да это и понятно: сам ректор был пропитан его романтикой. Еще летом 1956 года Борис Давыдов влился в состав первого ССО Калининского мединститута, который уезжал на целину. А в этом столетии студенческие силы во время третьего трудового семестра были в основном направлены на строительство и благоустройство вуза. 

Когда ушел комсомол, у ректора Давыдова родилась мысль объединить юную поросль медиков в различные студенческие отряды, консолидировать их на благие дела. С его благословения появился отряд «Милосердие», потом «Спасатель», прекрасным разноголосьем заявил о себе литературный клуб «Голоса», эрудиты собрали блистательную команду знатоков­интеллектуалов. 
Не случайно ТГМА, пусть в шутку, назвали вокально­театральным институтом с медицинским уклоном, а после различных фестивалей, где тверские студенты занимали первые места, закрепилось звание культурной столицы медиков России.

Сам Борис Николаевич, как он признается, не пишет ни стихов, ни музыки, не рисует, не играет на рояле. Но ему дан дар видеть, ценить и бережно относиться к любому проявлению творческого начала, ибо оно обязательно резонирует в профессию. 

Характер

У каждого Давыдов свой, ибо он многогранен. Многие уверены, что это очень мягкий человек, и на самом деле это так. Но при всей мягкости, душевной щедрости он умеет, когда нужно, говорить нет. У него всегда свое мнение. Но как он умеет слушать других! И оппонентов тоже. И обосновать свою точку зрения. Если посчитает нужным. И предложить выбор. 

И потому, обустраивая дом (я не оговорилась), ректор постарался, чтобы каждому из его обитателей (несмотря на ранг или особенности характера) жилось в нем удобно и 
комфортно. Он создавал не только факультеты и научно­исследовательские центры, лаборатории, которые позволили медицинскому институту в 1994 году перейти в ранг академии. Борис Николаевич создал уникальное сообщество ученых, энергичных, талантливых. 

Он не подавлял авторитетом. Каждый, кто работал с ним в управленческой упряжке, стал личностью в медакадемии. Например, Вячеслав Аркадьевич Соловьев. Когда Борис Николаевич пригласил его, тогда всего лишь заведующего кафедрой гистологии, только что защитившего док­торскую диссертацию, на должность проректора по научной работе, недоумению в ученом мире не было предела. Но все 20 лет они проработали бок о бок. И когда Вячеслава Аркадьевича провожали в последний путь, это была общеакадемическая скорбь, студенты плакали навзрыд. И эту личность открыл Давыдов. Одним из первых ортодонтов не только в Тверской области, но и в России, стал Вячеслав Георгиевич Лавриков, тоже вернейший соратник Давыдова. В его команде кого ни возьми – легенда, и в череде первых – доктор медицинских наук, профессор Галина Васильевна Хомулло, ангел­хранитель опальной науки генетики, как называют ее коллеги.

Бразды ректорского правления Давыдов теперь передал своему ученику, своему сподвижнику – Михаилу Николаевичу Калинкину. 

Борис Николаевич умеет притягивать таланты и растить их. Но он никогда не был поводырем, никого не брал за ручку, чтобы провести удобной тропкой. Точно так же он поступал и с собственными детьми – свою дорогу они выбрали и осваивали сами. Он помогал найти ориентир.
Теперь давайте оценим такой факт: за эти годы профессор Давыдов трижды единогласно при тайном голосовании избирался на пост ректора. Явление совершенно уникальное. 
Ныне Борис Николаевич Давыдов – президент Тверской государственной медицинской академии. Далеко не всем вузам предоставлено право иметь президента. Но далеко не у всех был такой ректор.

«О, это солнце, это глыба», – слышат о нем студенты и преподаватели ТГМА, бывая у коллег в других городах и весях. В Самаре, Астрахани, Смоленске, Рязани – везде, как только называется имя Давыдова, для тверских распахиваются настежь все двери. Это имя – как пароль, как связующее звено между территориями, между поколениями, между научными школами. Это свет галактики доктора Давыдова. 

Автор: Маргарита СИВАКОВА
293

Возврат к списку

В Твери чествовали работников сельского хозяйства
Рачительные хозяева, упорные и терпеливые труженики, наши кормильцы – это все про них. Сегодня в тверском ДК «Пролетарка» чествовали работников сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности.
17.11.201719:48
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 1 2 3
Новости из районов
Предложить новость