19 Января 2017
$59.18
63.23
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Гордость земли Тверской05.03.2012

Владимир Морев: Живу заодно с родиной

Фотограф: Семейный архив Моревых

Сегодня главное общественное задание Владимира Генриховича – руководить Советом старейшин авторитетной международной Ассоциации тверских землячеств, девиз которой «Беречь и уважать прошлое, любить и ценить настоящее, жить будущим».

 Сегодня главное общественное задание Владимира Генриховича – руководить Советом старейшин авторитетной международной Ассоциации тверских землячеств, девиз которой «Беречь и уважать прошлое, любить и ценить настоящее, жить будущим». Тезис безупречный. Ему и стоит последовать в попытке представить портрет старейшины, чьи мысли и поступки куда моложе их хозяина.

В ЧЕТЫРЕ ГОДА ПОД НЕМЕЦКИМ ОБСТРЕЛОМ

Представим: осташковский мальчик Володя со своей двою­родной сестрой Таней идет к маме. Через осеннее ржаное поле. От станции, где они жили, до райисполкома, где работала мама. Вдруг не гром – жуткий вой с неба. Самолеты с крестами. Таня силком сбивает его с ног, прикрывает собой, девятилетняя Таня… Только что Татьяне Владимировне исполнилось восемьдесят лет, продли, Господь, ее дни.

Вторая картина войны. Мимо окон бегут на костылях раненые. Разбомбило эшелон на станции. Шел из Ржева. В окно Володя видит косой дождь трассирующих пуль, наших солдат поливает смертный дождь фашистских самолетов. Маме дают полуторку, она вывозит детей из Осташкова в Кашин. На дороге наши танки: поворачивай по окружной, в Калинине немцы. В Кашине, военной столице Верхне­волжья, они живут до конца войны. Затем переезд в Калинин. Семь классов Володя окончил с похвальной грамотой, но даже при таких успехах его в военное артиллерийское училище не приняли, мол, легкие ненадежные. Видно, и тогда умели «ошибаться» в чью-то пользу.

МЫ С МИХАИЛОМ ТАК И ШЛИ, ПАРАЛЛЕЛЬНО
Так наш собеседник говорит о Михаиле Александровиче Шестове, будущем втором секретаре обкома партии. Впрочем, то же самое он может сказать о многих и многих сверстниках. Когда Морев только поступил в Калининский индуст­риальный техникум, Шестов был уже на третьем курсе, но этим не задавался. Их судьбы, судьбы будущих руководителей разного уровня, действительно начинались от станка и поля и шли рядом, не в карьерном – в человеческом смысле. Надеялись всегда друг на друга, за чинами-званиями не гонялись, работа сама их находила. Когда пришло время служить в армии, Владимира (с его-то легкими) определили в подводный флот, он окончил в Кронштадте школу имени Попова, стал радиотелеграфистом. Служил в Горках Ленинских, поддерживал связь со всеми флотами и флотилиями СССР, ныне капитан второго ранга в отставке.

После армии вернулся к маме, Надежда Петровна к тому времени работала заведующей Домом культуры в Завидове. Молодой специалист Морев очень кстати пришелся в Редкине, на опытном заводе Минхимпрома. Умнейший директор Владимир Ермолаевич Диев был руководителем крупного, союзного калибра. Обвиненный в троцкизме, он в Редкине сумел избежать худшей участи. Морев вскоре стал начальником котельного отделения завода. И по сей день поселок отапливается его котельной, которую он выстроил «от проекта до дыма». Потом в отделе капстрои­тельства много чего построил. А главное, в полном согласии со своими принципами делать в жизни все набело, он раз и навсегда женился на лучшей девушке, ныне красивой прабабушке Зое Ивановне.

«В ТОЙ ГВИНЕЕ И БЕЗ ТЕБЯ ЧЕГО НАДО ПОСТРОЯТ»
Этими словами прервал полет фантазий молодого супруга незабвенный Николай Гаврилович Корытков. А дело было так. В Редкино нередко приезжал министр химической промышленности СССР семидесятых годов Леонид Аркадьевич Костандов. По-человечески приглянулся ему наш герой. И спросил как-то министр, а есть ли у того автомобиль. Какой автомобиль – и мотоцикла пока нет. «Так поезжай в ту же Гвинею, им такие спецы нужны. Без машины уж точно не вернешься». Как положено, претендент на работу за рубежом доложился первому. Он был предельно лаконичен («В той Гвинее и без тебя чего надо построят».) и направил Морева в Конаково, где он был избран секретарем горкома, а заведующим промышленно-транспортным отделом был Шестов. В те годы завершалось строительство уникальной Конаковской ГРЭС. По случаю успешного ввода в строй важнейшего для страны объекта электростанция была награждена орденом Ленина, а Владимиру Мореву был вручен орден Трудового Красного Знамени.

КАЛЯЗИН БОЛЬШЕ НЕ ОСТРОВ!
«Ты сельское хозяйство знаешь?» – «У Шолохова читал…» 
Примерно такой диалог состоялся между Корытковым и Моревым, когда Николай Гаврилович предложил тому поработать в Калязине. При этом первый оценил самокритику Владимира: «Хорошо, что признаешься, а то все вроде знают, да пока мало у кого получается». 

Не сразу Морев прибыл в Калязин, и не только сельским хозяйством ему пришлось заниматься, но надолго запал ему в сердце этот милый и настрадавшийся городок. Это теперь благодарные жители Калязина открыли мемориальную доску в честь строителя мостов, своего почетного гражданина Владимира Генриховича Морева. Когда он в первый раз добирался в город на пароме, через Загорск, до конца не мог представить, каково жить без надежного сообщения. Впрочем, так было не всегда. До затопления Угличского водохранилища перед войной тут надежно стоял еще царский, Николаевский железнодорожный мост. Вот его-то перед созданием Угличского водохранилища и было решено перенести на новые опоры. Мысль использовать опоры старого моста для нового автомобильного у Морева родилась не спонтанно. Уж больно хорошо знает он пагубу фантазий на тему экономики. Тут все было просчитано и проверено не только мнениями коллег, но и сторонних экспертов. Некоторые из них считали проект гениальным, другие – авантюрным. Для Морева он стал рабочим. Смысл его состоял в том, что на опорах старого железнодорожного моста строится автомост. Но… Опоры старого железнодорожного моста были переданы на баланс Минэнерго, и на них были установлены металлические мачты электролинии Углич – Кашин. И, для того чтобы опоры моста использовать по прямому назначению, нужно было эти мачты демонтировать. Для этого пришлось построить новый переход электролинии через Волгу. И здесь вновь были проявлены воля, упорство, находчивость. Конечно, помогло и то, что раньше Морев успел хорошо поработать в Конакове: завод металлоконструкций быстро изготовил новые опоры. В рекордный срок они были установлены. Разумеется, старые опоры были тщательно обследованы, укреплены и признаны вполне надежными. Здесь был создан участок «Мосто­отряда-19», и пошла работа.

МОСТЫ: ЕСЛИ НАДО, ЗНАЧИТ, МОЖНО
Не ждали оваций строители во главе с первым секретарем. Подножек мечте – сколь угодно. Начать с того, что километры нашагал он по высоким столичным коридорам, убеждая Госплан, Минэнерго, Мин­автодор, Минмонтажспецстрой в том, что невеликому Калязину нужнее всех мосты. В Госплане оценили экономичный подход. Денег выделили. А что с ними делать в условиях плановой экономики? Правильно, осваивать. Только это не легче, чем их добыть. Особенно если наперерез твоему мосту встала Байкало-Амурская магистраль с множеством будущих мостов. Мы же не забыли, что автомост у нас в Калязине стоит без пролетов. А их, 110-метровые, нужные нам, тогда делали только в Воронеже. И заказов у них на пять лет вперед. И БАМ Калязину не товарищ. Но настоящие мужики тем и отличаются, что умеют рисковать для дела. Едет Морев в Ленинград, встречается с главным инженером БАМа Германом Михайловичем Тимохиным и при поддержке Ивана Михайловича Алексеенко, первого руководителя «Мостоотряда-19», Тимохин принимает решение. Он отзывает часть заказа из Воронежа (не в ущерб своей стройке, конечно), и Калязин в течение трех месяцев получает нужные пролеты! Мост этот торжественно открыт в 1979 году. За годы работы Владимира Морева в Калязинском районе было построено восемнадцать мостов, к которым проложены асфальтированные дороги. Надо ли говорить, что не мостами едиными была наполнена жизнь первого. Всего тут не опишешь. И село, и строительство жилья, и бытовка. По большому счету тогда именно с первых шел первый спрос за все и за всех. 

ОБЪЕКТ РАЗМЕРОМ С «ЛУЖНИКИ», ДЛЯ ЗЕМЛИ И КОСМОСА
Но бывали в той жизни дни, как прорыв в будущее. Вот пришел по весне Морев в райком. Работает. Секретарь докладывает: приехали гости из Москвы. Входят. Просьба одна: помогите с трактором, до Углича надо добраться. Слово за слово. Оказалось, спецы ищут точку привязки объекта, причем непременно рядом с водной гладью. Нет, не хитрую дачку для шефа… Водное зеркало должно отражать сигнал, что пойдет в том числе и за пределы Солнечной системы. И тут вступает Морев: а у нас тут такие «зеркала» – на всех хватит. А трактором сейчас прямо не могу помочь, пашут они под сев. Показал водные просторы приезжим, а уже через неделю во главе с генералом делегация опять пожаловала. Часа два вместе осматривали площадку под будущую тарелку. Возвращаются, а скромный кабинет первого силами приезжих гостей оформлен медового цвета деревянными панелями. Они сохранились доныне в кабинете главы района Константина Ильина. А тогда в расчетную точку были вбиты две тысячи свай, и в нужный срок поднялась антенна, сердце единственного в России и мире Центра космической связи запульсировало на древней калязинской земле. Локатор космической связи на берегу реки Жабны, высотой 110 метров, объемом чаши, в которую может поместиться стадион «Лужники» (!), работает и поныне, открывая для людей новые технологические возможности познания.

ГЛАВНАЯ ОШИБКА ЛЕОНОВА
Да, о мертвых помнят только хорошее. Но тогда как быть с истиной? А она такова: что было, то было… Брежнев требовал от калининского первого секретаря крупных успехов, особенно на селе. При наших бедных почвах рывка не получалось. Леонид Ильич укорял: вся страна на подъеме, а ты… Раз, другой. Третьего Корытков не стал ждать. Написал заявление. Ушел. Уехал в родной Ленинград. Но в наши края, к друзьям тянуло. Однажды, когда новый первый, Павел Леонов, уехал в отпуск, и произошла короткая встреча старых друзей. Об этом доложили «хозяину». Ильенков, Борисов и Морев в те дни ждали назначения. Вызов в ЦК, промывка мозгов. Вместо повышения ссылка во второй эшелон. Другой эпизод. Покойный генерал Бошняк однажды заходит в музей Академии ПВО и среди портретов маршалов Победы видит брежневский. Реакция фронтовика: «Такого маршала не знаю. Снять». Леонов знал об этом, и через политуправление Вооруженных Сил СССР было принято «простое» решение: снять Бошняка с должности, исключить из партии. Но в то время Владимир Морев был на курсах повышения квалификации в Академии общественных наук. На счастье, он был знаком с человеком, которому тогда по силам было принять именно судьбоносное решение: у Ивана Степановича Густова матушка похоронена в Рамешковском районе, и он здесь бывал, и встречался с Моревым. А должность Густова – секретарь парткома ЦК КПСС, заместитель председателя Комитета партийного контроля. Пришел Морев к Густову, все рассказал. Иван Степанович предупреждал тогда Морева: узнает об этом Леонов, горло и тебе перегрызет. Ответ был короток: зубы сломает. Одним словом, Густов повел Морева к Егору Кузьмичу Лигачеву. Вскоре Леонова заменили на Николая Татарчука. Бошняку все же объявили выговор, без занесения. Спускаясь в лифте в день разжалования, Павел Артемович словно бы для себя говорил: все я правильно делал. Только одну ошибку допустил – надо было не только с Бошняком и Ильенковым бороться, но и с Моревым.

ОСТАВЛЮ РОССИИ ВНУКОВ
Ну не принято было партийным руководителям особо распахиваться на тему семейную. Наш собеседник столь же сдержан. Уважим это чувство. Наверное, и его супруге в свое время хотелось в Москву, тем более что Владимира Генриховича звал вместе поработать не кто иной, как Виктор Степанович Черномырдин. На мягкий отказ и благодарность за доверие Черномырдин назвал его эгоистом, который не хочет на всю Россию потрудиться. Морев исповедует великую в своей простоте истину – всегда держись своих корней. А выбери дед столичную карьеру, как сложилась бы тогда судьба двойнят-внуков? Он был и есть их опора, советчик, строгий и умный собеседник. Они же для него, наверное, что свет в окошке. Вняли совету деда, оба окончили военную академию, сейчас капитаны. Служат в Главном пункте управления ВКО страны. Наказ деда неизменен: честным быть трудно. Но это и есть благородная обязанность настоящих мужчин.

Вместо послесловия

Сегодня Владимир Генрихович Морев – генеральный директор ОАО «Тверское ПКП «Оборонпромкомплекс». Организация на всероссийском уровне занимается материально-техническим обеспечением нужд обороны и безопасности.

Общественная роль нам уже известна: это усилиями Совета старейшин во главе с Владимиром Генриховичем сохраняется память о характерах и свершениях выдающихся земляков, чьи судьбы – пример молодым, как стоит жить, чтоб Жизнь тебя любила.
И напоследок только вам. Знаете нашу негасимую свечу – Калязинскую колокольню Никольского собора, что осталась нерушимой после затопления Угличским водохранилищем и сегодня словно парит средь волн? Так вот, мне по секрету рассказали очень серьезные люди, что могла быть у нее судьба печальная. Стала клониться матушка-колоколенка. Грунт подмывался. В те годы, когда в Калязине работал Владимир Морев, нашлись средства, воля и умельцы – вокруг основания строители укрепили сваями землю так, что перед Богом не стыдно, сберегли заповеданную милость.
Автор: Кира КОЧЕТКОВА
127

Новости партнеров

Loading...

Возврат к списку

В Тверской области стартовала программа «Нас пригласили во Дворец»
Проект «Нас пригласили во Дворец» реализуется по инициативе губернатора Игоря Рудени. Всего в масштабной акции примут участие более 33 000 учащихся 526 школ Твери и области. В картинной галерее побывают 513 групп, составленных из учеников 8-х классов. Численность же обучающихся в 9–11-х классах составляет около 21 000 человек.
19.01.201711:17
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 31 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию