29 Марта 2017
$56.94
61.81
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Гордость земли Тверской27.02.2012

Человек, который не уходит с горы

Прошлое и настоящее нашего города живут в работах Армена Бабаева, запечатлевшего образы времени в монументальных гобеленах и мозаике, а также раскрасившего прославленные калининские ситцы – с великим мастерством и столь же великой любовью.

Прошлое и настоящее нашего города живут в работах Армена Бабаева, запечатлевшего образы времени в монументальных гобеленах и мозаике, а также раскрасившего прославленные калининские ситцы – с великим мастерством и столь же великой любовью.

– Я посол от культуры, – говорит Армен Бабаев. – Русской – в Армении и армянской – в России.
Но Тверь так давно приняла его верительные грамоты, что заняла главное место и в его творчестве, и в его сердце.

Он тверской художник, чьи декоративно-монументальные панно и мозаика давно уже стали реалиями городского облика. Душа Твери, ее неповторимая поэтическая интонация сквозят практически во всех его работах, чуть тронутых пряным восточным ароматом, что придает им особую прелесть. Художник, придумавший лучшие узоры для знаменитого калининского текстиля, создавший каждому с детства знакомые росписи и витражи на стольких зданиях, великолепные гобелены в учреждениях, музеях, профилакториях и детских садах, родился и вырос в теплом южном городе на берегу Каспия. В него, как известно, впадает Волга, вот она и объединила своим течением нити его судьбы!

Война прокатилась по семье Бабаевых, словно танковыми гусеницами: отец погиб в 41-м, так и не увидев сына. Вскоре умерла мать. Осиротевших детей разобрали родственники. Его вырастила тетушка, которую он вспоминает с нежностью – жили трудно, в доме порой не хватало хлеба, зато душевного тепла всегда было с избытком. После седьмого класса он поступил в вечернюю школу и пошел работать, к тому времени уже точно зная, что должен рисовать.

Армен Гургенович вообще часто произносит это слово – должен. Должен ткать гобелены и создавать картины на ткани. Должен оставить вещественную память о прошлом нашего города, сохранив ее для детей, которые когда-нибудь будут здесь жить и ходить по этим улицам, – визуальные поэтические образы воздействуют мощно и непременно зацепят молодые души, пробуждая интерес к родной истории. Должен воспитать учеников и научить их тому, что так хорошо умеет делать сам.

А главное – должен Богу, потому что дар на то тебе и дан, что нужно его по максимуму отработать.
Вот только руки порой опускаются, потому что кажется: ну кому это все теперь нужно?! Когда гобелены лежат в мастерской свернутыми в рулоны, а у талантливых учеников порой нет денег на шелк – он ведь дорогущий, натуральный-то, по 600 – 800 рублей метр! Вот ведь учит их батику – росписи по ткани, а они порой уходят из творчества в бизнес, потому что так жить легче. Но кто сказал, что легче – значит счастливее? И что такое вообще счастье, когда на стенах мастерской оживает немой крик из развалин Спитака и беженцы в последний раз оглядываются на родное село? А где наша текстильная промышленность, что с ней происходит? И кому сегодня нужны гобелены и батики, которыми он прославил наш город далеко за пределами Отечества?! Вот его в США раз за разом приглашают дать мастер-классы, поделиться опытом. А здесь?

Повздыхает, разбередит душу, решит: хватит! А потом снова натягивает ткань на раму. Потому как должен – Господь талант в долг отпускает…

А начинал Армен Гургенович как раз с того самого, чем сегодня занимается, – разумеется, с поправкой на время, мастерство и творческую свободу. В цехе при одной бакинской фабрике изготавливали большие женские платки из натурального шелка с цветочным орнаментом, как раз в технике батика, с которым юный Армен тогда познакомился впервые. Проработав несколько лет, ушел в армию. К тому времени не раз получал взбучки от фабричного начальства – за «хулиганство», как назывались его попытки добавить в надоевший шаблон что-то новое, кроме лепестков и завитков. И награды на выставках, куда то же самое начальство неизменно посылало именно его работы – да-да, те самые, с самовольно измененным орнаментом.

В Баку он не вернулся – приехал в Калинин и устроился на знаменитый хлопчатобумажный комбинат. Он уже твердо решил, что будет художником по текстилю. Так и вышло: отсюда год спустя он отправился учиться в Москву, в знаменитую Строгановку – Высшее художественно-промышленное училище, выбрав своей специальностью мебельно-декоративные ткани. Вернулся в 1970 году с новеньким дипломом и репутацией интересного, перспективного мастера (его дипломной работой стал триптих «казачьей» тематики для гостиницы в Ростове-на-Дону, настолько удачный, что оттуда немедленно последовало еще несколько крупных заказов), а также с грандиозными планами, которые он самым чудесным образом сумел воплотить, что называется, без отрыва от производства.

С 1970 года Армен Гургенович живет в Твери и работает на комбинате, где вскоре занимает исключительно ответственный пост главного художника. Этот период истории комбината отмечен громкими успехами – глубокое знание технологии печатного рисунка, его оригинальность и художественный вкус принесли Бабаеву в 1974 году победу на проводившейся на ВДНХ Первой Всесоюзной выставке «Художественное оформление изделий легкой промышленности». Оттуда он привез на комбинат диплом за лучшие образцы тканей. В эти годы Бабаев создает свои знаменитые работы – монументально-декоративное панно для Дворца культуры «Пролетарка», гобелены «Строители» (находится в Государственном историческом музее), «Текстильщицы», «Утро Москвы» и другие.

В 80-е годы образная структура бабаевского гобелена меняется, становится лиричнее, мягче. Именно тогда рождается его «Путешествие тверского купца Афанасия Никитина в Индию». Специалисты отмечают его монументальность и эпичность, масштабность сюжета и интересное цветовое решение. Отточенность ткачества и высокое мастерство художника отличают его гобелен «Пробуждение». Персональные выставки Бабаева следуют одна за другой с неизменным успехом.

Я искренне восхищаюсь работами Бабаева, однако сама не люблю дилетантских рассуждений, поэтому от них воздержусь и послушаю искусствоведов. «Истоки интереса художника к классической форме гобелена лежат в огромном пласте художественного наследия, дающем образец высокого профессионализма, владения материалом и рамками жанра», – утверждает Татьяна Бойцова. А вот что писала Ольга Пиотровская о его персональной выставке 1997 года: «Ритмы цветовых плоскостей и легкая фактурность придают гобеленам художника созвучность с живописными полотнами и в то же время прекрасно демонстрируют богатые возможности ткачества. Большинству работ, представленных в экспозиции, свойственны (помимо сложных живописных и технологических разработок) ассоциативно-образная направленность и поэтическое видение мира».

В 70 – 80-е годы Армен Бабаев создает свои гобелены, одновременно его вновь увлекает батик – совершенно новое для Твери направление; он много и плодотворно работает с натуральным и искусственным шелком, хлопчатобумажной тканью, даже с бумагой – это уже его собственная оригинальная техника. Все чаще возникает в его творчестве тема Армении – когда трагично, когда сочно и весело. Он учит студентов в Тверском художественном училище имени Венецианова, затем в профессиональном художественно-полиграфическом лицее №12.

А потом грянули 90-е и нулевые, когда очень долго никому ничего не было нужно. Искусство – прежде всего…

– Я никогда не думал, что с тверским текстилем может такое случиться, – говорит Армен Гургенович.

Он рад, что его комбинат, когда-то выпускавший до миллиона метров в сутки, останется хотя бы в его работах. Вот придут дети, посмотрят на мозаику – узнают, что здесь изображено. Увидят его «Договор тысяч» – спросят: что такое? Может, запомнят. Наверное, так должно было случиться, чтобы он приехал в Тверь и все это создал – может, в этом было его предназначение?

Впрочем, вдаваться в долгие философствования Армен Гургенович не любит, ему куда интереснее работать над новыми замыслами – над несколькими сразу. Он примечает, что ситуация в стране и в области понемногу, но все же неуклонно меняется, и это внушает надежду, что и до культуры дойдут руки, сердца и хоть малые бюджетные средства. А пока нужно делать дело и ждать, куда вывезут фантазия и цвет – в цвете, его переливах и переходах, всегда была некая внутренняя гармония, он ведет его как нить Ариадны. Сейчас он отдает свое время исключительно батику – горячему и холодному. Преподает в лицее и убежден, что у этого искусства большое будущее. Причем и коммерческое тоже – сам-то он занимается картинами на ткани, но ведь батик – это еще шарфы, палантины, платья, накидки, занавеси, ширмы – продолжите этот список сами. В наше время, когда мы задумываемся о формировании среднего класса и развитии самозанятости, это художественно-прикладное творчество открывает очень интересные перспективы.

Ученики у Армена Гургеновича одаренные, многие продолжают свое обучение в Московском текстильном институте, Московском высшем художественно-промышленном училище, Тверском художественном училище им. Венецианова. Они становятся дизайнерами, модельерами, художниками и благодарны своему первому наставнику, который дал им путевку в жизнь.

А сам Бабаев открывается в эти годы новой стороной – его батик то вспыхивает насыщенным цветом, сочными, яркими красками, то играет полутонами, нежными переливами, и в них неожиданно угадываются чьи-то лица, руки, музыкальные инструменты… Так он их видит, эти фантастические пейзажи и натюрморты, в которых цветы и фрукты соседствуют с рыбками и бабочками. То ли одни взлетели, то ли другие нырнули в царство Посейдона?

– Это я похулиганил, – деликатно объясняет Армен Гургенович со сдержанным лукавством. Что ж, имеет право! – Пофантазировал, было интересно…

Удивительно свежи и молоды его работы последних лет, отмеченные бьющей через край, причудливой и смелой фантазией. Полет ничем не стесненного воображения, абсолютная внутренняя свобода, слегка пьянящая, словно впервые обретенная…

Его великолепная «Кармен» с тореадором и совершенно роскошным, могучим и добрым, абсолютно несвирепым быком. «Они же оба – свободная природа, Кармен и бык, – объясняет Бабаев. – И оба погибают!»

Его раковины и амфоры, застывшие на морском дне, в охристо-желтом песке под зыбкой водой. «Символ вечности», – говорит Армен Гургенович; раковины у него теперь присутствуют часто. Что ж, о вечности как раз и задумываются в эти годы, когда сил, мастерства и опыта много, но уже начинаешь подводить итоги.

Один небольшой шелковый лоскут меня завораживает особенно: совсем маленькая, едва различимая и словно готовая затеряться фигурка женщины с собачкой. Фантастические цветы и стебли травы, взлетающие высоко над ее головой. Птицы. И склоненное над этим забавным сумасшествием миропорядка задумчиво-удивленное лицо с сомкнутыми веками. Сон, явь – поди угадай!

Я спрашиваю Армена Гургеновича о планах – так уж принято. Он машет рукой: ничего крупного, глобального больше делать не буду. Куда потом девать? Теперь музеи у нас работ не покупают. Да и хватит – был я уже на горе!

Но так зажигаются у него глаза, когда говорит о возможностях той или иной техники! Так рассказывает он о постижении музыки через цвет и о том, как можно «поиграть» с водой и воздухом. И о разных «эффектных штуках», которые придумал... Ох, как-то не верится, что Армен Бабаев больше не поразит наше воображение! Не из тех он, кто спускается с горы, поднявшись однажды. Такие всегда остаются на ее вершине.

БЛИЦ-ИНТЕРВЬЮ

– Вы рисовали много ярких ситцев. Это славянское ощущение мира или восточное?

– Наши ситцы – это чисто русское мироощущение. Но в последние годы производства появился еще мельфлер – это такой тонкий ситец в мелкий цветочек, мы его делали по французскому образцу. Морозов его в свое время выпускал по французским альбомам и смело соперничал с Францией… А сейчас китайцы в США ситцы делают по нашим русским и по французским образцам. Обидно!

– В ваших последних работах сочетаются на первый взгляд несочетаемые вещи. Бабочки с рыбками резвятся, цветы растут выше головы, или вот в цветах скрипка просматривается, почти прозрачная.… Что вы хотите этим сказать?

– Это на уровне подсознания. Иногда что-то делаешь, а из него что-то другое вылезает – гадаешь: откуда взялось? Такая кроссвордная штука. Само вылезает и меня вытягивает!

– Что для вас в работе первично?

– Цвет. Образ я чувствую через него, идет как бы накачка цветом. Через него – к гармонии. А если иду от темы, то и ее чувствую через цвет. Кармен – она у меня прямая, естественная, чистая и потому белая, светлая. Но ее испанская кровь, страсть – это жгучие черные и красные пятна. Ее волосы и мощное красное пятно занавеса. В нем – суть всей истории, и он же подчеркивает ее театральность.

– Как вы определяете свое направление в искусстве?

– Я делаю то, что трогает сердце, что мне интересно. Не хочу работать на узкий круг: это когда говорят, что знающим людям все понятно, а остальные не доросли. Я для людей работаю. А вообще все художники разные, и в этом прелесть.

– Ваши работы советских лет – какие-то из них вы сделали, потому что так было надо?

– Все свои работы я делал с радостью. Возможно, теперь бы не сделал, а тогда – да. Я даже портрет Ленина с радостью выткал, и Герб СССР со знаменами. Никогда ничего не делал насильно – мол, если не сделаешь, тебе будет плохо. Только с радостью! Раз взялся, значит, мне это было по каким-то причинам интересно.

– Что будет с вашими монументальными работами?

– Останутся городу. Я же их для Твери делал.
Автор: Лидия ГАДЖИЕВА
960

Возврат к списку

В университет с частушками | В Тверском педагогическом колледже проходит досрочная сдача ЕГЭ
35-летний Николай Соловьев 18 лет работает в одной из школ Максатихинского района. Преподаватель истории, краевед, финалист конкурса «Учитель года-2012», призер областного фестиваля гармонистов и частушечников, сегодня он пришел в пункт досрочной сдачи ЕГЭ, чтобы сдать экзамен по русскому языку.
27.03.201721:14
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31 1 2
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию