23 Мая 2017
$56.5
63.17
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия


День Победы-2017 в Тверской области | Видеотрансляции

Торжества, посвященные празднованию 72-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне, в прямом эфире.

Подробнее

Новости дня
Общество 19.01.2012

Татьяна Конюхова: Быть, а не казаться

С народной артисткой России Татьяной Конюховой мне посчастливилось познакомиться пять лет назад в Твери, на кинофестивале «Созвездие». Поразили ее королевская осанка и необыкновенно аристократичные манеры. Актриса, сыгравшая более шестидесяти ролей в кино, и сейчас остается кумиром нескольких поколений. «Ее называли богиней. Все нормальные мужики Советского Союза были в нее влюблены», – говорит о Конюховой ее коллега по творческому цеху народный артист России Юрий Назаров.

В конце 2011 года на телеэкраны один за другим выходили фильмы с ее участием. Не случайно: 12 ноября Татьяна Конюхова отметила славную дату – ей исполнилось 80 лет. Прошлый год был для нее богат на юбилеи: помимо дня рождения еще как минимум дважды она выходила на сцену под шквал аплодисментов: по случаю 55-летия картины «Разные судьбы» и 50-летия «Карьеры Димы Горина». В канун Рождества мне довелось пообщаться с любимой актрисой, которая по-прежнему полна сил, желания жить, творить. Интервью складывалось из фрагментов наших встреч и разговоров.

Я сама!

– Татьяна Георгиевна, где вы родились, кем были ваши родители?

– Появилась я на свет в Ташкенте в 1931 году. Папа и мама родились на Украине. В Узбекистане мы оказались волей случая – отец был военным, его отправили туда по направлению ЦК Компартии республики. У меня было хорошее детство. В семье росли двое детей – младшего братишку звали Игорем. Родители в нас души не чаяли, хотя баловать особенно было не на что – жили мы скромно. А потом случилась беда – умер Игорек. Мама долго не могла прийти в себя от этого удара. Оправилась, пожалуй, только с рождением сестрички. Папе каким-то чудом удалось избежать сталинских репрессий, хотя в 1934 году он оказался в тюрьме, к счастью, ненадолго. Мама была необыкновенно шумным человечком, любила петь, отец – полная ей противоположность, суровый и замкнутый. Страсть к чистоте я позаимствовала у матушки, от папы в наследство достались честолюбие и целеустремленность. Начиная с самого раннего детства я стремилась к полной самостоятельности. Помню, как, будучи маленькой девочкой, решительно сказала маме, которая хотела мне чем-то помочь: «Я сама!» Так по жизни и шагала потом – сама.

Хорошая актерская школа

Заметьте, это не я сказала, а Лидия Федосеева-Шукшина. Там же, на «Созвездии». «Сейчас этому не учат», – добавила Лидия Николаевна, глядя на Конюхову. 

– Татьяна Георгиевна, мечта стать актрисой родом из детства? 

– В общем, да. Хотя лет до шестнадцати я даже не представляла, что такое театр, жили мы в маленьких городках, куда нога Мельпомены не ступала. В 1946 году отца направили на работу в Латвию, и я оказалась в Риге. Это было нечто! А после окончания десятилетки уже в Лиепае решила: еду в Москву из разных судеб – одна во ВГИК. Папа погладил меня по голове и ласково сказал: «Доча, не поступишь, вернешься домой, устрою тебя на курсы, будешь бухгалтером». Я чуть не разрыдалась: хоть память у меня была феноменальная, точные науки я не любила. Мама категорически заявила: «Куда тебе в калашный ряд!» Повела к зеркалу: «На кого ты похожа! Артистки – они же красавицы. Ну посмотри на Люсеньку (так она называла Целиковскую), а Бабанова, а Орлова!» 

Но тут во мне взыграл Скорпион, и – я сама!– уехала в Москву. Конкурс был сумасшедший – 800 человек на место. Свершилось чудо – меня приняли в мастерскую народного артиста СССР Василия Васильевича Ванина.

– Будучи студенткой, вы дебютировали в кино?

– Да, я сыграла Ганну в фильме «Майская ночь, или Утопленница». Не хвастаю, но все-таки скажу, что на роль пробовались десятки известных актрис. Однако Александр Роу выбрал меня.

– И вот однажды вы проснулись безумно знаменитой…

– Представьте себе (смеется). Фильм был стереоскопическим, в начале 50-х такие картины были штучным товаром, их показывали в специализированных кинотеатрах, где зрители сидели в смешных очках. Огромная афиша с моим изображением висела в самом центре Москвы. Было от чего потерять голову.

– Говорят, что картину озвучивала другая актриса. Это правда?

– Правда, я не смогла справиться с волнением, оказавшись наедине с микрофоном. Очевидно, второкурснице, это я о себе, просто не хватило опыта. Очень переживала по этому поводу, а потом совершила поступок, о котором не люблю вспоминать. Пошла на прием к ректору и уговорила дать мне академический отпуск. И целый год занималась самокопанием. Все хотела разобраться в себе, решить, как жить дальше. Потом я вернулась во ВГИК, но уже к другим мастерам. Ванин к тому времени умер, и моими наставниками стали ученица и соратница Станиславского Ольга Ивановна Пыжова и профессор Борис Владимирович Бибиков. У них учились Нонна Мордюкова, Вячеслав Тихонов, Сергей Гурзо. А моими подругами стали тогда Руфина Нифонтова, Майя Булгакова, Изольда Извицкая.

– Учась в институте, вы продолжали сниматься в кино?

– Да, к моменту окончания ВГИКа я сыграла четыре главные роли. По тем временам это было невероятно много. Мне безумно повезло с дипломной работой: Екатерину в фильме «Доброе утро» считаю большой удачей. Картина шла во всех кинотеатрах страны, и вот тогда я действительно поняла, что значат популярность и востребованность. Затем, к сожалению, стали предлагать одноплановые роли: в основном это были мужественные комсомолки с сильным характером, но мне хотелось иного.

– А потом фортуна повернулась лицом, подарив вам Соню Орлову из «Разных судеб».

– Да, потом была Сонечка Орлова. Прочитав сценарий, я подумала: «Ну вот, еще одна Екатерина». Вскоре меня пригласил на беседу режиссер – Леонид Луков. Он рассказывал о будущем фильме и по ходу, увлекшись, перевоплотился в… Соню. Я была поражена его одухотворенностью, тем, что увидела, и на следующий день отправилась на репетицию. Сомнений было много. Но когда вошел Георгий Юматов, с которым мы не были знакомы, раскинул руки и громко сказал: «Здравствуй, Соня!», я все для себя решила. И начались съемки. Кстати, помните шубейку, в которой моя героиня приехала в Сибирь? Я сама нашла ее в запасниках студии, рваную, неказистую. Надела на себя, представила эту милую девочку, непонятно на какие средства отправившуюся за любимым на край света, и так мне ее стало жаль!

– Ваши родители, как они отнеслись к славе Татьяны Конюховой?

– Они безумно гордились мной. Папа любил рассказывать, как однажды на улице к нему подошла знакомая и спросила: «Актриса Татьяна Конюхова, уж не ваша ли это дочь?» «Наша, – важно ответил отец, – старшая».

Театральный роман

– Любовь с театром была взаимной? 

– О да! Театральными подмостками, понятия не имея, что это такое, я грезила с детства. И однажды мечте было суждено осуществиться. Меня пригласили в Малый театр на роль Нины в «Маскараде». Потом я сыграла Сашу в «Иванове». Царев и Бабочкин прочили мне большое театральное будущее, но из театра я ушла, не люблю закулисных интриг. 

– Получается, что именно Театр-студия киноактера стал для вас воплощением той самой детской мечты?

– Да, я работала в этом театре почти сорок лет, до самого закрытия, когда нас, 108 человек, буквально вышвырнули на улицу. Какие это были имена, какие личности: Клара Лучко, Лидия Смирнова, Любовь Соколова, Владимир Ивашов, Инна Макарова, Лариса Лужина, Людмила Шагалова, Зиночка Кириенко… Зинаида Михайловна, кстати, долго вынашивала план, как сделать театр своим, актерским. Но все решили деньги. 

– Скажите, какие роли, сыгранные в Театре-студии киноактера, вам дороги особенно?

– Все! Там сбылись многие мои мечты. Я сыграла Варвару Ставрогину в «Бесах» по Достоевскому, критики высоко оценили эту работу. Потом были спектакли «Каждый осенний вечер» Пейчева, «Дурочка» Лопе де Вега, «Чудо» Метерлинка, «Комедия ошибок» Шекспира. Ролей было столько, что я могу перечислять их не менее часа. (Смеется.) 

– Тем не менее кинософиты по-прежнему манили вас.

– Не стану лукавить, да. Было много предложений, от которых я отказывалась, не хотелось повторяться. Но мне опять-таки повезло, я встретила режиссера Константина Воинова. Снялась у него в «Женитьбе Бальзаминова», где сыграла служанку Химку. Потом меня пригласил к себе мастер с мировым именем – Миклош Янчо, затем Александр Панкратов-Белый в картину «Портрет жены художника».

Опустела без него земля

– Как складывалась ваша личная жизнь? К слову, о ваших романах в середине 50-х ходили легенды.

– Мужского внимания хватало. Замужем я была три раза. Первый брак со студентом-киноведом длился всего десять дней. Второй – чуть более пяти лет. Но семья так и не состоялась. На меня «положил» глаз Исаак Осипович Дунаевский, который до самого ухода из жизни лелеял мечту во что бы то ни стало женить на мне своего сына. Все к тому и шло. Если бы не шумная вечеринка, где я встретила приятеля моей подружки Танечки Пилецкой. Он пришел с молодым человеком, взглянув на которого я поняла: «Конюхова, ты пропала». Внешне Владимир Кузнецов, так звали моего нового знакомого, был похож на микеланджеловского Давида, а в жизни оказался мастером спорта по метанию копья, четырехкратным чемпионом СССР. В свое время он установил восемь рекордов страны, более 10 лет входил в число лучших копьеметателей. Позже с головой ушел в науку, защитил две докторские диссертации. Так вот, через несколько дней Владимир Васильевич сделал мне предложение. 

– Это правда, что, будучи в «интересном» положении, вы участвовали в съемках? Если так, то вы здорово рисковали, ведь это были первые роды, а вам – уже за тридцать.

– Правда, на седьмом месяце беременности я снималась в фильме «Карьера Димы Горина». Встал вопрос, где буду рожать. «Только в Риге», – заявила я. Там жила моя мама. Подошел срок, мы с мужем сели в машину и отправились в путь. А так как Володя был очень уставший, вести автомобиль пришлось мне. Когда, наконец, добрались до родильного дома, я с трудом выползла из машины: затекла и невыносимо болела спина. Узнав, каким образом мы добирались до больницы, врач посмотрел на меня как на сумасшедшую. Однако роды прошли нормально, я родила крепкого мальчика. Сергей работает в МИДе. Он хороший сын и отличный семьянин. Что же касается меня, я всю жизнь работала на износ. Однажды на картине «Солнце светит всем» даже упала в обморок – от усталости.

– Татьяна Георгиевна, было время, когда вы избегали вопросов о Владимире Васильевиче.

– Напрасно. Я справилась с болью, хотя в начале восьмидесятых, когда из жизни ушел Володя, а мы прожили в счастливейшем браке 27 лет, все потеряло смысл. Главное, само существование без него. В голову приходили дикие мысли, не хочу сейчас об этом говорить, но после смерти мужа остались долги и обязательства, которые надо было кому-то выполнять. И я просто была вынуждена продолжать двигаться, работать. О чем жалею постоянно, так о том, что он прожил слишком мало – всего 55 лет. Вместе с ним ушла в небытие интересная наука о резервных возможностях человека в условиях максимальной нагрузки – антромаксимология, которой доктор педагогических наук профессор Владимир Кузнецов посвятил большую часть себя самого.

– Было сложно?

– Поначалу казалось – бессмысленно. Земля без него опустела. Хотя рядом всегда был Сережа, любимая работа.
Ну разве это не судьба?

– А после грянула перестройка.

– Да уж. Театр закрылся, и я осталась с крошечной пенсией. Однажды, получив ее в очередной раз, раздала долги, оплатила коммунальные услуги, пришла домой, высыпала остатки мелочи на стол, села и стала размышлять: одну купить сосиску на ужин или две. До сих пор без содрогания не могу вспоминать о том периоде. Как-то вот удалось выжить. 

Сейчас я занимаюсь педагогической деятельностью. Преподаю актерское мастерство в Московском государственном университете культуры и искусства, выступаю с собственной концертной программой – читаю стихи Марины Цветаевой и Анны Ахматовой. Связь с моей первой любовью – кинематографом – не прерываю, но теперь это не съемки в картинах, хотя я все же изредка снимаюсь, а участие в кинофестивалях, творческие встречи. От общения со зрителями получаю колоссальное удовольствие! Надеюсь вновь побывать в Твери, я очень люблю ваш город. Возможно, «Созвездие» вернется на свою родину и мне посчастливится сказать тверитянам: «Здравствуйте, мои дорогие!».

– Вы верите в судьбу?

– Затрудняюсь ответить однозначно. Но в моей жизни были удивительные совпадения. Когда умирал братишка, он просил назвать сестру, если родится девочка, Оленькой. И вот малышка появилась на свет, родители начали думать, какое ей все же дать имя. Назвали ее Роксаной. Роксана Фролова, это фамилия мужа, окончила консерваторию, она педагог по классу фортепиано. Прошло много лет, теперь уже сын с невесткой ждали рождения дочери. Выбирали имя.

Остановились на Даше. Но однажды Сергей прибежал ко мне и выпалил с порога: «Мама, мы назовем дочку Оленькой». Я так и плюхнулась в кресло! Так у меня появилась внучка Оленька, прелестная девочка, умница, активно занимается спортом, знает четыре иностранных языка, работает в МИДе. 

И еще одно удивительное совпадение. Во время войны на станции в маленьком узбекском городке, где мы тогда жили, стоял поезд с чеченцами. Мы, детишки, тайком тащили из дома все, что могли, – квашеную капусту, вареную картошку – и несли это беженцам. И вот сравнительно недавно в университете в перерыве между занятиями вместе с педагогами мы пили чай и говорили о жизни.

Один наш профессор, он преподает актерское мастерство ребятам из Чечни, начал рассказывать о том, как во время войны в Узбекистане их от голода спасали дети. И называет местечко, в котором тогда жила моя семья. Представляете? Ну разве это не судьба? 

– Ваши подруги рассказывают, что на юбилейном вечере в Доме кино вы три часа простояли на высоченных каблуках…

– Обижаете, голубушка. Я не только стояла, а еще чего-то отчебучивала.

– Меня до глубины души тронули слова Евгения Доги, сказанные накануне. Он сравнил вас с той самой нотой, которую многие композиторы ищут и пытаются озвучить.

– Знаете, я даже прослезилась. Вообще хорошего в эти дни было сказано немало. Расцениваю это как аванс.

– Татьяна Георгиевна, вы потрясающе выглядите. Поделитесь секретом красоты. Возможно, вам удалось найти средство Макропулоса?

– Арлекин я, видно, неплохой. Помилуйте (хохочет). Я вкалываю с утра до ночи, вот вам мой рецепт долголетия и красоты. С полудня до позднего вечера нахожусь в университете. А в промежутке – маршрутки и метро. Недавно возле дома впотьмах так навернулась, что разбила голову. Врач мне и говорит: «Татьяна Георгиевна, вы когда-нибудь уже уйметесь? Подумайте о себе». Думаю. Смотрю на себя в зеркало и говорю: «Мадам, по телефону вы выглядите гораздо лучше! Вам есть над чем работать».

– И последний вопрос. Ваше жизненное кредо?

– Быть, а не казаться. Помогать людям, не жалея живота своего, чтобы не совершать «нечаянностей впопыхах». 
Автор: Ольга Чудина
755

Возврат к списку

«Волжский хоровой собор» принял коллективы из Чехии, Литвы, Венгрии и Белоруссии
В Тверской области завершился IV международный фестиваль «Волжский хоровой собор». Свое мастерство показали лучшие хоровые коллективы из Москвы и Московской области, Санкт-Петербурга, Кирова, а также из Чехии, Литвы, Венгрии и Белоруссии. 
22.05.201721:43
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию