10 Декабря 2016
$63.3
67.21
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Общество 16.12.2011

Мы пьем из чаши бытия

Фотограф: Личный архив З.П. Андреевой

В октябре сорок первого года Зоя Федотова взяла с собой в эвакуацию самое дорогое – семейный альбом.

Все карточки начиная с 1907 года сегодня живы. Их хозяйке недавно исполнилось девяносто лет.

И вот ведь как красиво закольцовывается судьба: юбилей Зои Петровны дети, внуки и правнуки отметили в кафе, расположенном в здании кинотеатра «Вулкан». До революции именно здесь находилось родовое гнездо ее бабушки Домны Митюревой. И здесь же проходила свадьба ее будущих родителей, о чем свидетельствует сохраненное приглашение на это торжество.

Удивительно, но даже в двадцатых годах прошлого века в стране победившего пролетариата папа Зои Петровны, инженер по профессии, один кормил в Твери большую семью, где росли четверо сыновей и две дочери. Мама хозяйничала по дому. Кроме обычных занятий дети посещали еще музыкальную школу. У них был даже рояль.

Первый большой удар семью постиг в 1937 году, когда репрессировали отца Петра Арсеньевича. За что – до сих пор неизвестно. Вагонный завод, где он тогда работал конструктором, был обезглавлен: забрали директора, главного инженера, мастеров цехов. Младшая Зоя помнит, как они с мамой носили отцу передачу. Вся территория печально известного в Твери здания, ныне принадлежащего медицинской академии, была запружена страдающим людом. Каждый хотел хоть что-то узнать о своем близком. Но разговор через амбразуру окошечка был всегда короткий. Петра Арсеньевича осудили на два года и отправили в Хабаровск. Вернулся он домой только перед самой войной.

И бесполезно было спрашивать его о том, что он пережил. Они ведь тогда молчали. В глубине своей души сентиментальный и мягкий, отец стал другим человеком, словно предчувствуя, что это не последние его испытания. У Зои Петровны до сих пор хранится его юношеская тетрадь, куда он записывал полюбившиеся поэтические строки. Там есть одно лермонтовское четверостишие, которое во многом определяет судьбу интеллигентов на изломе веков:

Мы пьем из чаши бытия
С закрытыми глазами,
Златые омочив края
Своими же слезами.

Когда началась война, Федотовым было что терять и защищать. Три сына оказались на фронте, один из них, Анатолий, погибнет за Родину. По досадной закономерности именно его не будет на последней предвоенной семейной фотографии, где Зоя снялась вместе со своими бабушкой, мамой, папой, братьями и сестрой.

К этому времени она уже работала чертежницей на вагонном заводе и помогала семье. Вечерами училась в машиностроительном техникуме. Но хватало времени и на развлечения в городском саду. Не только от нее одной я слышу, каким притягательным для горожан был этот сад перед самой войной: танцы за рубль весь вечер, уютные деревянные диванчики вдоль дорожек, прогулки на пароходике, цирк «шапито», неизменный духовой оркестр.

– Даже в октябре сорок первого, – говорит Зоя Петровна, – мы надеялись, что врага вот-вот погонят вспять. 12 октября было воскресенье, и я хорошо помню, что утром выстояла очередь за котлетами в кулинарии на проспекте Калинина. Только сели обедать, сообщение по радио: «Всем укрыться в бомбоубежище». Мы жили тогда на улице Циммервальдской возле швейной фабрики имени Володарского. Одна бомбежка, вторая... Из города уже потянулись беженцы. Нам было куда бежать – к отцу в поселок Савватьево, где он работал инженером на торфопредприятии (Калинин для него был закрыт).

Вот тогда она и взяла с собой помимо узла с одеждой еще и тяжеленный семейный альбом, в тот момент подумав: «Если кто-то из нас останется жив, то сохранится память о нашей большой семье». Шли полем под непрерывными бомбежками в толпе таких же отчаявшихся людей. Многие бросали свои вещи, стремясь скорее добраться до спасительного леса. Но и в Савватьеве было неспокойно. Горели подожженные склады, хозяйничали мародеры. И тогда отец принял решение идти к знакомому печнику в деревню Беклемишево. Отправились в ночь на Покров, и Зоя Петровна никогда не забудет эту ужасную и грозную картину: все небо в огне, над головами гудят самолеты, слышатся взрывы и выстрелы. С опушки леса было хорошо видно, как горел родной Калинин.

Знакомый отца встретил их приветливо, накормил, хотя у самого было пятеро по лавкам. Ночевать пришлось на полу вместе с солдатами, которых ставили в избах на постой. Усталые, в мокрых отвисших шинелях, в ботинках с грязными распущенными обмотками, они уже побывали в бою и знали, что завтра им снова на передовую. На подмогу измотанным частям в конце ноября стали прибывать сибиряки, румяные, здоровые ребята, одетые во все теплое. И, что очень важно, со своей полевой кухней. Вот когда удалось попробовать теплого хлеба! А до этого были колоски и капустные кочерыжки с соседнего поля.

Однажды ночью немцы совершили авианалет на штаб, который располагался рядом с их деревенским домом. Дом качался и трещал. А утром они увидели у крыльца огромные воронки от снарядов. Смерть витала рядом с Зоей и чуть позже, когда она заболела сильнейшей ангиной. Температура сорок, а лечиться было нечем. И тогда, как ангел-хранитель, у ее постели возник молодой лейтенант. Он быстро все понял и помчался в соседнюю часть. Привез таблетки, молоко и сахар.

Никогда в своей долгой жизни Зоя Петровна не забывала этого человека. Она не успела его поблагодарить и даже проститься с ним. Узнала только, что он родом из Тулы. Уходя в бой, лейтенант подарил ей книгу «Бруски» Панферова. Она и сейчас у нее хранится.

Сразу после освобождения вернуться в Калинин было непросто. Но Федотовым это удалось. Их дом оказался целым, правда, две комнаты в коммунальной квартире были начисто разграблены. Через большое окно вытащили даже рояль. Предстояло обживаться заново вместе с опустошенным городом. Трудовая повинность тогда была для всех. Расчищали развалины, рыли траншеи в районе Московской заставы. За это давали увесистый кусок хлеба. Чтобы не умереть с голоду, находили под снегом павших лошадей и пилой отпиливали куски мяса. Дежурили в госпиталях, вязали для бойцов варежки и носки, ходили на разгрузку торфа и угля.

Зоя работала тогда в воинской части. В столовой их кормили скудно. Но 16 декабря 1943 года, в годовщину освобождения Калинина, был устроен праздник. После митинга на братской могиле их ждал царский обед: лапша с мясом, стакан какао и сто граммов вина. А после все пошли смотреть фильм, который назывался «Концерт – фронту».

Это абсолютно точный факт, что еще в январе 1942 года в кинотеатре «Звезда» калининцы смогли посмотреть кинофильм «Свинарка и пастух». Звучали тревоги, где-то бухали зенитки, а в ледяном зале на фоне немыслимого изобилия разворачивалась берущая за душу история любви главных героев. Все верили, что так оно и будет.

Очень интересна в рассказе моей героини и рыночная экономика тех военных лет. При строгой карточной системе базар в городе всегда жил своей бойкой жизнью. Но цены… Картофель стоил 400 – 500 рублей ведро, молоко – 75 рублей литр, сметана – 60 рублей стакан, буханка хлеба – 200 рублей. Получала Зоя 400 – 500 рублей в месяц. Но из оклада каждый раз высчитывали: подоходный налог – 20 рублей, военный налог – 40 рублей, налог за бездетность – 25 рублей, обязательный платеж по займам – 52 рубля. Вот такое бремя приходилось нести.

Лев Толстой как-то сказал, что счастья нет, есть только зарницы его. Но люди, пережившие голод, холод и смертельные тревоги, с этим утверждением вряд ли согласятся. Зоя Петровна, к примеру, говорит, что счастья у нее в жизни было много. Даже когда еще шла война. Пустили в освобожденном Калинине первый трамвай – это счастье, пришло письмо с фронта от брата – счастье, открыли баню, где можно было, наконец, пропарить свои косточки, – разве это не счастье?

А уж когда пришла Победа – счастье было немыслимое. И ее поколение знает всему цену.
После Победы Зоя Петровна Федотова стала Андреевой. Она вышла замуж за военного – прекрасного человека, с которым была знакома с детства. Ее карточка была для него оберегом во всех танковых сражениях. В своем дневнике он однажды написал: «Почему-то моя любовь очень нежна и чувствительна. Так никто не может любить и не любил…»

В такой нежности и согласии супруги прожили шестьдесят лет, изрядно помотавшись по гарнизонам. Только недавно Николая Александровича не стало. Теперь утешение Зои Петровны в детях, внуках и правнуках, которые на юбилее, конечно, пожелали ей дожить до ста.

Не сможет Зоя Петровна побывать в День освобождения Калинина на открытии памятной стелы «Город воинской славы». Такой поход в центр ей уже не осилить. Но в замечательный день она будет вместе со своими земляками переживать это событие, в отличие от многих из нас вспоминать историю предметно. И вглядываться в родные лица из спасенного альбома.
Автор: Татьяна МАРКОВА
20

Новости партнеров

Loading...

Возврат к списку

В День Героев Отечества Игорь Руденя встретился с почетными жителями Верхневолжья
Сегодня, в День Героев Оте­чества, губернатор Игорь Руденя встретился с прославленными жителями нашей области. Сразу 10 выдающихся земляков собрались за одним столом. 
09.12.201622:06
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию