21 Октября 2017
$57.51
67.89
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Тверская сага 29.03.2011

Народная артистка

Будущая знаменитая актриса Надежда Гончарова родилась 12 сентября (30 августа по старому стилю) 1902 года в семье тверского мещанина Василия Егоровича Гончарова и его супруги Прасковьи Илларионовны.

Будущая знаменитая актриса Надежда Гончарова родилась 12 сентября (30 августа по старому стилю) 1902 года в семье тверского мещанина Василия Егоровича Гончарова и его супруги Прасковьи Илларионовны. Чудом сохранившаяся выписка из метрической книги тверской Сретенской церкви буднично сообщает о рождении звезды тверской сцены. Гончаровы приехали в Тверь из Ржева довольно состоятельными людьми и сразу же купили хороший дом на улице Симеоновской, что находится в историческом центре Твери. Симеоновская – это прошлое и нынешнее названия древней тверской улицы. Несколько десятилетий советского времени улица носила имя революционера Каляева, и адрес Гончаровых тогда был улица Каляева, дом 38. Дом был хорошим – на каменном фундаменте, деревянный, с большим участком, где кроме надворных построек стоял жилой флигель. Участок простирался почти на весь квартал. Например, здание столовой университета стоит на бывшей гончаровской земле. Это была классическая усадьба зажиточного горожанина. Коренные тверитяне должны помнить этот дом, снесли его по историческим меркам недавно – в конце 1980х годов.

Надежде Васильевне посчастливилось прожить в родовом гнезде все шестьдесят лет своей жизни. Гончаровым повезло – при советской власти землю с домом не отняли, не национализировали, жилье не уплотнили. Наличие собственной, весьма просторной жилплощади и земельного надела очень выручало большую семью. В трудные годы, которых в двадцатом веке было предостаточно, флигель сдавали квартирантам, участок засаживали картошкой и прочими жизненно необходимыми овощами. Сад одаривал хозяев яблоками и ягодами.

В семье Гончаровых росло трое детей – старший сын Алексей, дочери Надежда и Нина. Можно предположить, что детство Наденьки Гончаровой проходило вполне благополучно. Ее отец был не только обеспеченным, но и весьма образованным человеком, он много читал, интересовался искусством и поощрял тягу своих детей к образованию. При советской власти Василий Егорович работал счетоводом. Очень многое Надя почерпнула у своей бабушки, бывшей крепостной крестьянки. Манеру говорить, ходить, одеваться, мимику, жесты – все то, чему невозможно научиться специально, и то, что впоследствии безошибочно узнавали зрители, видя на сцене Гончарову, – для них она была своя, тверская, родная, народная. Образование Надежда Гончарова получила в женском коммерческом училище, которое располагалось в здании нынешней гимназии №6. Именно в этих стенах красного кирпича юная Надя впервые испытала сладкий восторг выступления перед публикой. Ученице третьего класса Гончаровой доверили сыграть роль Принцессы в спектакле «Принцесса на горошине». К огромному огорчению примы, за день до выступления у нее выпало сразу два молочных зуба. Горе было двойным: потерянные зубы были передними, что портило внешний вид маленькой актрисы, а кроме того, как Наденька ни старалась, произносимые ею звуки получались то шипящими, то свистящими. Так девочка сразу пережила и радости, и горести творчества.

Похоже, что первый опыт только укрепил ее в желании лицедействовать. Она с удовольствием декламировала на школьных вечерах стихи и задумывалась о своем будущем. Трудно сказать, как сложилась бы творческая судьба Гончаровой, если бы не ветры революционных перемен. В конце второго десятилетия века театральное искусство было очень популярным. Зимой 1918–1919 гг. в Твери работало сразу несколько театров: Большой Пролетарский театр (оперы и балета!) на бывшей Морозовской мануфактуре, Малый Пролетарский театр (на бывшей фабрике Берга, впоследствии имени Ворошилова), театр гарнизонного клуба «III Интернационал», театр Снаряжательного завода, Железнодорожный театр, театральная студия Пролеткульта, гастрольный театр в кинотеатре на Трехсвятской улице, Второй Красноармейский театр, Центральный Красноармейский, что в кинотеатре «Вулкан»… Театральное искусство явно переживало подъем, стремясь соответствовать своему бурному времени. На театральные подмостки выходили люди самых разных профессий, ведь вождь революции Ленин уже сказал свои знаменитые слова: «Искусство принадлежит народу».

Соответствовать времени хотела и юная Надя Гончарова. Летом 1919 года дебютантка была принята в профессиональную труппу режиссера Мосолова, приехавшего с гастролями в Тверь. Первая роль Наденьки не предполагала даже классического «Кушать подано!». Девушка играла абсолютно бессловесную горничную. Затем Наде поручили изображать Пажа в спектакле по пьесе наркома просвещения молодой республики товарища Луначарского «Королевский брадобрей». Ее юный звонкий голос и пластичные движения не остались без благосклонного внимания публики. В то лето Надя сыграла еще и принцессу Бланку, прочно утвердившись в амплуа героини. Когда же настала осень и гастрольный театр уехал, Надя вернулась в училище, а по вечерам занималась в театральной студии Ремизова гарнизонного клуба. Свою первую зачетную роль – Марины Мнишек в спектакле «Сцены у фонтана» – девушка сдала на отлично. Однако завершить театральное образование ей не удалось. Однажды Гончарова без разрешения руководства студии приняла участие в концерте и была отчислена за нарушение учебеной дисциплины. Больше Наде Гончаровой не довелось учиться театральному искусству. Ее театром стали жизнь, сцена, классическая драматургия.

Летом 1920 года Надя вновь работает с Мосоловым, в театре авиапарка. А на зиму ее принимают в труппу Малого Пролетарского театра. Девушка счастлива. И хотя она понимает, что считать себя настоящей актрисой она еще не может, счастье ежевечерне выходить на подмостки захватывает ее вновь и вновь. Она не обращает внимания на трудности жизни, тогда все жили трудно. Зато у нее уже есть некоторая известность и любовь зрителей. На столике в гримуборной юная актриса находит простые пресные лепешки с трогательной безымянной запиской: «Большое спасибо тебе, Надя! Кушай, родная, на здоровье!». В другой раз она спешит под дождем на репетицию, старенькие туфли разваливаются на ходу. Какая-то женщина, узнав ее, зазывает к себе домой и достает из сундука пару крепких галош, которые в то время полагалось носить каждому приличному человеку.

Эта народная любовь, испытанная Надеждой Гончаровой в самом началеее театральной деятельности, не отпускала ее более ни на день, а только укреплялась, странным образом одновременно удерживая ее от проявлений звездной болезни, а напротив, делая актрису только скромнее. Звание заслуженной артистки республики, очень редкое тогда, а оттого особо ценное, она получила в 1947 году, к своему 45-летию. В 1956 году Надежда Гончарова стала народной артисткой РСФСР, первой в труппе Калининского театра, хотя истинно народное признание она получила гораздо раньше. Больше двадцати лет подряд Гончарову избирали депутатом горсовета, что только добавляло ей нагрузки и ответственности. Конечно же, она была членом партии, а другого и быть тогда немогло.

Двадцатые годы, на которые пришлось время становления Гончаровой как актрисы, были столь стремительными, что драматурги не поспевали создавать революционные шедевры. Театры обращались к классическому репертуару. Вот и в репертуаре Малого Пролетарского театра, где выступала Надя, классика занимала ведущее место. Правда, Большой Пролетарский театр к трехлетию Октябрьской революции сумел создать пластическую картину-пантомиму «Октябрь». Это была романтическая поэма о рабочем поэте, добывшем свободу для народа. Пантомима имела большой успех у публики.

В 1923 году молодая актриса Гончарова переходит в Большой Пролетарский театр, в труппу Скрябина. Здесь ей достается роль старухи в спектакле «Поташ и Перламутр». Девушка удачно перевоплощается в женщину старшего возраста. Так она находит свое амплуа – характерные возрастные роли. Два сезона в 20-е годы Надежда отрабатывает в театральных труппах Ярославля и Вологды, а в 1928 году возвращается в Тверь, где тогда создается главный театр города – Первый гостеатр, будущий драматический. Гончарова начинает работать в труппе Брянского – Маргаритова.
Вспоминает Георгий Георгиевский, главный режиссер Калининского театра послевоенных лет: «Подобно многим своим предшественницам и старшим современницам, актрисам Малого театра, Надежда Васильевна с самой ранней актерской юности хотела играть старух, только старух. Ее не прельщали лавры молодых актрис, красующихся в ролях героинь, не прельщали их туалеты, их главенствующее положение в спектакле, хотя частенько в спектаклях, где играла Гончарова, успех приходился не на их долю. Глубокая органическая народность дарования Гончаровой вызвала к жизни этот ее типаж – простых старых женщин из самой что ни на есть глубинки, от земли, от станка честных тружениц, щедрых сердцем, верных жен и добрых матерей, которые иногда поднимались до героических свершений. Казалось бы, нормальный путь – актриса получает роль и в поисках типажа обращается к определенной среде, изучает ее, ищет там свою героиню. Этот путь был не для Гончаровой. Она свои образы носила в себе, они жили в ней прежде встречи с ролью, одолевали ее, требовали выхода. И частенько она приходила ко мне, просила «пристроить» куданибудь ту илииную женщину, старуху, бабку, которую она видела в бане, на рынке, на фабрике, на бульваре, – и вот теперь та не дает ей покоя, разрастается и живет в ее душе, как человек во всем реальный, видимый ею до мельчайших подробностей. Это качество большого таланта».

В Калининском театре Гончарова сыграла более трехсот ролей. В ее творческой биографии характерные роли в пьесах Островского – Анфуса Тихоновна («Волки и овцы»), Домна Пантелеевна («Таланты и поклонники»), Улита («Лес»), сваха сплетница Глафира Фирсовна («Последняя жертва»). Со временем актриса вышла за рамки амплуа комической старухи. Роли матери Мотылькова в «Славе» и Марфы Тимофеевны в «Дворянском гнезде» показали совсем другую Гончарову.

Правдой жизни поражали ее героини в спектаклях «Нашествие», «Настоящий человек», «Воскресение». Наиболее плодотворными в творчестве надежды Гончаровой оказались 50-е годы, ставшие годами расцвета таланта актрисы. К шедеврам сценического творчества относят роли Гончаровой этого периода: Марья Алексеевна («В старой Москве»), Екатерина Ивановна («Мать своих детей»), старая Хозяйка Нискавуори («Каменное гнездо») и многие другие.

Надежда Гончарова по праву считалась ведущей актрисой Калининского драмтеатра, при этом внешность ее была совсем не звездной и имела мало чего общего с обликом ее роскошных современниц киноактрис Любови Орловой, Валентины Серовой, Людмилы Целиковской. Но разве в одной внешней красоте и туалетах дело? Она понастоящему завораживала зрителя. Вот как описывали появление на сцене Гончаровой ее современники: «Каждый раз, когда появляется на сцене эта маленькая, сухонькая женщина с пучком седых волос, заколотых на затылке, одетая в скромное серенькое платье, вокруг нее создается атмосфера удивительного покоя, домашности и какойто особой духовной чистоты. Это ощущение вызывается всем, что делает актриса, – и тем, как споро и ловко снуют ее морщинистые натруженные руки, постоянно занятые какимнибудь делом, и неторопливой, плавной речью, и умным проницательным взглядом, который все видит и все понимает. Кажется, что этой женщине невозможно солгать, нельзя причинить обиду и боль, утаить от нее свои сокровенные мысли».

Личная жизнь королевы калининской сцены состояла из мужа Михаила Волгина и дочери Ирины, родившейся в 1927 году. Михаил Волгинзанимал ответственную должность директора городского сада. Их союз оказался не очень долгим. Вторым мужем Надежды Гончаровой стал ее коллега по театру актер Петр Петрович Званцев (ему уже была посвящена «Тверская сага»). Брак почемуто оставался гражданским, хотя Надежда Васильевна и Петр Петрович прожили вместе более двадцати лет. Вместе пережили бегство из оккупированного города в октябре 1941 года и трудные месяцы эвакуации в городе Советске Кировской области. Вместе ходили на репетиции, играли в спектаклях, ездили на гастроли, часто по области, где выступали в сельских клубах и Домах культуры.

Петр Петрович в театре также был на ведущих ролях, но званий не имел по причине своего дворянского происхождения. В гости к Гончаровой – Званцеву любили приходить их друзья. Под гостеприимной крышей гончаровского дома собиралась творческая элита Калинина. Артисты, журналисты, художники, юристы – им было интересно друг с другом.

Это было время, когда духовное превалировало над материальным, а в перспективе ожидалось полное прекращение денежной зависимости. Страна строила коммунизм, который должен был наступить совсем скоро – в 1980 году. В преддверии столь радостного события мало кто обращал внимание на такие пустяки, как безденежье, отсутствие нарядов, а тем более предметов быта и драгоценностей. Гостей в доме Гончаровых потчевали самыми простыми кушаньями, часто тем, что выросло на огороде. Со смехом вспоминали случай, когда один из гостей, выйдя нарвать перьев зеленого лука, принес к столу пучок нераспустившихся нарциссов.

Между тем усадьба Гончаровых хранила в себе подлинные ценности. Сын Нины Гончаровой, Олег, играя с приятелями в саду, как-то выкопал из земли жестяную банку. Когда ее открыли, то ахнули – емкость оказалась наполненной царскими золотыми монетами и сверкающими бриллиантами. Надежда Васильевна твердо заявила, что клад необходимо сдать властям. Время было военное, и ценности были нужны для фронта.

Театральная династия Гончаровой – Званцева, увы, не получила продолжения. Зато дом на Каляева, 38 дал нашему городу целую плеяду известных в городе журналистов. Племянник Гончаровой, сын Нины Васильевны Олег Цукур многие годы работал фотокорреспондентом в местной печати, был бессменным редактором популярной газеты «Калининская неделя». Его дочь Нина Метлина – очень известный в Твери журналист, редактор журнала, автор детских книг. Второй племянник Надежды Васильевны также избрал журналистику, причем военную, своей специальностью. Виталий был родным братом Олега, но взял фамилию матери и выступал в печати (центральной) как Виталий Гончаров. Сын Петра Званцева Дмитрий Петрович – корифей тверской журналистики, ее признанный патриарх. Дочь Надежды Васильевны Ирина многие годы проработала корректором в областной типографии. Говорят, что она была совершенно невероятной красавицей и замуж вышла очень удачно – за москвича Эдуарда Колобова, сына крупного военачальника. В замужестве Ирина Колобова проживала в знаменитом доме на набережной, но брак продлился недолго, и Ирина Колобова вернулась в Калинин. Сын Владимир по примеру деда стал военным. Петр Петрович Званцев умер в 1958 году. Надежда Васильевна Гончарова пережила его на пять лет. Ее не стало 1 апреля 1963 года. Похоронили супругов рядом, на Первомайском кладбище. Печально говорить о том, что в 1990-х годах надгробные памятники Гончаровой и Званцева не раз оскверняли вандалы. Перед 80-летием со дня рождения Гончаровой ее именем назвали улицу в Пролетарском районе. Прежде она называлась улица 3-я Профинтерна. Это тихая, почти деревенская улица, застроенная деревянными домами. Ничего театрального в этой скромной улочке нет. Разве что одно – в таких домах и на такой улице могли жить героини, во множестве сыгранные Гончаровой за ее долгую театральную жизнь.

При подготовке статьи использованы материалы личного фонда Н.В. Гончаровой, хранящиеся в Тверском центре документации новейшей истории.

Автор: Марина ШАНДАРОВА
628

Возврат к списку

«Тверской переплет» вышел на международную орбиту
Сегодня, 20 октября, в Твери открылась Межрегиональная книжная выставка-ярмарка «Тверской переплет».
20.10.201720:57
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
25 26 27 28 29 30 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5
Новости из районов
Предложить новость