23 Марта 2017
$57.64
62.27
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
День Победы28.03.2011

Костры и зори

Военное детство было для нас, подростков, испытанием на выживание. Тревожное, потому что шла война, и братья и отцы были на фронтах, а мы в какой-то степени предоставлены были сами себе.

Военное детство было для нас, подростков, испытанием на выживание. Тревожное, потому что шла война, и братья и отцы были на фронтах, а мы в какой-то степени предоставлены были сами себе.

Учились где попало, большинство зданий школ были госпиталями, фронт подходил совсем близко. Наконец фронт постепенно отодвинулся. Стало немного полегче, исчезла тревога эвакуации, хотя часть завода была эвакуирована вглубь страны. Насущным вопросом была добыча еды, мы ели растительную пищу, добывая летом грибы, ягоды и разные травы. Ну и конечно, подспорьем была рыбалка. Река рядом, озеро большое, рыбы много. Как только река сбрасывала свой ледяной панцирь, который шёл с грохотом и шумом, наше место по вечерам было на реке. Участки реки негласно распределялись между пацанами. Ловили на осучки налимов. Осучки были примитивными, кусок бечевы метров пять-шесть привязывался на колышек, который втыкался в берег на срезе воды, гайка чаще всего служила грузом. И наконец на примитивный крючок, сделанный из проволоки или гвоздя, а в гвозде делали бородку, чтобы рыба не срывалась, насаживали червей и забрасывали в воду, а через часок проверяли. Ночь тёмная, на берегу собирались несколько рыбаков пацанов, разводили небольшой костёр и сидели, ёжась от холода: один бок греешь, другой мёрзнет.

Интересно было наблюдать за рекой, она катила свои холодные воды в озеро, и в ней отражались звёзды и костры на берегу – и на нашей стороне и на другой. Ловили налимов, их тогда было много, и клевали они часто, с килограмм и больше. Зажигаешь бересту на палке и идёшь проверять свои осучки, ходили по двое, один держит «светильник», а хозяин проверяет осучки. Радостно было, когда возьмёшься за шнур, а на другом конце чувствуешь, что там сидит рыбина, бьётся, дёргается. И из тёмной воды появляется налим, извиваясь, старается сорваться, а мы хватаем его двумя руками и  – на берег. И опять к костру, к разговорам. К полуночи постепенно гаснут костры, затихают мальчишеские голоса. Надо уходить домой, благо дом рядом в сотне метров.

Это первые костры моего детства. Были и зимние костры, и опять на реке. Учась во вторую смену в школе, частенько бегал на реку ловить на зимние удочки ершей. Леска была из конского хвоста, добывали его, где можно, отрезали немного у военных лошадей, сплетали в три–четыре волоска, связывали, а то и на нитки крепкие. Прорубали пару лунок во льду, когда он был ещё не толстый, насаживали червяка на крючок, добытый правдами и не правдами. Разводили небольшой костерок в чугунке или в горшке, грели руки и так ловили ёршиков на уху, до обеда половишь и бегом в школу. А однажды поймал рака на удочку, два раза стаскивал червяка и всё-таки попался.
 
В 1943 году отца демобилизовали, и тогда ходил с ним на настоящую рыбалку. За несколько километров вверх по реке Шлина в «первую заводь», так называлось это место. Отец ловил на удочки и окуней, и язей, а я, конечно, собирал сушняк для костра и разжигал костёр. Варили нехитрую уху. Ходили и на ночь, лето, погода благодать, кругом лес. С отцом сидим у костра, на реке иногда плещется рыба, а вокругстеной стоят деревья, а дальше в темноте чудится, что кто-то на тебя смотрит, слышны какие-то шорохи, и так пригревшись у костра, засыпаешь до утренней зари. Помню, ловили рыбу накануне Благовещения, утром очень сильно играло восходящее солнце, было что-то мифическое в его игре, и когда оно немного поднялось, всё исчезло, и смотреть на солнце уже было нельзя, оно слепило. А восходящее было великолепное: большой оранжевый диск, как будто исходил из воды, показывая водяную дорожку к нему. Мой отец очень любил костры, бывая на охоте во время краткого отдыха, обязательно разводил хотя бы небольшой костерок, ну а когда отдыхали основательно, то, конечно, затевал костёр, котелок и душистый лесной чай, то с чёрной смородиной, то с брусничными листочками.
 
Костры! Как много их было в моей жизни, и больших, и малых, и охотничьих, и рыбацких, и каждый отличался друг от друга. Костры утиные, глухариные, костры тетеревиные, да и много-много других охотничьих и рыбацких. Много сожжено сушняка на них и для обогрева, и на чайно-обеденных, и ночных, и дневных...
    
В 1946 году пришёл домой и старший брат Валентин, провоевавший всю войну. Вот тогда-то и загорелись наши костры ещё ярче. Учась в профессионально-техническом училище при нашем стеклозаводе и пробыв в училище до позднего вечера, я приходил домой, брал рюкзак, ружьё, одностволку, купленную братом, и бежал ночью к отцу и брату, которые были на реке, ловили рыбу и охотились. Лесными тропинками, дорожками пройдя пяток километров, подходил к рыбакам к большому костру, где варилась уха, кипятился чай, на чистом холщовом полотенце разложена нехитрая еда и, главное, душистая уха. Дров на реке было много, так как по ней сплавляли и брёвна,  и метровки и их оставалось на берегу много, весенние паводки выбрасывали дрова на берег. Костёр пылал, бросая искры в небо. Интересно было наблюдать, как искры неслись ввысь и гасли, а им на смену зажигались на небе звёзды. Над лесом всплывала луна, а мы дремали у жаркого костра. Утром чуть свет отец брался за удочки, а мы – в лес на охоту. Была весна, кругом бормотали тетерева. Иногда где на животе, где на четвереньках удавалось подкрасться на выстрел. Учась в училище, ходил в походы по родному краю, изучали достопримечательности, ночевали в лесу – и опять костёр – верный спутник, кормилец и обогреватель. Ночевали обязательно у воды, нагревали место для ночёвки, переносили костёр в другое место и, подстелив елового лапника, ложились отдыхать, обязательно оставив у костра дежурного, менялись по очереди. Дежурили только мальчишки.

Подошло время служения Родине. Осуществилась моя мечта, попал на Северный флот. Прослужив пять лет, вернулся домой. Вернулся не один, а привёз жену, ленинградскую девчонку, судьбою заброшенную в Заполярье в голые скалы, после окончания училища, в становище Харловка, где я служил после окончания Кронштадтской школы связи. Охоту и здесь не бросал. Охотился на уток, тюленей, куропаток и зайцев, которых было великое множество. С женой дома охотился на вальдшнепов. Приходили на место тяги, разводили небольшой костерок, слушали песни дроздов и других птиц, слушали блеяние крылатого барашка (бекаса), его токовые звуки, издающие крыльями. Ходили с женой и на подслух глухарей. Но там костерок не разводили. Подрастали дети, сын и доченька. И их я возил на мотоцикле на тягу вальдшнепов. В 10–12 лет брал сына на ночь на охоту на уток. И здесь, конечно, были костры, и на берегу озера. Были лодки сначала деревянные, а потом и дюралевые с мотором.
    
Костры, костры, как много они слышали охотничьих и рыбацких баек, сколько прожгли дырок на одежде, сварили ухи, вскипятили не одно ведро чая. Обогревали, сушили промокшую одежду. Один раз на рыбалке в апреле по последнему льду провалился в полынью, оставленную пнём спиленного дерева. Промок весь, день, правда, был солнечный и тёплый. Рыбачили с другом, вышли на небольшой островок, к моему счастью, на нём валялась поваленная сосна – отличные дрова. Разделся донага и у большого костра всё высушил – и опять на рыбалку.
    
Были и комично-трагические случаи с кострами. Однажды весной подъехали на лодке на озере к готовому костру, поставив вдоль берега на бровке в глубине пару перемётов с наживкой. На берегу горел костёр и, чтобы не разводить свой, подъехали к готовому. На поляне среди молодых сосенок пяток рыбаков остановились на ночь. Это все знакомые мужчины и среди них инвалид войны без одной ноги, в протезе. Над поляной витал винный дух. Костёр пылал из сосновых пней, вымытых водой и высушенных на солнце. Поднеся пару пней в общую кучу, попив чайку, вздремнув пару часов, с другом поехали проверять перемёты. Инвалид спал на плаще недалеко от костра. Как потом мне рассказывали очевидцы, он, видно, протезом подвинулся близко к костру, и деревянный протез загорелся. Кто-то из рыбаков проснулся от запаха горелой кожи. Вскочив, он увидел, что нога инвалида горит. Разбудив спящих и инвалида, который после выпивки ничего не понимал: вскочил на ноги и упал, так как ноги нет, опять вскочил и опять упал. Хорошо, что вода рядом. Вот такие бывают костры, безжалостные и добрые, маленькие и большие.
    
В моей охотничьей жизни был и такой костёр. В 70-х годах я с другом был на открытии охоты в августе на уток на незнакомом водоёме. Из наших пяти человек двое были незнакомыми, то есть я с ними ни разу не охотился. Вечером они так напились «чайку» из чайника, куда вместо чая налили водки. Горел большой костёр, среди ночи я проснулся от какого-то шума. Открыв глаза, увидел, как один из охотников бродил вокруг костра и, пошатнувшись, упал в него. Быстро вскочив, я выдернул его из огня и облил водой его загоревшуюся одежду. Вот такой был костёр.
    
Однажды приехали на мотоциклах на глухариный ток. Решили сначала подготовить место для ночёвки. Место обжитое, не один раз на нём ночевали на охоте на глухарей. Но оно за год заросло густой травой. Погода тихая, тёплая, и костёр так полыхнул, что мы четверо еле-еле потушили загоревшуюся траву ветками ели. Охотясь с братом, как-то подошли к реке, вышли на запах дыма и увидели, что ушедшие рыбаки не потушили костёр, и он разгорелся уже на несколько метров. И здесь пришлось попотеть на тушении разгоравшегося лесного пожара. А в общем костёр – неотъемлемая часть охоты и рыбалки. Как приятно, натянув брезентовый полог как экран, набросав еловых веток, лежать под пологом около костра, дожидаясь очередной зари. Много исхожено за эти годы охотничьих троп, сожжено костров, а в душе горит свой охотничий костёр, даёт здоровье и бодрость. Горите костры – и охотничьи, и рыбацкие, продолжая свои зори, даря нам радость жизни и надежду на успех!

Автор: Дмитрий РАЗРЕЗОВ, пос. Красномайский
15

Возврат к списку

В Твери названы имена лучших молодых поэтов России
Во вторник Тверь стала литературным центром всей нашей огромной страны: во Всемирный день поэзии в столице Верхневолжья подвели итоги Всероссийского конкурса молодых поэтов «Зеленый листок», учрежденного поэтом Андреем Дементьевым. Награждение победителей проходило в единственном в России Тверском Доме поэзии.
22.03.201721:38
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31 1 2
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию