24 Мая 2017
$56.56
63.62
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Культура24.08.2010

Ковал кузнец счастье, а выходили гвозди и подковы

Фотограф: Марина Семенова

Возрождаясь, ремесло переходит в разряд искусства

Спрофессией кузнеца, одной из самых древних на земле, связано много преданий и легенд. Выходя за рамки ремесла, она приобретала священный характер. В не столь отдаленные времена в каждой деревне была своя кузница, коваными предметами пользовались абсолютно все. Но пришла индустриализация, ручное производство сменилось заводским, и профессия эта едва не умерла.

Возрожденная, в наше время она существует в другом статусе – художественной ковки, изготовлении штучных изделий,  переходя нередко в разряд искусства. Куют калитки и ограды, скамейки и подъездные козырьки, каркасы, лестницы, перила, каминные наборы. Но вкладывают в эту работу душу, относятся к ней творчески, и выполненные в единственном экземпляре, именно благодаря таланту художников, эти обыденные вещи подчас становятся произведением искусства.   Владимир Ляппе, Андрей Морозов и Дмитрий Шекин представляли Тверскую область на IV межрегиональном фестивале кузнечного мастерства «Железное поле», состоявшемся в начале августа в городе Устюжне Вологодской области.  

Металл как пластилин

Владимир Ляппе, классный специалист, кузнец с 35-летним стажем, в эту профессию попал в общем-то случайно: сразу после службы в армии. Прочитав объявление, что на ленинградском заводе «Большевик» требуются промышленные кузнецы, решил устроиться туда на работу. Он выполнял сложную операцию – загибку металла, которая делается с большой точностью по чертежу. 

– Художественная ковка, – говорит он, – открылась мне после смерти жены, в 1991 году. А вышло это так: я задумал отковать две розы на ее могилку – она мне оставила двоих детей, и я был этим счастлив. Год ходил с этой идеей, все думал, представлял, что и как. Рисовать я не умею – все хранится только в голове. И сейчас, прежде чем приступить к работе над металлом, все этапы – шаг за шагом – сначала продумываю мысленно. Оградку поставил. А потом начал ковать каминные наборы, другие вещи, все более усложняя себе задачу. Еще долго практически ничего не делал на заказ – только для себя, то, что самому хотелось. Сейчас приходится ковать и сварные конструкции, а тогда я делал полностью кованые – у меня были друзья, которых хотелось порадовать. Я люблю делать только новое, то, что еще никогда не делал.

Главное – это художественная задумка, их очень много. Есть, например, одна сложная многофигурная композиция из цельного куска.
 
Все участники и гости фестиваля могли видеть железное дерево, выполненное Владимиром Ляппе. Выкованное как подставка для цветов, оно сначала чем-то не устраивало мастера. Он осмотрел свое творение, выковал бабочку и посадил на ветку. Хорошо, что еще? Гусеница! Кованая, украшенная стразами, она уселась на соседней ветке.

Если видеть кузнеца в работе, знать, насколько тяжел молот, трудно принять на веру слова Владимира о том, что тратятся не столько физические, сколько духовные силы и как важно отключиться от всего мира. Ну а разговоры о железе уже не удивляют: 

– В работе нужна полная сосредоточенность, полное внимание. Металл может гореть, если додержать до высокой температуры. Заготовку даже необязательно постоянно класть в огонь – нагретая в горне, если ее постоянно двигать, может не остывать целый день. Нагретый металл становится мягким и послушным, как пластилин, – делай с ним что хочешь.  

«Разве есть такие?»

12 лет назад зашел Андрей Морозов в кузню, чтобы просто помочь, и так у него появилась дополнительная работа, которая вскоре стала основной. После того как здание предприятия «Торжокский ремесленный двор», где он работал, сгорело, уехал работать в Москву, потом в Питер, потом в Тверь. 

– Первая работа, которую самостоятельно сделал, еще мало что умея, – это шило для вязания строп. Вообще предпочитаю все инструменты для себя делать сам. У каждого мастера насчитывается до 300 инструментов: кувалда, молотки, ручник, клещи, зубила, включая разновидности каждого из них. 

– Девушки любят кованые розочки. Узнав, что кузнец, спрашивают: «Что, разве такие есть?» Считают, что профессия вырождается – старые мастера умирают, мало кто приходит на их место. До революции были мастера, работы которых могут повторить единицы. Когда кузнецы стали работать не на себя, когда их стали сгонять в артели – какое уж там творчество! Мне нравится, когда в кузне один кузнец и один помощник. Хотя хорошо, если рядом и другие мастера – большой заказ лучше выполнять скопом, и можно к ребятам подойти, посоветоваться, посмотреть. Все кузнецы учатся на примере других. Вершины нет ни у кого – если мастер хороший, учится всю жизнь. Когда учиться перестает, он уже не мастер, а производственник. Что хочу? Построить дом в Торжке, устроить там свою кузню. 

Не набивать мозоли

– В старину, когда сын уходил из дома учиться уму-разуму, – рассказывает Дмитрий Шекин, – брал с собой в дорогу кованый гвоздь. Обзаведясь семьей и собственным домом, этот гвоздь он вбивал в стену. 

Как и Андрей, Дима работал на предприятии «Торжокский ремесленный двор». Его, слесаря по первой профессии, в кузницу привела любовь к металлу. Дима ценит вещи, на которые приятно смотреть, которые хочется брать в руки. Речь идет, конечно, об авторских работах, а именно – о кованых вещах.

– Они делаются с помощью четырех стихий: земли, воздуха, огня, воды. Руда – из земли, воздух раздувает огонь в горне, вода остужает. У любой кованой вещи, того же гвоздя, есть автор. Нет идеальной прямизны (эта цель и не преследуется), они все отличаются друг от друга – так работает и природа. А то, что вытаскивают из-под штампа, ненастоящее. Та же еловая шишка даст больше ребенку для развития, чем ровный пластмассовый кубик. Каждую вещь можно сделать разными способами. Вот парадокс: чем сложнее вещь по форме, тем легче ее сделать. Ромашку труднее, чем розу. И еще один непонятный многим факт: как можно целый день стучать молотком и при этом не набивать мозоли?! 

– Ковал кузнец счастье, а выходили гвозди и подковы, – задумчиво произносит Дима.

В их беседах почти так же часто, как и «ковка», звучит слово «душа». Уверенные в себе люди – таким и должен быть кузнец, – ранимые, как всякая творческая личность, они думают о железе, все речи сводят к железу, но, если их разговорить, вдруг пожалуются, что не встречали женщин, которые любят их профессию, что заказы съедают время, а так хочется чего-то своего! Каждый полон замыслов, но не каждый расскажет о сокровенном. Самые лучшие вещи, сделанные их руками, не имеют цены, поэтому их не любят продавать, зато охотно дарят – городу, любимым, друзьям. Вот московский кузнец Миша, ученик Владимира Ляппе, привез н  фестиваль кованую собаку, да и подарил ее Устюженскому краеведческому музею. Этот подарок кузнецов, участников фестиваля, был не единственным в тот день. А Владимир Ляппе вспомнил скованные им алтарную решетку в Казанском храме и кресты на куполах в Пушкинских Горах. 

– Прожил жизнь не зря, – говорит он, – что-то после себя оставил.


Автор: Мария СПИРИДОНОВА
177

Возврат к списку

Крупнейшие компании России идут делать бизнес в Тверской области
На этой неделе в Верхневолжье открылся новый операционно-логистический комплекс. Объем вложенных в него инвестиций – 1,5 млрд рублей.

23.05.201717:18
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию