28 Апреля 2017
$56.97
62.17
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Культура19.07.2010

Пятьдесят две колонны

Фотограф: Илья БЕЗРУЧКО

Археологи обнаружили забытый дворец

Иногда я откровенно завидую студентам и прочим гражданам, работающим на археологических раскопках. Нет, я хорошо представляю себе прелести работы «в поле» – на тридцатиградусной жаре, скукожившись «буквой зю», в облаках пылищи и в компании жужжащих кровососущих злыдней. Но на другой чаше весов – возможность самолично и собственноручно участвовать в самом настоящем научном открытии без преувеличения всероссийского масштаба. Таковой случай представился сорока студентам, которые сейчас оккупировали приличных размеров участок на берегу Волги в семи километрах ниже Старицы.

История нынешней археологической сенсации началась четыре года назад, когда этот участок приобрел Сергей Колтович – предприниматель, по жизни занимающийся, как он сам скромно отрекомендовался, гражданской авиацией. Ну и еще кое-какими видами бизнеса, больше похожего на хобби и связанного с модным сейчас активным отдыхом, для которого район, традиционно именуемый «Старицкой Швейцарией», – просто-таки земля обетованная. На этом участке обнаружились невзрачные холмики, а в них, под кустами и буйной крапивой, – белокаменные фундаменты. Которые в соответствии с законом обязательно надлежит сначала исследовать.
– Это по какому такому закону? – хитро улыбается Сергей. – Здесь не то что нет охранной зоны, но и о самом существовании этого памятника до последнего времени никому не было известно, он вообще не был зафиксирован. Так что можно было бы просто подогнать бульдозер, разровнять площадку и построить здесь, к примеру, хороший отель…

Однако вместо бульдозера – экскаватор, который ювелирно снимает плотно оплетенный крапивными корневищами слой дерна, а вместо строителей – сорок загорелых до лиловости студентов Тверского филиала Государственной академии славянской культуры и кафедры регионоведения питерского университета. Тандем сложившийся и проверенный: в прошлом году студенты этих двух учебных заведений копали Торжок – и тогда тоже не обошлось без определенного рода сенсации. Особым нюхом на которые отличается руководитель экспедиции, искусствовед Алексей Салимов и его помощники – Марина Салимова, Василий Романов и «восходящая звезда архитектурной археологии» Александр Исаев.

Под кустами и крапивой археологи нашли самый настоящий дворец – фундаменты большого архитектурного комплекса: полы, нижние части стен, ступени, цоколи колонн. Раскоп имеет, надо заметить, совершенно античный вид: благородный оттенок старицкого белого камня недвусмысленно напоминает классические мраморы – как где-нибудь в Херсонесе. Кое-где попадаются кирпичные вставки, есть даже фрагмент подлинного пола, выложенного кирпичиками «в елочку». Это для археологов отдельная головная боль: «На кирпичи не наступать, убью!» – то и дело грозно ворчит Алексей Салимов. И его можно понять: высвобожденный из земли рукотворный строительный материал нещадно крошится. В отличие от природного известняка, который и сейчас, по прошествии двухсот пятидесяти лет, выглядит так, что на нем хоть пляши.

По дворцу вполне можно прогуляться. Вот цоколи четырех колонн и ступени – парадный вход. Проходим через холл, мимо основания башенки, расположенной на центральной оси здания – поднявшись на нее, можно было с изрядной высоты обозревать и без того обширные волжские панорамы. Чуть дальше главный зал – на наш взгляд, какой-то уж очень компактный, а из него выход на неожиданно обширный балкон, масштабами больше похожий на древнерусское гульбище. Свернем направо в длинный коридор – скорее всего он служил портретной галереей, каковая была в каждой приличной дворянской усадьбе: такие галереи выполняли функции привычных нам семейных фотоальбомов. А вот небольшая комнатка с округлой стеной: этот кабинет-фонарик несколько позже пристроил для себя архитектор Матвей Чернятин, служивший одно время в усадьбе управляющим. В аналогичном фонарике по другую сторону здания размещалась домовая церковь – как раз сейчас над расчисткой ее фундамента трудятся студенты. Отдельный вход устроен у правого флигеля – там тоже ступени и колонны. Всего же вдоль семидесятиметрового парадного фасада было установлено пятьдесят две колонны разных конфигураций. Подъездная аллея от него вела к старому тракту – дороге от Старицы на Торжок, давно уже окончательно заброшенной и забытой.

Сенсационность находки, впрочем, заключается не в масштабах и явной пышности утраченного дворца, а во времени его постройки. Активное усадебное строительство в провинции началось во второй половине XVIII века и к концу столетия достигло наивысшего расцвета. Именно к этому времени относятся такие известные дворцовые комплексы Тверской губернии, как Знаменское-Раек и Волосово-Степановское. Причиной строительного бума стал «Манифест о вольностях дворянству»: мы привычно называем его екатерининским, но подписан он был еще Петром III буквально за месяцы до переворота и убиения непутевого императора. Освобожденные от обязательной государственной службы русские дворяне осознали себя частными людьми и занялись обустройством родовых или приобретенных имений, создавая согласно философии века Просвещения земной рай на отдельно взятой территории. Интересующий же нас дворец начал строиться в 1740-х годах, аж за двадцать лет до подписания упомянутого «Манифеста». С чего бы? «Нам еще предстоит понять и осознать этот факт», – хором признаются Сергей Колтович и Алексей Салимов.

Ключом к разгадке может служить имя строителя усадьбы в сельце Новое: Петр Чоглоков. Эта фамилия не раз отметилась в русской истории. Воевода Корнила Чоглоков в начале XVII века был одним из участников похода Михаила Скопина-Шуйского от Новгорода на Москву, и его полк лихо бил «воров и ляхов» пана Кернозицкого под Торопцем, Торжком и Тверью. Через сто лет его потомки оказались близки ко двору. Причем настолько, что супруги Мария и Николай Чоглоковы (соответственно фрейлина и камергер) были приставлены осторожной Елизаветой Петровной к наследникам престола – на предмет информировать императрицу об «образе мыслей, поступках и сердечных влечениях» потенциальных российских правителей. Совершенно в духе «галантного века» Николай Чоглоков тут же принялся «строить амуры» будущей Екатерине II, что не мешало ему исправно выполнять свои шпионские функции.

Естественно, подобные деликатные поручения соответствующим образом вознаграждались, так что все семейство Чоглоковых имело и финансовые, и административные возможности для «маленьких прихотей». Таковой для двоюродного брата Николая, Петра Романовича Чоглокова, и стала большая стройка в окрестностях Старицы. Помимо сельца Новое ему принадлежало Чукавино, расположенное на другом берегу Волги. Хорошо известен построенный там в стиле елизаветинского барокко примерно в то же время усадебный комплекс; однако если принимать во внимание нынешнюю находку археологов, то на фоне дворца в Новом чукавинская усадьба выглядит если не «хозяйственной постройкой», то скромным дачным домиком, «фазендой» для уединенного отдохновения – не более того.

Дворец в сельце Новое принадлежал его строителям-устроителям сравнительно недолго: уже во второй половине 1780-х годов усадьба была продана жене генерала Тимофея Тутолмина Варваре Алексеевне. Именно при Тутолминых управляющим в Новом служил «архитекторский ученик» Матвей  Чернятин, который сделал во дворце некоторые перестройки – впрочем, сравнительно небольшие. Дети старицкого благодетеля (это, впрочем, отдельная история) генерала Тутолмина особой любви к родовому гнезду не питали, и в 1835 году сын Сергей продал усадьбу полковнице Анне Петровне Аничковой. С этого момента, собственно, и начался закат когда-то блистательного дворца. Новая хозяйка оказалась настолько непрактичной, что имение пришло в полный упадок еще до отмены крепостного права, которая, собственно, и подкосила многие дворянские усадьбы. Уже в 1859 году «…желающих купить это имение никого в тверское губернское правление не явилось». Обросшее огромными долгами имение стало голов-ной болью для самых разных государственных структур, включая старицкое полицейское управление. Его передавали из рук в руки, иногда государственные органы даже финансировали пребывание в усадьбе обслуживающего персонала, который хоть как-то поддерживал ее в пристойном состоянии. В 1869 году была сделана опись: «Господский каменный одноэтажный дом… при входе в оный с западной стороны галерея во весь дом с 52 колоннами из кирпича, с другой стороны к реке Волге болкон… наверху дома по самый фундамент башня круглая, в которую вход из внутренних комнат; крыт железом, ветхий, внутри онаго дома 13 комнат, а 14-я под ныне упраздненною домовою церковию… окон… с побитыми стеклами… в оном же дому с краю кухня…» Очень скоро когда-то роскошный дворец был продан на слом. На том история сельца Новое закончилась, к 1895 году оно исчезло из всех документов. Хотя окрестные старожилы вспоминают, что некоторые усадебные постройки существовали здесь еще во время Великой Отечественной войны.

Более чем через сто лет дворцовые фундаменты извлечены на свет божий. Что с ними будет дальше? Сергей Колтович и Алексей Салимов хором говорят: сначала консервация. И параллельно возвращение забытой усадьбы в научное информационное поле. Ради этого Сергей Колтович профинансировал издание посвященной Тутолминым книги старицкого историка Александра Шиткова и солидного сборника трудов филиала ГАСК в Твери «Вопросы отечественного и зарубежного искусствознания», где опубликованы все собранные на настоящий момент сведения об усадьбе и результаты археологических исследований. Дальше «усадьбу следует наполнить разумной жизнью». Практика музеефикации такого рода объектов не нова: есть и севастопольский Херсонес, и псковское Довмонтово городище. Стараниями Сергея Колтовича в контексте древних камней уже звучит камерная музыка и фольклор, предметно обдумывается идея организации там скульптурного пленэра.

Остается открытым, впрочем, едва ли не самый главный вопрос: а кто, собственно, по-строил в старицкой Швейцарии пышный барочный комплекс? Упомянутая влиятельность семейства Чоглоковых позволяет предположить, что они могли воспользоваться услугами весьма известных мастеров своего времени. Вспомнив, что в то время в Питере работали Растрелли и Чевакинский, а в Москве – Мичурин и архитекторы школы Ухтомского, Алексей Салимов сделал предположение сколь смелое, столь и изящное. Поводом для этого стал стилистический анализ построек в пригородах Петербурга. В интересующий нас отрезок времени были построены Грот и Эрмитаж в Царском Селе, и павильон Катальной горки в Ораниенбауме. И еще – Головинский дворец в Москве и загородный дворец елизаветинского фаворита Разумовского в подмосковном селе Перово. Все это – великий Растрелли. Мог ли он спроектировать для Петра Чоглокова дворец, украшенный характерным для этого зодчего обилием колонн? Неизвестно. Ситуация абсолютно аналогична проблеме авторства расположенной в Зубцовском районе усадьбы Куракиных Волосово-Степановское: где-то в архивах существуют некие проектные документы на итальянском языке, позволяющие предположить, что дворец строил Кваренги. А может быть, и не Кваренги: пока эту гипотезу невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть. Так и с сельцом Новое – красивая гипотеза Алексея Салимова настоятельно требует дальнейших исследований. И это уже совсем другая история.

Автор: Наталья ЗИМИНА
130

Возврат к списку

Фронтовые дороги ведут в Ржев
25 марта 2017 года. Идет подготовка к Международной военно-исторической экспедиции «Ржев. Калининский фронт» у деревень Есемово и Кокошкино. Отряды приезжают на политую кровью землю – предстоят полевые работы. У деревни Полунино московские поисковики находят останки красноармейца.
26.04.201722:03
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию