25 Июля 2017
$59.66
69.47
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Культура01.06.2010

Сны о чем-то большем

В начале был миф. Впервые художник Николай Измайлов прочитал эпические поэмы Гомера в пятнадцать лет и со свойственным юности скепсисом подумал: «Ну как можно в это верить?» Перечитал их в тридцать и удивился: «Как же можно в это не верить?» С тех пор он считает, что художники обречены на зависимость от античности – каждый по-своему. Практические результаты этой зависимости составили часть персональной экспозиции «Мифы на фоне…», открывшейся на днях в малом зале Тверского городского культурно-выставочного центра на Советской.

В начале был миф. Впервые художник Николай Измайлов прочитал эпические поэмы Гомера в пятнадцать лет и со свойственным юности скепсисом подумал: «Ну как можно в это верить?» Перечитал их в тридцать и удивился: «Как же можно в это не верить?» С тех пор он считает, что художники обречены на зависимость от античности – каждый по-своему. Практические результаты этой зависимости составили часть персональной экспозиции «Мифы на фоне…», открывшейся на днях в малом зале Тверского городского культурно-выставочного центра на Советской.

В сущности, в этих работах нет мифа и фона, это скорее вариант взаимодействия вечного и мимолетного, мистического и обыденного. Сам художник говорит, что пытается увидеть в обычных вещах глубинные связи, и, когда это удается, в простом пространстве создается сверхсмысловая реальность: «Миф – некое универсальное зеркало вне времен. Там живут все архетипы, и все варианты поведения людей уже обозначены. Это зеркало можно переносить в любое время и пространство, и все отразится и, возможно, повторится. Действующие лица как бы не вмещаются в пространство картины, как будто эти картины – осколки фресок, на которых могут проявиться любые персонажи мифов». Так Николай Измайлов формулирует общую концепцию этой серии. В приближении к реальности, данной нам в непосредственных ощущениях, это означает, что в соседях по даче художник вдруг может увидеть античных титанов, а женщины, только что закончившие большую стирку и развешивающие во дворе свежевыстиранные простыни, начнут превращаться в речных нимф: двор исчезнет, а полотнища ткани станут струями воды. Такой взгляд на реальность во многом напоминает древний сосуд: роспись на нем заменяла античным людям средства массовой информации, форма же восходит к предметам, предназначенным для совершения сакрального ритуала – в подобном совмещении обыденного и возвышенного художник видит необходимость и возможность того, что «миф должен продолжаться».

Продолжается миф не только в чисто сюжетных композициях, где соседствуют Ева и греческие дриады, таитянки из «Ощущения Гогена» и воспоминания о статуях с острова Пасхи, а танцующие девушки из племени масаи, обычные сельские девчонки, в определенный момент становятся древнейшими африканскими богинями. Мифология присутствует и в обычных предметах, объединенных в натюрморты «Плодородие» и «Бокал тамады» – в каждом из них наличествует несколько как пластических, так и смысловых планов. Композиция «Иду за пивом» наглядно иллюстрирует совмещение обыденного и возвышенного: рассыпанная по столу вяленая рыба – тоже, кстати, часть уже современного мифа – сначала воспринимается как простецкая, но каноническая закусь, однако на определенном моменте и в соответствующем ракурсе в ней начинают проступать контуры древнего сакрального символа. Растительный мир же по большому счету и посейчас продолжает существовать в мифологическом контексте: роскошно нарисованный борщевик – несносный сорняк современных полей – напрямую произрастает из героического греческого мифа; что неудивительно, поскольку ботаникам это могучее растение известно как Heracleum.

В смысле технического исполнения работы этого цикла тоже представляют собой сочетание если не несочетаемого, то находящегося некоторым образом в разных плоскостях. Николай Измайлов работает в технике пастели, которая наряду с акварелью традиционно считается «дамским рукодельем»: начинающие художницы очень любят рисовать разноцветными мелками букеты и закаты, потому как несложно, но эффектно и к тому же очень женственно. Мастер же может «выжать» из этой техники иногда неожиданные и очень своеобразные эффекты и возможности, позволяющие реализовать замысел в присущей именно этому автору манере. Поэтому так удивился, увидев новые вещи Николая Измайлова, коллега по цеху, не менее известный мастер по части работы с пастелью Борис Федоров. Согласился, что это цельно и интересно, но усмотрел здесь и, может быть, излишнюю красоту (не переходящую, впрочем, в «красивость»), и некоторую литературность, и рафинированное эстетство. Понятно, что неистовый академик, склонный к драматическим решениям и к поиску красоты там, где ее на первый взгляд нет в принципе, имеет совсем другие взгляды на искусство вообще и на технику пастели в частности. Потому и резюмировал: «У тебя есть свое лицо, странное и эстетское, как художник, ты рожден от другого солнца. Тут есть опасность впасть в эстетический маразм, но тебе это пока не грозит».

Коллега Николая Измайлова, председатель Тверского отделения Союза архитекторов России Александр Черкасов заметил, что художник «воплотил мечту многих архитекторов перестать складывать кирпичи и заняться чем-то легким и воздушным». Впрочем, как любая изобразительная техника, пастель предоставляет автору практически неограниченные возможности, надо просто уметь ими пользоваться. Сама по себе действительно легкая и воздушная, пастель позволяет художнику не то чтобы «складывать кирпичи», но придавать фигурам необычную для этой техники весомость и скульптурность: неожиданно жесткими штрихами желтого он как бы переносит на бумагу и оживляет античные мраморы.

Любопытно, что по поводу такой, казалось бы, бесспорной выставки мнения тем не менее разделились. Там, где Борис Федоров обнаружил литературность и эстетство, Всеволод Солодов усмотрел гармонию и утонченность. Что свидетельствует о наличии в работах Николая Измайлова живой мысли, которая в свою очередь порождает не менее живые и весьма разнообразные мысли у склонных к анализу зрителей. Вердикт же вынес коллега Николая Измайлова по творческому союзу Евгений Новиков: «В мире красоты больше, чем видно невооруженным глазом, и художник помогает нам ее рассмотреть».

Наталья ЗИМИНА

7

Возврат к списку

День русской деревни в Ржевском районе прошел весело, громко, вкусно и ярко
Дым из трубы над деревянным домом, милые бабушки, коровы в поле, тихая рыбалка на речке, чистый воздух, трудолюбие и усердие – вот лишь некоторые ответы на вопрос, с чем у вас ассоциируется русская деревня. Их мы получили во второй главный день народного праздника в Есёмово, собравшем более 13 тысяч гостей.
22.07.201723:54
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Новости из районов
Предложить новость