24 Февраля 2017
$57.48
60.45
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Тверская сага01.06.2010

Две сестры

Родина сестер Анны и Марии Широковых – село Марьино Старицкого уезда. Их отец был простым крестьянином, но своим детям сумел дать образование. На фотографии, сделанной в 1913 году, запечатлены дети Григория Широкова – дочери Анна и Мария, сыновья Михаил и Павел. Все они родились в конце девятнадцатого века, так что сполна хлебнули невзгод сурового двадцатого века.

Родина сестер Анны и Марии Широковых – село Марьино Старицкого уезда. Их отец был простым крестьянином, но своим детям сумел дать образование. На фотографии, сделанной в 1913 году, запечатлены дети Григория Широкова – дочери Анна и Мария, сыновья Михаил и Павел. Все они родились в конце девятнадцатого века, так что сполна хлебнули невзгод сурового двадцатого века. Остановимся подробнее на биографиях девочек из рода Широковых. У сестер Анны и Марии в жизни будет очень много схожего – обе переедут в Тверь, выйдут замуж и родят двоих детей, мужья их будут репрессированы, обе женщины трагически погибнут. Конечно, они не могли знать своего будущего, когда однажды отправились в фотографию Тачалова, что располагалась на Трехсвятской улице в доме Пановых.

Мария

Мария Григорьевна Широкова, по-домашнему Маня, в замужестве Виноградова, долгие годы своей жизни прожила в историческом центре Твери, на улице Медниковской, в доме № 3, в так называемой Мещанской слободе. Этот дом до сих пор стоит на прежнем месте и почти в том же виде. Мария вышла замуж за Андрея Виноградова, мелкого торговца, державшего фруктовую лавочку на Хлебной площади, на месте нынешнего магазина «Молодежный». Один за другим у них родились двое детей – сначала сын, которого назвали Мишей, а затем, в 1910 году, – дочь Лиза. Дела у мужа шли, видимо, неплохо, и в 1916 году Виноградовы приобрели тот самый дом на Медниковской улице. Дом купили с обстановкой, в которую помимо мебели входили такие предметы роскоши, как пианино и хрустальные люстры. Новоселье справили в пасхальные дни 1916 года. Угощались на славу: помимо традиционных куличей, пасхи и крашеных яиц на столе присутствовали окорока трех видов – свиные, телячьи и говяжьи, а также сыры и колбасы.

Безмятежная жизнь в новом доме продолжалась недолго. В 1917 году грянула революция. Несколько лет, пока в стране действовал нэп, Виноградовым удавалось сохранять почти привычный образ жизни, но в двадцатые годы жить по-старому уже было невозможно. К счастью, Мария Григорьевна поняла это вовремя. Женщина продавала обстановку, осознанно или нет готовясь к конфискации имущества. Но ее действия спасли семью только отчасти. Гроза грянула в 1929 году. В пасхальную неделю, когда-то такую счастливую для Виноградовых, в дом на Медниковской улице явились работники ЧК-ОГПУ. Уцелевшее имущество описали, отца и мужа забрали, дом все же оставили семье. Андрей Виноградов, как представитель частной торговли, считался социально опасным элементом. Его отправили в ссылку. Спустя три года он вернулся домой, но ненадолго. В 30-е годы начали сажать по новой. Где и когда умер Андрей Виноградов, семья так никогда и не узнала.

Надо было жить и выживать. Семья Виноградовых считалась лишенной гражданских прав, а значит, продолжать образование дети не могли. Лиза окончила только девять классов, долго сидела без работы. Единственное, что сумели найти юной девушке знакомые, – место учительницы в селе Старое Никольское Кимрского района. Так Лиза стала сельской учительницей. Работа ей нравилась, а вернуться в Тверь помог случай. Она приехала домой на летние каникулы и временно устроилась работать в сберкассу. По окончании летнего периода в сберкассе ей предложили перейти на постоянную работу.

У Елизаветы долго не складывалась личная жизнь. Желающих завязать знакомство с бойкой голубоглазой девушкой было достаточно, но мешала матушка. Мария Григорьевна была женщиной властной, с конкретными представлениями о будущем зяте. Она напрочь отказывала в доме женатым и партийным. У Лизочки были и собственные условия. Ей нравились высокие брюнеты, к тому же умные. В конце концов, она встретит человека, сочетающего в себе все необходимые качества, правда, произойдет это очень нескоро.

Когда началась война и враг стал приближаться к Калинину, Мишу забрали на фронт, а Мария Григорьевна с Лизой сначала бросились бежать вместе с тысячами горожан. Но пешком дошли только до Сахарова, а потом вернулись. Идти им было совершенно некуда, а дома, в сарае, оставался поросенок. На берегу Волги они сторговались с перевозчиком, и под обстрелом с обеих сторон (с одного берега садили наши, с другого – немцы) женщины вернулись в оккупированный город. Голодный поросенок хрюкал в сарае, в подполе было немного картошки. Как и все калининцы, они ходили на мельницу за горелым зерном, на поля за мороженой капустой. Так и пережили оккупацию.

После освобождения города жить было очень трудно. На карточку давали 500 граммов хлеба, других продуктов было не найти. Чтобы как-то прожить, Лиза устроилась счетоводом в столовую на железнодорожном вокзале. Там можно было поесть и даже что-то принести маме. Однажды в столовую пришли ревизоры. Обнаружили недостачу. Виновными были названы несколько человек, а посадили только Лизу. Три года молодая женщина провела в лагере под Кесовой Горой. Жить в неволе было ненамного хуже, чем дома: питание почти такое же, работа – та же. Лиза вновь работала в бухгалтерии, ей даже разрешали с оказией ездить домой.

В 1948 году, когда семья вновь собралась в своем доме на Медниковской, Лиза, Миша, уже женатый, произошла новая трагедия – погибла Мария Григорьевна. Ее задавило автомобилем в двух шагах от родного дома, на тихой Сенной площади. Она только что отметила свое 60-летие. Жизнь оборвалась так нелепо…

Ее дети, Лиза и Миша, продолжали жить в родительском доме. Они были очень привязаны друг к другу. Миша даже женился на подруге сестры, чтобы не вносить разлад в их детскую дружбу. А Лиза встретила свое счастье, будучи уже на пенсии. С женихом ее познакомил двоюродный брат. Жениху было 72 года. Михаил Вячеславович оказался таким же, как в девичьих мечтах, – высоким, умным, беспартийным, только уже не брюнетом. Он жил рядом – на Пушкинской улице, куда Елизавета Андреевна перенесла свои пожитки после венчания. Семейная жизнь продолжалась пятнадцать лет в любви и полном согласии. После смерти мужа Елизавета Андреевна осталась одна. Горячо приветствовала новые времена.

Она красиво состарилась. Может быть, потому что была удивительной оптимисткой? Хотя, казалось бы, откуда взяться оптимизму? С юных лет лишенка, потом заключенная, одинокая, бездетная, вдова. Но что бы ни произошло, она всегда радовалась жизни, и та не отомстила ей за смертный грех уныния скорбными складками, подарив только веселые морщинки возле глаз. Когда мы познакомились с Елизаветой Андреевной в конце 90-х годов, это была симпатичная старушка с яркими голубыми глазами. Она была уже очень стара, но ходила помогать каким-то еще более немощным соседкам. Только об одном она сожалела – что поздно встретила своего Мишеньку. «Замуж надо выходить смолоду, – говорила Елизавета Андреевна, – но не за кого попало, а за судьбу». Дочь Марии Григорьевны умерла в канун двадцать первого века, проболев только последние две недели жизни. Семья продолжилась детьми брата Михаила.

Анна

Анна Широкова была моложе своей сестры Марии на десять лет, она родилась 28 мая 1898 года. На главной семейной фотографии Аня еще гимназистка. Каким образом отец сумел устроить дочку в Тверскую Мариинскую женскую гимназию, куда доступ крестьянским детям был закрыт, навсегда останется загадкой. Но только Анна прослушала полный курс наук, о чем в семье ее потомков бережно хранят свидетельство. Наверное, ей все же трудно было учиться. В аттестате почти сплошь тройки. Крестьянская дочь поступила на учебу в 1911 году, к 1916 году окончила семь классов и осталась еще на один год, чтобы получить право работать учительницей. 30 апреля 1917 года гимназия была окончена. Февральская революция уже состоялась, Октябрьская была впереди. Как и гимназистка выпускного класса, страна стояла на пороге новой жизни, но в отличие от девушки еще не догадываясь об этом.

Надо было искать свой путь и Ане Широковой. Все годы учебы она прожила в гостеприимном доме своей старшей сестры Марии. Теперь приходилось искать работу. В 1917 году с работой было трудно. Не до образования, когда вокруг смута. Место учительницы для Анны найдется только в селе Печетове Кимрского уезда. А мы уже знаем, что пройдет десять лет, и туда же отправится учительствовать племянница Анны Елизавета. В Печетове Анна преподавала русский язык и литературу. Там же нашла свою судьбу. Руку и сердце ей предложил директор школы Анатолий Павлович Ахматов. Он происходил из Бежецкого уезда, из семьи священника, так что, вполне возможно, состоял в каком-то родстве с великой поэтессой Серебряного века. Анатолий Павлович был по-своему тоже очень талантливым человеком. Образование получил в Тверской семинарии, где прекрасно пел в хоре. В школе он преподавал математику.

В семье Ахматовых одна за другой родились две дочки: в 1923-м Галина, а двумя годами позже – Августа, Гутя. Семейная жизнь сначала складывалась вполне счастливо. Семью учителей в селе уважали, а доход был таков, что позволял даже держать прислугу. Но все когда-нибудь кончается, и в начале 30-х годов Ахматовым пришлось уехать из Печетова.

Причиной тому скорее всего было неподходящее происхождение Анатолия Ахматова. Попытки найти работу в Твери оказались безуспешными. И вновь выручила деревня. Ахматовых пригласили работать в школу на станцию Кулицкая. К тому времени семья Ахматовых была уже на грани развала. Супруги расстались, Анатолий Павлович уехал в Старицкий район, где прожил последние годы своей не слишком длинной жизни.

Анна Григорьевна вновь стала работать. Она преподавала в школе поселка торфопредприятия «Красная Пресня». Вместе с дочерьми жила здесь же, в учительском общежитии, где у них была комната. Старшая дочь Галя училась в городской школе. На занятия девушка ездила с Кулицкой на паровозе, иногда оставалась ночевать на Медниковской. Так продолжалось до осени 1939 года. В это время начались военные действия с Финляндией, и эта маленькая, но тяжелая война сразу отразилась на жизни мирных людей. Начались перебои с продуктами, возле магазинов выстроились очереди за хлебом. Пассажирские поезда стали ходить все реже, так как железная дорога была забита эшелонами с техникой и военнослужащими. А когда в старших классах средней школы ввели плату за обучение, мама предложила Галине оставить городскую школу и завершить обучение в сельской.

Жить Анне Григорьевне оставалось недолго. Она умерла в декабре 1940 года от заражения крови, случившегося от нелегального аборта, сделанного в домашних условиях. Несколькими неделями раньше в поселок приезжал ее бывший муж Анатолий. Девочек отправили в город, а сами пытались восстановить семью. Кто же знал, что эта попытка будет стоить жизни Анне. К тому времени у Анатолия Павловича Ахматова под Старицей уже была новая семья, где росли двое приемных детей. После смерти матери он звал Галю и Гутю к себе, но девочки отказались.

Жить им было трудно. Девочки продавали немногие оставшиеся от мамы вещи, для печки собирали торф, которого в поселке, к счастью, было много. В общежитии им все помогали, но все-таки они были слишком малы, чтобы жить без родителей. В июне 1941 года Галина Ахматова получила аттестат зрелости. До начала войны оставалось несколько дней. Кем стать, она не раздумывала. У дочери учителей был один путь. Девушка отнесла документы в приемную комиссию пединститута и ее приняли в студенты, но приступить к учебе она не успела. Началась оккупация Калинина. Все два месяца – с октября по декабрь 1941 года – сестры просидели в учительском общежитии. У них было немного картошки и мешочек муки, вымененной на самовар. В конце декабря 1941 года, когда дошли вести об освобождении города, Галина пешком отправилась в Калинин. Город стоял в руинах. Больше всего ее напугало зрелище немецкого кладбища на площади Революции. В неглубокие могилы были навалены трупы. Они заледенели и раскачивались от ветра, отвратительно скрипя.

Галя дошла до Медниковской, где ее встретили тетя и сестра, напуганные, но живые и невредимые. Они рассказали ей о страшной смерти сестры отца, Нади Ахматовой. До войны Надя считалась девушкой легкого поведения и позором семьи. Она не стремилась создать семью, работала кассиршей то в городском саду, то в бане, встречалась с разными мужчинами. Никто не мог предположить, что война изменит привычные ориентиры. Надя стала разведчицей

31-й армии, много раз она переходила линию фронта с ценными сведениями. Однажды была схвачена врагами и попала в гестапо. Ее долго мучили. Изуродованное тело Нади было обнаружено после освобождения города.

Город постепенно оживал. В пединституте начались занятия. Некоторое время Галя Ахматова пыталась учиться, но быстро поняла, что не сможет выдержать постоянный голод. Кроме хлеба, выдаваемого по карточкам, она могла поесть только в институтской столовой. На первое и на второе там давали прокисшую капусту. Но даже такая еда была мечтой многих людей. К столам то и дело подходили старики и, заглядывая в глаза, просили студенток оставить хоть немного. В одной из попрошаек Галя с ужасом и стыдом узнала свою школьную учительницу немецкого языка Марию Васильевну Щепкину.

Галя вернулась в «Красную Пресню». Там ей сочувствовали, помогали. Директор школы отправила сироту в Вышний Волочек, на 6-месячные курсы преподавателей, после которых она отправилась учительствовать в Погорелое Городище. Пройдет несколько лет, и туда приедет юный столичный адвокат Генрих Падва, герой одной из наших «Саг». Ему предстоит защищать виновного в преступлении, которое произойдет на глазах у Гали Ахматовой.

Но это будет позже, а пока жизнь продолжает испытывать молодую учительницу на прочность. Одного за другим она теряет близких. В Старице арестовывают отца. Как станет известно много позже, Анатолий Павлович Ахматов сгинет по доносу своего соседа, состоящему всего из одной фразы: «Ахматова надо арестовать, потому что он враг народа». Где и когда он погибнет, его близкие не узнают никогда. Будет сослана и его вторая жена вместе с детьми. Вскоре Галя потеряла и свою любимую сестру. Гутя поступила в Лихославльское педучилище, на почве недоедания заболела туберкулезом и умерла в возрасте двадцати лет.

Жизнь вновь улыбнется Галине Ахматовой только после войны. В 1948 году в Погорелое Городище приехал бравый летчик Сергей Николаев, с которым Галя училась в школе, и увез ее как невесту. С тех пор они вместе, уже почти шестьдесят лет. Они много ездили, жили там, где служил Сергей – в Германии, Прибалтике, Польше. В Калинин вернулись в 1970 году. У Николаевых два сына и уже взрослые внуки.

Автор: Марина ШАНДАРОВА
129

Новости партнеров

Loading...

Возврат к списку

Пожар в Детской областной клинической больнице в Твери обошелся без жертв
Возгорание произошло в первом часу ночи, 24 февраля. Огнем занялась кровля детской областной больницы, что на улице Степана Разина в столице Верхневолжья. Слава Богу, никто из детей и персонала не пострадал.
24.02.201713:34
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 1 2 3 4 5
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию