23 Мая 2017
$56.5
63.17
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия


День Победы-2017 в Тверской области | Видеотрансляции

Торжества, посвященные празднованию 72-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне, в прямом эфире.

Подробнее

Новости дня
Общество 01.06.2010

Звезды на погонах зажигают люди

Впервые за 5 лет работы в должности прокурора Тверской области Александр Александрович Аникин, государственный советник юстиции 2-го класса, открывает для читателей «ТЖ» тайну генеральских звезд

Впервые за 5 лет работы в должности прокурора Тверской области Александр Александрович Аникин, государственный советник юстиции 2-го класса, открывает для читателей «ТЖ» тайну генеральских звезд.

Жизнь прокуроров, как правило, закрыта более чем чья-либо. Что мы знаем из прошлого занимающих высокие посты людей? Сухие факты биографии, казенный послужной список: Александр Аникин коренной владимирец, родился в 1960 году. С 18 лет начинал техником-лаборантом кабинета криминалистики прокуратуры области, затем служба в армии, учеба на юридическом факультете Ивановского университета. Работал следователем в районной и городской прокуратурах Владимира, далее - прокурор-криминалист, начальник отдела облпрокуратуры, муромский городской прокурор, первый заместитель прокурора Рязанской области. С июня 2000 г. (в сорок лет) назначен прокурором Тверской области. Почетный работник прокуратуры Российской Федерации, награжден именным оружием.

По отцовским стопам… без блата

- Я знаю Аникина более четверти века, долго работал и с его отцом - Александром Николаевичем, опытным владимирским юристом, - рассказывает судебно-медицинский эксперт Владимирского областного бюро Марк Фурман. - Уже в молодости Саша - дотошный любознательный парень - освоил тонкости кримтехники - уверенно владел фотоаппаратом, кинокамерой, видеокамерой. Словом, следственные университеты проходил на местах происшествий.

Отец Александра Александровича работал заместителем прокурора г. Владимира, затем старшим помощником прокурора области. 10 лет до прокурорской деятельности был судьей. Бабушка по матери была адвокатом… В общем, все было предопределено.

- Вы поступили на юрфак сами или папа помог? - спрашиваю Александра Александровича.

- Сам. Тогда не принято было проталкивать своих детей в вузы. Большая заслуга отца, что он нацелил меня на юридический. Сразу после школы трудно было поступить: конкурс огромный, и брали в первую очередь льготников после армии. В общем, на дневное отделение мне не хватило полбалла. Пошел на заочное, о чем, кстати, не жалею. Совмещение работы и учебы пошло только на пользу.

- А в армии служили или отсрочка была?

- Никаких отсрочек. С заочного призывали на службу.

- И никакого блата?

- Абсолютно. Поступил и пошел служить. Поскольку я целый год работал рабочим-геодезистом, меня призвали военным топографом в Иваново - туда же, где, кстати, и учился. Что удивительно, мне командование даже разрешило один курс ходить из армии на занятия. Уникальная ситуация. Второй год не получилось. Было много командировок по другим частям. Поэтому год учебы пришлось пропустить

Узбекистан

1987 год, начало перестройки. Прокуратура СССР включила 27-летнего следователя Аникина в состав следственной бригады, которую возглавляли Гдлян и Иванов, для расследования преступлений в Узбекистане. Память у Александра Александровича профессиональная. Он легко, с подробностями вспоминает события почти двадцатилетней давности:

- Все необычное, все новое… Совершенно иной уклад жизни… Мы выполняли в общем-то благое дело - пытались внушить чиновникам уважение к закону в республике, где менталитет, который складывался веками, зачастую неотделим от системы подношений. А для них это был образ жизни. Старший обязан получать от нижестоящих определенный бакшиш - мзду. Они жили так всегда. Те же самые секретари обкомов - они все принадлежали к кланам, которые сложились в Узбекистане еще в дореволюционный период. Вчера это был бай в халате и чалме, сегодня - это респектабельный чиновник в европейском костюме. Но психология-то в принципе не изменилась. Мы столкнулись с разветвленной, можно сказать «эшелонированной» системой дачи и получения взяток. Причем в большинстве случаев она не обусловливалась выполнением или невыполнением каких-либо конкретных действий. Взятки давались «просто так», потому что «так принято», «иначе не дадут работать». Суммы, выявленные при обысках у государственного и партийного руководства республики, выражались в цифрах с многими нулями, ценности буквально складировались, напоминая пещеру Аладдина. Следствие шло в условиях открытого противодействия или в лучшем случае при саботаже со стороны местных властей и правоохранительных органов. И не могу сказать, что мы там что-то круто изменили. Но, конечно, очень сильно подорвали коррупционную базу в республике, множество хапуг и взяточников высокого ранга были наказаны, а сами следователи приобрели отменный опыт антикоррупционной работы.

- Долго вы работали в Узбекистане?

- Около полугода. Затем в Москве писал обвинительные заключения по этим делам… А потом меня назначили на должность прокурора-криминалиста, и я выпал из состава группы. Но вскоре попал в Армению.

«Горячий» Кавказ

1988 год… То были первые раскаты грома межнациональных конфликтов, охвативших ряд «горячих точек» бывшего Союза. Бригада, в которую входил Александр Аникин, занималась расследованием кровавых этнических конфликтов - убийств, погромов и беспорядков в горной Армении, Ленинакане, Степанакерте…

Вспоминает заместитель прокурора г. Владимира Андрей Лаврухин:

- В декабре 1987 года я впервые появился в областной прокуратуре. Тогда освободилась должность техника-лаборанта в кабинете криминалистики. Меня встретил энергичный молодой человек. Это был прокурор-криминалист Александр Аникин. После обстоятельного и, помнится, долгого разговора, меня приняли в штат прокуратуры. А год спустя, в середине декабря 1988-го, через несколько дней после страшного землетрясения в Армении нам с Аникиным предложили срочно вылететь в Ереван. В составе следственной группы союзной прокуратуры мы с Александром Александровичем побывали во многих районах. Жили в армейских палатках, служебных автомобилях, вскакивали при колебании стен. Тогда мы не могли понять, почему люди убивают и изгоняют из своих домов тех, с кем долгие годы жили рядом, трудились на одной земле, вместе воспитывали детей. То были первые отзвуки всеразрушающего конфликта между народами Кавказа. Старейшины утверждали, что землетрясение в Армении - это предупреждение самого Господа - он наглядно продемонстрировал, какое всеобщее горе их ожидает, если они не остудят свои горячие головы и не сядут за стол переговоров.

- Впервые, кстати, я почувствовал землетрясение не в Армении, а в Узбекистане, в Ташкенте. Сначала не понял, что это такое. Как будто по улице идет колонна грузовиков. Местные жители уже привыкли к постоянному шевелению земной коры, а нам первое время было не по себе. А в Спитаке мы воочию увидели все последствия землетрясения. Город полностью был разрушен. Штабелями гробы - они доходили до уровня второго этажа. Людей периодически извлекали из-под обломков и не успевали хоронить, - продолжает разговор Александр Аникин. - Толчки продолжались, но они не были уже такими сильными, разрушительными, как в первые дни землетрясения. Неприятное, конечно, ощущение… Опасно работать? Нет. Всем тогда было не до страха… Были психологически напряженные моменты непосредственно в местах проведения следственных действий… Ну, скажем, прибываем мы в высокогорное армянское село, проводим следственные действия, связанные с участием потерпевших азербайджанцев. Часть из них погибла в этом селе, кому-то удалось убежать. Некоторых из тех, кто убегал, мы под охраной доставляли к нам. Они помогали, уточняли факты… И вдруг собиралась толпа и требовала этих людей выдать. Мы же не могли отдать тех, кто под нашей защитой… Далеко не заходило, но острые ситуации были.

Охота на Слонов

В 1992 году из аппарата областной прокуратуры Александра Аникина переводят на должность Муромского городского прокурора.

- Старинный Муром - серьезный не только для Владимирской области, но и всей России город. Здесь своя многовековая история, свои традиции, инфраструктура, достаточно развитая промышленность. Мне, занимавшемуся в основном расследованиями да надзором за следствием, пришлось срочно осваивать тонкости прокурорского надзора, выстраивать взаимоотношения с руководством города. Тут, конечно, свои сложности, особенно когда кто-то пытается поставить ведомственные интересы выше государственных, - рассказывает Александр Александрович.

Марк Айзикович напомнил коллеге о его статье в журнале «Законность» «Ответственность за взяточничество по новому УК», связанной с муромским периодом работы. Читаю выдержки из этого актуального и сейчас материала:

«Муромской горпрокуратурой был привлечен к уголовной ответственности за получение взяток начальник торгового отдела городской администрации Д. Он был задержан работниками милиции в своем служебном кабинете после получения денег от предпринимателя… Сейчас модно ссылаться на практику и методы американцев, считающихся весьма прогрессивными. Но ведь в США вполне законными и допустимыми являются действия федерального агента, который, например, выдает себя за арабского бизнесмена и подкупает государственного служащего. Если взял чиновник доллары, ему сразу «примеряют» наручники, если нет - извините, мистер, за беспокойство, вы - честный человек. И никто при этом не называет действия агента ФБР провокацией, не шумит о вторжении в частную жизнь, о нарушении прав человека, о неэтичности подобной проверки «на прочность». Потому что все законно».

В 1997 г. Александр Аникин покидает Владимирщину: он назначен первым заместителем прокурора Рязанской области.

- Как раз в тот период я оказался в Рязани, и именно от Александра Аникина и тогдашнего Рязанского прокурора Александра Кизлыка (в прошлом тоже работника владимирской прокуратуры) впервые услышал о тяжких преступлениях банды Слонов, - продолжает Марк Фурман. - Расследование заканчивалось, оба Александра и начальник следственной бригады Дмитрий Плоткин во многом помогли мне тогда в сборе материалов по преступной группировке. А полугодом позже был написан сценарий «Охота на Слонов», легший в основу документального телефильма из сериала «Криминальная Россия». Следствие по делу курировал Александр Александрович. Он, между прочим, и санкционировал арест «Слона» - В.Ермолова, находящегося тогда в розыске. На скамье подсудимых оказались 22 бандита. Им инкриминировалось свыше 20 эпизодов доказанных умышленных убийств.

И в Твери работы хватает

Областным прокурором в Тверь Александр Аникин был назначен летом 2000-го.

- Тверская область очень непростая. Здесь криминала тоже хватает, - говорит он. - Хотя, слава Богу, нет столь мощных организованных банд, как рязанская.

- И все же в Рязани было тяжелее? - спрашиваю.

- Нет. Я считаю, что здесь фронт работы шире. Особенно это касается надзорных функций. Одни только органы власти и местного самоуправления дают столько работы. На примере прежнего руководства областной администрации люди понимают: сколько веревочке ни виться, а конец будет. Помните, были различные заявления о заказном характере дела, о том, что все надумано, все развалится и рассыплется? Но следствие сработало качественно. Сейчас судебное следствие завершено, и вот-вот будет приговор. Хороший урок всем хапугам и ворюгам…

- Я из центральных газет узнал, что впервые в новейшей истории России Тверской прокуратурой к уголовной ответственности привлечен действующий губернатор - теперь уже, правда, бывший, за причастность к исчезновению займа на полмиллиарда, - не скрывает гордости за коллегу Марк Фурман.

В Тверь Александр Аникин приехал с хорошим профессиональным багажом. Потому и результаты не заставили себя ждать.

- Мой предшественник Владимир Николаевич Парчевский, кстати, владимирский земляк, работал на совесть. В наследство мне досталась неплохая база, хороший работоспособный коллектив, которому по плечу решать самые сложные задачи. Пришлось, правда, произвести некоторые кадровые перестановки. Полагаю, это на пользу. И действительно, сделано много. По многим делам, которые мы расследовали, - серийные убийства, должностные преступления - есть приговоры. Взять, к примеру, громкое дело председателя комитета ЗС Киселева, которому суд назначил 6 лет лишения свободы… Достаточно суровый приговор. А ведь тоже были крики о заказном характере. По линии надзора за исполнением федерального законодательства - громадную без преувеличения работу провели прокуратура области и районные прокуроры на местах по защите прав и интересов граждан в сфере ЖКХ. Необоснованно завышались тарифы на коммунальные услуги, теплоэнергию. По проезду в общественном транспорте - не только в Твери, но и некоторых других регионах, по превышению федеральных и региональных стандартов по оплате жилья мы тоже неоднократно обращались в суды. И все наши обращения удовлетворялись, потому что мы стояли на позиции закона. Там, где местные администрации превышают установленные стандарты, конечно, все приходилось возвращать в правовое русло. И тем не менее с упорством, достойным лучшего применения, городские власти Твери раз за разом принимали нормативные акты, прямо ущемлявшие права граждан. Люди все это видели и знают, что прокуратура области твердо и последовательно защищает их законные права и интересы. Так будет и впредь, я в этом уверен.

- Александр Александрович, не всем, наверное, по вкусу такая прокурорская активность?

- Действия прокуроров неоднократно обжаловались, даже некоторые СМИ пытались давать им негативные оценки. Но претензии всех этих заявителей Генеральная прокуратура назвала, мягко говоря, беспочвенными. Что же касается нынешних уголовных дел в отношении городских властей - они находятся в производстве, и давать какие-либо комментарии, полагаю, преждевременно. Суд разберется.

- Вам уже приходилось в своей практике заниматься решением подобных вопросов?

- Еще в городе Муроме. В период моей работы по материалам прокурорской проверки был освобожден от занимаемой должности глава Муромского района Лукьянов. Занимая высокую должность он занялся коммерцией. В одной из своих коммерческих сделок он поручился районным бюджетом. Взял на реализацию свежемороженую рыбу, а в случае неустоек гарантировал поставщикам, что расплатится деньгами из районной казны. После нашего вмешательства он слетел с работы. Это было начало 90-х, когда в стране творилась настоящая вакханалия. На том фоне, конечно, решить вопрос с главой администрации было явлением редким.

- Сегодня как-то смелее прокуроры берутся за такие дела…

- Да, да… Процесс пошел. Сейчас в Рязани привлечен к уголовной ответственности глава города Маматов. Дело направлено в суд. А из действующих губернаторов у нас Владимир Игнатьевич один такой. Это будет хорошим уроком для других.

- Самый тяжелый период в вашей трудовой биографии?

- Да они все не медом намазаны. Не могу сказать, что я пахал только на руководящих должностях. Я считаю, что всю жизнь много и напряженно работал. И не отказывался никогда от тех поручений, которые на каком-то этапе были важны для государства.

- Какое впечатление у вас сложилось о Тверской области за пять лет работы?

- Самое положительное.

- А остались бы вы здесь жить?

- Остался бы. В принципе это та же самая древняя Русь. И в средние века Владимир и Тверь тесно контактировали. Наши города исторически близки. Та же культура. Постоянный обмен людьми, идеями. Я полюбил этот регион. И мне искренне жаль людей, которые достойны лучшей жизни. Кстати, почему вы это спрашиваете?

- Есть сведения, что вас ждет повышение - в Приморский край…

- Такого приказа пока что нет. Хотя срок конституционных полномочий прокурора действительно составлял раньше пять лет - таков был период работы на одном месте. Формально он в настоящее время упразднен. Но тем не менее ротация кадров все равно осталась. Так что не исключено, что мне предстоит новое назначение с гораздо большим объемом работы.

…Марк Айзикович допивал вечерний чай, листая журнал «Законность». А когда разговор зашел о возможном назначении, лишь заметил: «Вот такие звездные перемены на прокурорском небосклоне. Но не будем забывать, что в любой профессии - и этой тоже - звезды, даже на погонах, зажигают все-таки люди». И к уже названным выше именам добавил еще несколько: Виктор Париц, Василий Серов, Юрий Беллевич, Леонид Титаров, Александр Сорокин… «Все эти генералы из когорты великолепных, элита и гордость профессии. Их, как и ряд других, в разные годы заметила и возвышала столица. Вот и Александр Аникин встал в эту владимирскую шеренгу».

Беседовала Наталья РАЧЕНКОВА

192

Возврат к списку

«Волжский хоровой собор» принял коллективы из Чехии, Литвы, Венгрии и Белоруссии
В Тверской области завершился IV международный фестиваль «Волжский хоровой собор». Свое мастерство показали лучшие хоровые коллективы из Москвы и Московской области, Санкт-Петербурга, Кирова, а также из Чехии, Литвы, Венгрии и Белоруссии. 
22.05.201721:43
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию