20 Ноября 2017
$59.63
70.36
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Общество 01.06.2010

Доведет ли язык до Копенгагена. Ой, боюсь, не доведет...

Даже если начать путь в самой Дании - скажем, в Ютландии, на материковой части, там, где у Дании имеется единственная сухопутная граница - с Германией. Живут в Ютландии, понятное дело, датчане, только вот остальное население Дании почти не понимает их языка. Не то чтобы юты не говорили по-датски... говорят, конечно

Даже если начать путь в самой Дании - скажем, в Ютландии, на материковой части, там, где у Дании имеется единственная сухопутная граница - с Германией. Живут в Ютландии, понятное дело, датчане, только вот остальное население Дании почти не понимает их языка. Не то чтобы юты не говорили по-датски... говорят, конечно. Да только не совсем по-датски. Скорее, по-ютски, то есть на том или ином ютском диалекте - например, восточно-ютском или южно-ютском. Диалекты эти более чем причудливы: среднестатистическое датское ухо воспринимать их отказывается. Так что в большинстве своем народ из Копенгагена чувствует себя в каком-нибудь южно-ютском селе неуютно... неуютско то есть.

«Неужели в России нет диалектов?» - часто спрашивают меня датчане. Я всякий раз бодро отвечаю, что, дескать, диалектов в России хоть пруд пруди, но такого уж существенного влияния на взаимопонимание людей они не оказывают. Ибо трудно - если не невозможно! - предположить, что русский человек, приехав в тот или иной район России, не поймет другого русского человека.

Между тем в европейских странах риск не понять соотечественника, живущего в иной местности, действительно довольно велик. Попробуйте поговорить с жителем Байерна (юг Германии) на «школьном немецком» или с жителем Лёйтланд (юг Дании) на «университетском датском» - увидите, что получится! Причем объектом насмешек окажется в конце концов отнюдь не житель Байерна и не житель Лёйтланд - объектом насмешек окажетесь вы: человек «пришлый», «чужой», языком данной местности не владеющий.

Если в России «волгари» немножко стесняются своего оканья, то в Европе носители диалекта носят его почти как орден. Народ в «интерсити» (скорый поезд, пересекающий Данию), попадая на территорию ютов, всегда готов услышать в свой адрес: «Не пора ли вам перейти на «настоящий датский»? А то мы тут по-копенгагенски не разговариваем!» Правда, культивируют диалект преимущественно пожилые люди и люди среднего возраста - молодые теперь, вне зависимости от места жительства, предпочитают «копенгагенский датский». Одни приветствуют это как одну из черт глобализации, другие оплакивают как одну из потерь национальной специфики.

Казалось бы, странно: огромная Россия вполне может обходиться одним языком, в то время как крохотная Дания - не может. А впрочем, ничего странного, если вспомнить, как много для той же Дании значит отдельная личность. Потребности отдельной личности - превыше всего. Угодно тебе говорить на южно-ютском - никаких проблем - говори. Что касается остальных, то… остальные пусть напрягаются, если хотят тебя понять: это их проблема. Или - не напрягаются, если не хотят.

Не менее просто решается и вопрос об изучении иностранцами датского - так называемого «государственного» (в конечном счете все-таки столичного) датского. В этом отношении датчане на редкость непреклонны. Они требуют от эмигрантов не просто абы какого знания языка, но чуть ли не такого знания, которое принято называть «владением языком в совершенстве». Тут поневоле вспоминается какой-нибудь русский, млеющий при виде иностранца, способного произнести три слова на «великом могучем». Русский в такой ситуации готов чуть ли не прослезиться и разражается в адрес приезжего сентиментальными откровениями типа: «Как Вы хорошо говорите по-русски! Впрочем, не затрудняйте себя, я немножко знаю английский…». Чувство благодарности, которое испытывают наши соотечественники по отношению к иностранцу, освоившему хоть маленькую толику русского языка, обычно настолько велико, что иностранцу и в ходе дальнейшего общения разрешается обходиться все теми же тремя словами. А иноземный акцент, с точки зрения русских, придает этим трем словам просто совершенно немыслимую привлекательность.

Не то в Дании. И вовсе не потому, что датчане так уж строги к тем, кто отваживается - чаще всего безуспешно! - говорить на их языке. Тут надо помнить, что Дания - одна из самых маленьких стран в Европе и что кроме как здесь, стало быть, нигде в мире по-датски не говорят. В каком отношении это важно? В самом что ни на есть непосредственном. Английский, например, язык, постепенно становящийся лидером на международной языковой арене, давно уже существует во множестве национальных разновидностей. Так что носитель английского языка привык слышать родной язык в любом исполнении и не предъявлять претензий ни к китайцам, чей английский практически не отличается от китайского, ни к русским, чей английский часто только называется таковым. Ухо англичанина настолько натренировано на «ломаный английский», что способно игнорировать даже самый причудливый акцент. В любом случае акцент не помешает англичанину понять собеседника, пытающегося говорить по-английски. Ситуация очень напоминает ту, что когда-то имела место в Советском Союзе. Акцент жителей Прибалтики или грузинский акцент не только не становился препятствием на пути к пониманию соответствующих вариантов русского языка, но даже охотно имитировался и самими русскими - причем не иначе, чем с симпатией.

Датский язык «ломать», увы, некому: говорят на нем только в одном месте - в Дании. Потому-то - исторически - у датчан и не было возможности слышать датский в каком-нибудь другом исполнении, чем собственное. Начало XXI столетия страна встретила совершенно неподготовленной к тому, что и на датском (как на любом другом языке) тоже можно говорить с акцентом. А потому любой иноязычный призвук в датском оборачивается для датчанина непреодолимым барьером: слыша этот призвук, датчанин настолько фиксирует на нем свое внимание, что просто-напросто сразу же перестает понимать родной язык.

Между прочим, вплоть до самого последнего времени стоило какому-нибудь иностранцу в той или иной телепередаче заговорить по-датски - все равно, на хорошем датском или плохом, - на экране тут же появлялся сопроводительный текст. Это чтобы телезрители имели возможность прочесть произносимое. К подобного рода «помощи» телевизионщики прибегают и сегодня - правда, теперь только в тех случаях, когда говорящего действительно трудно понять.

Кстати говоря, самих датчан собственный их язык тоже нередко ставит в тупик. «Я другой такой страны не знаю», где люди так часто переспрашивают друг друга: «Что Вы сказали?» В Дании вопрос этот звучит на каждом шагу - так что иногда возникает впечатление, что у всех датчан не то проблемы со слухом, не то повальные дефекты речи. Однако в реальности дело обстоит таким образом, что датский с точки зрения произношения - действительно один из самых трудных языков в Европе (в этом отношении его сравнивают только с голландским). Даже не сильно привлекательные для европейского слуха шведский и норвежский кажутся сладкой музыкой тем, кто хоть немножко знаком с датским. Датчане об этом знают, посмеиваются и выпускают сувенирные футболки, украшенные наиболее труднопроизносимыми датскими фразами типа «Р?дгр?д мед фл?де». Попробуйте-ка такое произнести (а обозначает это всего-навсего вид десерта - что-то вроде фруктовой каши со сливками)! Тогда вы поймете, что имеют в виду, когда говорят: датский язык - сплошная какофония. Не удивительно, что датчане постоянно «недослышивают» друг друга: даже привычному слуху не всегда просто преодолеть родную фонетику!

Выучить датский - не беда, беда - произнести выученное… Особенно для русского, привыкшего глотать гласные звуки, за исключением ударных. В датском глотать гласные очень не рекомендуется. Во-первых, датскими гласными легко подавиться, а во-вторых, на четком произнесении гласных звуков этот язык как раз и держится. Зато можно не задумываясь глотать датские согласные - причем в любом количестве: все они так и так звучат практически одинаково!

Живущие в Дании иностранцы твердо убеждены: датский что учи, что не учи - результат один. Если ты не говорил на этом языке с детства, рассчитывать не на что: упражняйся сколько хочешь - все равно не заговоришь «как датчанин». Впрочем, особенно настойчивые могут все-таки тешить тебя надеждой, что окружающие с годами привыкнут к их датскому и даже начнут изредка отвечать на своем датском. А это не такое уж маленькое достижение, учитывая тот факт, что датчанин, едва заслышав акцент в датской фразе, так и норовит ускользнуть в английский язык, обычно даже не спрашивая собеседника, говорит ли тот по-английски.

Неспособность понимать собственный язык в иноземном исполнении характеризует датчан в той же степени, что и их неспособность понимать собственные диалекты. Столкновение хоть с «чужим» датским, хоть с диалектом родного языка приводит к одним и тем же последствиям: датчанин «блокируется». Он как бы говорит себе: «Этого я никогда не пойму», - а дальше только смотрит прямо перед собой круглыми и честными глазами, какие обычно бывают у людей, созерцающих неопознанный летательный объект. Один мой приятель, араб, в таких случаях начинает легонько помахивать рукой перед лицом собеседника, словно выводя его из транса, и голосом гипнотизера повторяет: «Ты спокоен, совершенно спокоен… в данный момент я говорю с тобой на известном тебе языке, и этот язык - датский». Недавно я, рассказав приятелю о популярных в свое время в России телевизионных сеансах Кашпировского и Чумака, посоветовал ему перейти к массовому внушению соответствующей языковой «установки» с телеэкрана. Но он сказал, что к этому он пока не готов и еще немного потренируется на отдельных представителях нации.

Между тем я бы на его месте особенно долго не мешкал: вывести Данию из транса давно уже пора. И даже не столько потому, что «иностранный датский» много лет звучит здесь чуть ли не повсеместно, сколько потому, что чрезмерно ревностным отношением к родному языку датчане «герметизируют» его, фактически закрывая доступ к нему приезжим. Рано или поздно (чаще - рано!) те впадают в отчаяние и, махнув рукой на этот « ужасный датский», переходят на английский. Иногда - на действительно ужасный английский. Впрочем, датчане отнюдь не считают себя блюстителями английского языка, а потому английский (в отличие от датского) здесь приветствуется, принимается и понимается - любой.

Так что, может быть, скоро язык до Копенгагена и доведет. Только, скорее всего, не датский язык, а английский. Этого, между прочим, серьезно опасаются в Дании, где средства массовой информации то и дело затевают разговоры о том, не исчезнет ли датский с лица земли в составе так называемой единой Европы. Не вытеснит ли его окончательно хоть и тот же английский. Который - как любой «большой» язык - не боится тех, кто его «коверкает».

А у датчан, стало быть, одна надежда - на моего приятеля, на его гипнотические пасы: «Ты спокойна, Дания, совершенно спокойна… в данный момент я говорю с тобой на известном тебе языке, и этот язык - датский».

Евгений КЛЮЕВ

22

Возврат к списку

В Твери чествовали работников сельского хозяйства
Рачительные хозяева, упорные и терпеливые труженики, наши кормильцы – это все про них. Сегодня в тверском ДК «Пролетарка» чествовали работников сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности.
17.11.201719:48
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 1 2 3
Новости из районов
Предложить новость