18 Августа 2017
$59.25
69.65
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Общество 01.06.2010

Мир – награда сильных

Военная академия воздушно-космической обороны имени Маршала Совет-ского Союза Г.К. Жукова сегодня – уникальный в мире ведущий научный и методический центр Военно-воздушных сил России в области противовоздушной обороны страны. Здесь осуществляется подготовка командиров, научно-педагогических кадров и ведутся исследования по широкому спектру наук.

Военная академия воздушно-космической обороны имени Маршала Совет-ского Союза Г.К. Жукова сегодня – уникальный в мире ведущий научный и методический центр Военно-воздушных сил России в области противовоздушной обороны страны. Здесь осуществляется подготовка командиров, научно-педагогических кадров и ведутся исследования по широкому спектру наук. До 1998 года – Военная Краснознаменная академия ПВО имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова. С 1998 по 2004 годы – Военный университет противовоздушной обороны имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова. В ноябре 2006 года академии исполнится полвека. Сегодня ее возглавляет генерал-лейтенант Олег Рубенович БАЛАЯН.

В канун Дня защитника Отечества под пристальным взором чуть печально смотрящего с портрета президента мы пытаемся узнать военные и душевные тайны генерал-лейтенанта Олега Рубеновича Балаяна.

Военная тайна заключается в том, что даже свой профессиональный праздник Олег Рубенович встречает с чувством настороженности:

– Для меня это день особого режима службы, особой ответственности. Раз люди (и не только военные) празднуют, увеличивается степень риска. Но все же в этот день мы подводим итоги: что у нас изменилось к лучшему? За счет чего, какой ценой? И что надо сделать сегодня для завтрашних успехов? Хотя сегодня, быть может, это кому-то и не нравится. Ведь вы согласитесь: гражданское общество, его СМИ сегодня таранят свои же Вооруженные Силы.

– Но, быть может, критика – это все же лекарство. Пусть горькое.

– Пусть. Но когда оно справедливое. Да, сегодня у всех на устах ЧП с пострадавшим солдатом. Да, жаль его невероятно. И все же придется привести жестокие мужские доводы: в целом по России на 10 тысяч взрослого населения совершается 268 преступлений, в армии эта цифра – 167. И это в условиях казармы, наличия оружия, других составляющих риска. Суицидов в армии на тысячу человек в два раза меньше, чем за проходной. И это при том, что в рыночном государстве в армию мало кто идет с большой тягой послужить. Надо – значит надо. Долг, а то и понуждение. И тут наряду с чистыми толковыми ребятами приходят те, кто на «гражданке» был наркоманом (20 процентов). До четверти призывников уже имели приводы в милицию. А что в казарме? Один лейтенант на 60 человек или сержант из той же среды. Это реальность. И полуторамиллионная армия в принципе не может быть стерильной – она часть нашего отнюдь не совершенного общества. Шельмование человека в погонах логично рассматривать как политический заказ в расчете на дивиденды. Могу точно сказать: за все свои 30 лет службы, к сожалению, не видел, чтобы офицер бил солдата.

– Почему же «к сожалению»?

– Потому что сожалеть пришлось бы офицеру. Если же всерьез, то армию, ее офицеров никому не удастся заставить стыдиться своей судьбы и своих погон.

– Мы в мире не одни. Что говорит опыт других стран?

– Ваши коллеги, особенно столичные, любят ссылаться на США. Так вот в той армии служат только контрактники, получая зарплату, равную нашей генеральской, имея абсолютную защиту в любой ситуации. И что же в итоге? А в итоге в армии США беглецов (подчеркну, шедших служить добровольно и очень незадаром!) в 10 (десять!) раз больше, чем в армии российской.

– И тамошние газетчики также критикуют армию.

– Вы что утверждаете? У меня другие данные: если в период подготовки операции (скажем, «Буря в пустыне») в газете или на экране появится хоть один сюжет о передвижении войск – авторам обеспечено уголовное преследование.

– По-человечески очень понятны ваши чувства, близкие к обиде за свою профессию.

– Спасибо, но я в утешениях не нуждаюсь. Есть заповеди, которые завещаны нашими замечательными наставниками. Пережить достойно можно многое. Я был хорошим учеником, потому и генерал. Трудности ломают слабых и закаляют сильных. Это аксиома. Самое главное, ты внутренне должен понимать, что делаешь и для чего. На прием негатива мы закрываем уши. Но вот когда по нашей или не нашей вине кто-то из солдат попадает в беду, мы это воспринимаем как личное непоправимое горе и горе его семьи. Только не всякой и не каждой семьи. Нравственное состояние общества сегодня таково, что иногда я, генерал, звоню родителям солдата и кричу: «Ваш сын болен, приезжайте!» В ответ получаешь равнодушное: мол, сами там справляйтесь. Впрочем, если уж при живых родителях у нас миллионы маленьких сирот… Потому о нас иногда и судят как о дикой стране сирот и пьяниц, стране воров и дедовщины. Потому что ни один канал без чернухи себя не мыслит.

– В связи с известной недавней бедой с солдатом главный военный прокурор заявил, что за 15 лет работы он с подобным циничным случаем не встречался. И как об этом и не только этом ЧП молчать?

– А вы посмотрите на эту фразу под другим углом: главный военный прокурор, через которого проходят все ЧП в армии, за 15 лет встречается с подобным цинизмом впервые. Впервые! То есть ничего подобного не было ранее. Это не значит, что можно успокоиться. Это значит, что, как это ни удивительно, армия как часть общества чище этого самого общества, где и более жестокие преступления случаются куда как чаще.

– Военная академия ВКО статусно приравнивается к вузу, и ваш статус – к ректору.

– Приблизительно. Только у обычного ректора нет многих моих забот. А наши полковники-профессора, увольняясь, получают в гражданских вузах в два-три раза больше. Нерыночно.

– Говорят, и вам разные невоенные посты предлагали.

– Предлагали и предлагают. И оклады куда больше, чем здесь. Но здесь я специалист, подготовленный уникально, с определенными целями, тремя высшими вузами. Рынок в обывательском понимании – он не для нас, не для зрелого, сознательно выбравшего свою стезю офицерства.

– Постперестроечная Россия живет в условиях территориальных претензий, в том числе и со стороны элит бывших союзных республик.

– Тем важнее России иметь сильную армию. Гражданское общество в конце концов должно уяснить: последние 60 лет мы живем без войны, и в этом заслуга только армии. Предотвратить военную угрозу – вот высшее ее достижение. Чтобы ни у кого не появлялось искушения проверить нас на прочность. Еще недавно Варшавский договор и НАТО уравновешивали силы в мире. Но сегодня каждый должен понять: ослабление нашей армии – угроза лично тебе и твоему роду. Не надо бросать камни на спасательный круг.

– Позвольте вопрос о перспективах развития академии.

– Перспективы определены нашим полным названием. Что же касается сугубо гражданских профессий, то с нового учебного года мы открываем новый факультет. Имеем аккредитацию и сертификат. Будем готовить программистов. Уверен, на рынке труда они составят достойную конкуренцию. Так задумано, иначе бы мы и не брались. Кстати, интеллект наших слушателей таков, что даже в КВН обходят всех в области, и не только.

– Если можно, какова ваша стратегия жизни? Не планируете десант во власть?

– Ни десант, ни марш-бросок. Каждому нужно заниматься своим делом. Школа российской армии уникальна. После училища тебе придают от 10 до 50 человек, после академии до тысячи. А когда окончишь Академию Генштаба – до 10 тысяч. Кстати, этой академии уже 170 лет, первые 20 лет туда направлялись учиться по высочайшему указу царя. Но вернемся к вашему вопросу. Считаю, что нельзя ставить эксперименты над судьбой района или города. Управленец – это особая, сложная профессия. Сегодня как никогда Россия нуждается в согласии власти, общества, всех сил и структур. Роль власти всех уровней – работать на это согласие. Мне все равно, как выглядит губернатор. Лучше, конечно, так спортивно, как наш. Но если всерьез говорить, то важно другое – открыто, без келейности поддерживают нас и губернатор Дмитрий Зеленин, и главный федеральный инспектор Юрий Цеберганов. Есть ясность с бюджетом, а внимание к нам продиктовано заботой об армии как гаранте государственного, народного благополучия. Ведь по сути мы выполняем заказ гражданского общества на обеспечение мирного развития нашей страны.

– В честь Дня защитника Отечества нам опять покажут «Белое солнце пустыни»...

– Спасибо. Но мне ближе фильм «Офицеры» – примерно так бывает и в нашей жизни. Проверка на прочность, в том числе и семьи. Живешь там, где прикажут и сколько надо. Наши жены такие трудности переживают… Недавно, рассказывают, с Дальнего Востока в Кубинку перевели офицера. Так жена оттуда свою печку железную привезла: говорит, если что – трубу в окно, и детишки в тепле. И это сегодня! Ну а если возвращаться к празднику, то хочу поздравить всех сослуживцев, всех офицеров, солдат и сказать им: «Мы призваны обеспечить России мир. Это главный показатель силы. Это главный аргумент сдерживания. Мир – это награда сильных».

– Спасибо за беседу.

С праздником, товарищ генерал-лейтенант!

Кира КОЧЕТКОВА

31

Возврат к списку

Сомнений нет: Речной вокзал в Твери восстановят
Зданию Речного вокзала, частичное обрушение которого произошло 7 августа, будет возвращен исторический вид. Об этом заявил губернатор Игорь Руденя в ходе общения с журналистами после заседания регионального правительства, прошедшего в минувший вторник.
16.08.201718:54
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
31 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31 1 2 3
Новости из районов
Предложить новость