22 Октября 2017
$57.51
67.89
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Общество 01.06.2010

Письмо на листочке в клеточку

Когда я работала в «Тверской Жизни», мне позвонили из Москвы и попросили написать очерк для журнала «Почта России». Так родилась житейская история о почтальоне Клавдии Суховой из старинного села Селихово, что рядом с городом Конаково.

Когда я работала в «Тверской Жизни», мне позвонили из Москвы и попросили написать очерк для журнала «Почта России». Так родилась житейская история о почтальоне Клавдии Суховой из старинного села Селихово, что рядом с городом Конаково.

Текст был проиллюстрирован прекрасным мастером своего дела фотокорреспондентом районной газеты Владимиром Ширшовым и вскоре был опубликован.

С той поры прошло немало времени. Немало было других публикаций. Многие, что вполне естественно, стерлись в памяти. Но только не та, и тому причиной стал один сюжет, вошедший фрагментом в повествование о высоких ценностях души простой женщины с родной тверской земли.

Напомним все по порядку.

В день моего приезда Клавдия, как обычно, встала затемно. Привычно взяла подойник и осторожно – не разбудить бы Катюшу – выскользнула из дома. Вернулась с полным до краев ведром с шапкой пузырчатой молочной пены. Скоро подойдет сын Андрей, на краю села у него свой, правда, еще недостроенный дом, и они возьмутся за дела. А их на подворье великое множество. У матери с сыном фермерское хозяйство, тридцать шесть гектаров земли, техника своя, четыре коровы, телята, другая живность. Забот хватает, силы и интерес есть, только бы времени поболе.

До открытия сельского почтового отделения все утренние часы Клавдия Константиновна в плену домашних дел. Крестьянский труд для нее привычен. Деда ее, что крепко хозяйствовал на земле с немалой своей семьей, «за кулацкие замашки» тогдашние хозяева страны сослали в Сибирь, в глухую деревушку. Но и там поднялись, оттого, что все умели – и строить, и косить, и скот обихаживать.

Была Клава в семье у матери восьмая, а всего их было четырнадцать. Только, видно, не суждено было ей стать сибирячкой. Приглядел солдат Семен Сухов и, отслужив службу армейскую, увез ее в Душанбе. Там и двоих сыновей поднимали. А как Семена не стало, переехала на тверскую землю, в село Селихово, что рядом с городом Конаково, известным на всю страну своею ГРЭС, волжскими просторами да колокольным звоном.

Ничуть Клавдия не жалеет, что три десятка лет служит на селе почтальоном. Здесь уже вскоре одним сынком стало больше – прибился к ее семье соседский мальчонка, когда его отец заболел. А когда парень поправился, категорически уходить отказался. Привел Генка отца к Клавдии и сказал: «Вместе будем жить». «Пришлось и отца забирать, – смеется Клавдия Константиновна, – вот ведь как в жизни случается». Прожила со вторым мужем два десятка лет, дочка Олечка выросла. А Гена сейчас в Подмосковье живет.

Сидим на скамеечке у калитки, солн-це тем временем поднялось высоко, и нежная его теплота удерживает у околицы. Почтовое отделение от ее дома – рукой подать, времени еще достаточно. И я наконец решаюсь заговорить о Кате.

– В своей районной газете, – рассказывает Клавдия Константиновна, – я прочитала небольшую заметку под заголовком «Помогите Кате». Пятилетняя девочка самостоятельно ухаживает за тяжелобольной матерью-инвалидом. Заботы далеко не детские, но другого выхода не было. И адрес указан. Почитала-почитала, положила в стопку других газет, я их выписываю много. А в сердце история уже запала. Вскоре в гости собралась в Конаково к своему старшенькому, хотела я ему заметку показать. Подошла к газетам и с ходу вытащила именно ту, с заметочкой. «Не иначе, – думаю, – знамение Господне». Приехала в город, сразу же по тому адресу пошла. Дом нашла быстро. Звоню. Слышу, за дверью что-то двигают, а когда открыли… На стуле у порога беленькая девчушка, хорошенькая, что ангел небесный. Впустила меня. Я сразу к холодильнику, а там пусто. Разгрузила сумки с гостинцами, что сыну везла, да стала обед варить. Накормила и Катю, и Любу, маму ее, что в параличе недвижимая была, а уж потом к сыну побежала советоваться. А что тут думать, коль уже решение созрело. Да и Виктор, сынок мой, цену добру знает, из Афганистана раненым вернулся, горя с лихвой хлебнул. Стала я в Конаково через день ездить. А в материнских глазах Любы все один вопрос: что с Катюшкой станется? Просветлела только тогда, когда сказала, что возьму Катю к себе и опекунство оформлю, как положено. И саму Любу не брошу.

Хоронила Любу, когда Кате уже десять лет исполнилось, взяв все заботы и расходы на себя. Как ни старалась, в каких только больницах Любу ни лечила, ничего не помогло.

И сейчас вдвоем с Катей на могилку ходим, поминаем по всем православным обычаям. Все бы хорошо, только занял Любину квартиру родной дядя Кати, ничего не отдает девочке. Все ноги истоптала опекунша, три суда перетерпела, но добилась все-таки, чтобы за девочкой комната осталась.

– Что свои дети, – говорила Клавдия, – что Катюшка, мне все одно. Она все, абсолютно все умеет делать, за старушкой мамой моей ухаживала, стирала, ничем не брезгует. Позавидуют тому хлопцу, которому она достанется.

…В Конаковском энергетическом колледже, где Катя учится, ее педагог сказал мне: «Ну до чего же хорошо воспитана! Завидного трудолюбия и порядочности. И современна – все ее интересует, новое впитывает с жадностью, как будто примеряет себя к будущей судьбе». Тогда я попросила отпустить Катю домой пораньше, чтобы познакомиться. Гляжу, а она и легка на помине, бежит к нам с автобуса.

– Ох, заговорились мы, – встрепенулась Клавдия Константиновна, – пора уже на почту, только заглянем домой на минутку.

В открытом коровнике шумно вдыхают воздух Звездочка, Дочка, Белка и Даренка. «Гаврюшка, мальчик мой хороший», – ласкает хозяйка малыша-теленка, который так и норовит лизнуть ее в лицо. На дворе на высокой копне прошлогодней соломы наблюдает за своим гаремом красно-оранжевый красавец петух. Среди прочих вижу маленьких изящных курочек. Поймав мой взгляд, Клавдия Константиновна поясняет: «Про эту породу вычитала в журнала «Приусадебное хозяйство». Съездила в Москву на птичий рынок и вот теперь любуюсь». Она подняла малюсенького петушка, погладила с легким укором:

– Петруня, ну ты и деловой, зачем клюешь хозяйку?

На почте, забрав газеты, журналы, письма, документы для оплаты коммунальных услуг и для подписки, товару всякого для продажи, мы вместе с Катей и Клавдией Константиновной заступаем на трудовую вахту. И обходим все ее деревни до самой темноты, все ее пятнадцать километров.

…Если сказать, что конаковская земля красива, значит, не сказать ничего. «Мне синеву в глаза плеснула Русь» – так написал местный поэт, редактор районной газеты.

Московская художница по миниатюрной живописи говорит: «Поеду за этюдником. Здесь до самого Клина леса. Прошлась по полуглухой просеке, зачерпнула воды из речки родниковой, наполнила душу колокольным звоном и… решила: здесь буду жить, в деревне Филимоново».

Поздно вечером, добравшись до конаковской гостиницы, почувствовала: как же я устала! Но это была усталость счастливо прожитого еще одного дня моей журналистской судьбы. А утром перед отъездом забежала в колледж – условилась попрощаться с Катей. Девочка была на занятиях. Но мне передали от нее письмо. С волнением развернула и на тетрадном листочке в клеточку прочитала пронзительные строчки: «Большое спасибо, родная, за ласку, за душу твою. //За то, что меня воспитала, как будто кровинку свою. //Судьба своенравна порою, сама все решает подчас. //Я ей благодарна, не скрою, за то, что свела она нас. //Спасибо за мудрое слово, за нежность заботливых рук, //За то, что любовь твоя снова весь мир озарила вокруг! //Хочу, чтобы ты улыбалась, ничуть не старела душой, //Чтоб также всегда оставалась красивою и молодой.// Так Катюша поздравляла Клавдию Константиновну с юбилеем.

Вместо эпилога. Я снова в Твери среди своих друзей. Дышу не надышусь, брожу не наброжусь. В областном управлении почтовой связи прошу набрать конаковский номер, чтобы узнать, что за это время сталось с моими героями. И узнаю, что Клавдия Константиновна по-прежнему работает сельским почтальоном, ушла было на пенсию, но вновь вернулась, прикипела душой. Хозяйство хоть и гораздо меньшее, но содержит. А Катя? Закончила колледж, получила специальность экономиста и работает в Клину. Клавдию Константиновну навещает постоянно. Она для нее самый дорогой человек.

Людмила ИВАНОВА

Москва

23

Возврат к списку

«Тверской переплет» отвечает на вопрос «Есть ли жизнь за МКАДом?»
А еще знакомит с новинками литературы и популярными литераторами, проводит мастер-классы и учит оптимизму.
22.10.201703:12
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
25 26 27 28 29 30 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5
Новости из районов
Предложить новость