05 Декабря 2016
$64.15
68.47
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Культура01.06.2010

1418 дней из жизни Детства

Этот памятник показали однажды в телеэфире. Он очень прост. Стоят двое: женщина, устало опустившая руки, рядом тонкошеий пацан. Памятник этот – вдове и матери солдата. Он единственный в России. Установлен на Белгородчине, но заслужили его и любой город, любая деревня нашего Отечества. Вот такие полуголодные мальчишки стояли у станков, обтачивая заготовки снарядов, а потом надевали гимнастерки, брали в руки винтовки и шли воевать. И такие же измотанные, не имеющие возраста женщины, проводив мужей и сынов на фронт, пахали, впрягаясь в ярмо вместо коня, мобилизованного в артиллерийскую упряжку.

Этот памятник показали однажды в телеэфире. Он очень прост. Стоят двое: женщина, устало опустившая руки, рядом тонкошеий пацан. Памятник этот – вдове и матери солдата. Он единственный в России. Установлен на Белгородчине, но заслужили его и любой город, любая деревня нашего Отечества. Вот такие полуголодные мальчишки стояли у станков, обтачивая заготовки снарядов, а потом надевали гимнастерки, брали в руки винтовки и шли воевать. И такие же измотанные, не имеющие возраста женщины, проводив мужей и сынов на фронт, пахали, впрягаясь в ярмо вместо коня, мобилизованного в артиллерийскую упряжку.

Понимаю, что повторяю сейчас общие места, но не могу иначе: не было бы в ту Великую Отечественную тех тружеников тыла, не было бы и Великой Победы в сорок пятом! И особенно хочется сегодня вспомнить о детях военной поры. В их жизнь, в самую ее счастливую и благодатную пору, врубились 1418 дней беды, лишений и потерь. Той самой беды, которая грянула в июне сорок первого года прошлого века.

Сейчас, спустя почти семь десятилетий, прямых свидетелей минувшего становится все меньше. Они уходят в вечность, унося с собой драгоценные черты того времени. Тем счастливее бывают обретения, когда встречаешь человека памятливого, честного, наблюдательного. Из того поколения, что именуется теперь детьми войны.

Софья Николаевна Никитина отдала работе в нашей газете почти тридцать лет. Только две записи в ее трудовой книжке. Начинала корректором, закончила заместителем ответственного секретаря – своего рода замначштаба редакции.

Нет, в ту военную пору она не воевала, не была «дочерью полка», не партизанила, не работала за станком на военном заводе. Она была просто девчонкой, школьницей. Но стала свидетелем эпохи. Она жила в ней. Куда точнее сказать – выживала…

Войну Соня Никитина встретила одиннадцатилетней. И поначалу ей и всем в мире ее детства казалось, что все будет так, как в песне, которую в те дни то и дело передавали по радио: «… мы готовы к бою, товарищ Ворошилов, мы готовы к бою, Сталин, наш отец», с припевом о том, что «кони сытые, бьют копытами, встретим мы по-сталински врага…». Но потом по радио стали вместо бодрых песен передавать сигналы воздушной тревоги, начались бомбежки, и приходилось вечером плотно закрывать окна черными шторами, слушая стрельбу зениток. И уже болели девчоночьи руки от лопаты: весь город от мала до велика копал во дворах и скверах примитивные убежища и щели, куда люди прятались во время воздушных тревог. Трудно стало добывать съестное, стоя в длиннейших очередях за пайкой хлеба, пытаясь что-то успеть купить из привоза на базар.

И вот пришел день, когда отец, явившись с работы из горкома домой, сказал, что нужно срочно уходить из города, взяв самое-самое необходимое. Почему срочно? Потому что вот-вот будут взрывать мосты, чтобы хоть этим задержать немцев, которые «вдруг» оказались рядом!

Бежали в чем были. Соня Никитина надела пальтишко с уже короткими для нее рукавами. В панической толпе, бросающей чемоданы, давящей друг друга, семья Никитиных со старенькой и больной бабушкой перебралась-таки через Волгу, через Тверцу и двинулась по Бежецкому тракту на Кушалино. Несколько раз с воздуха налетали немцы, расстреливали и бомбили беженцев. Не получая отпора, они пролетали над дорогой чуть ли не на бреющем, так близко, что Соня увидела однажды в кабине «морду лица» пилота. Прятались от самолетов, шли дальше, помогали идти бабушке, а дитя войны Сонечка Никитина все спрашивала у взрослых: «Видите, вон церковь стоит? Мы все идем и идем к ней, а она все дальше и дальше от нас уходит! Почему она уходит?» Бабушка сказала: «Потому что мы ее предали…»

Отца с ними не было: еще в день бегства из Калинина ему, человеку партийному, было приказано остаться в строю и бороться с врагом в партизанском отряде. И когда Соня с матерью, бабушкой, братом Виталием и тетей добрались до Кушалина, то на эвакопункте военные люди спрашивали: «Где семья Никитиных – мы их ищем!» Привели в чей-то дом, дали молока и превратившегося в лед на морозе хлеба. Какая-то старушка пришла со сковородой жареной картошки с мясом. И тут появился заросший партизанской черной бородой Николай Ильич – Сонин отец и глава семейства. Пробыл он с ними очень недолго, а семья перебралась на эвакопункт в Кашин.

Дитя войны Соня Никитина запомнила из всего кашинского житья главную тыловую беду – всеобщую бескормицу и поголовный, по-научному говоря, педикулез, а по-русски, извините, вшивость. Казалось бы, от середины октября до середины декабря – всего ничего, но Соне это время оккупации Калинина показалось вечностью. В освобожденный город им удалось после многих передряг добраться на грузовике вместе с какой-то артиллерийской частью. Сердобольный водитель на последнем перегоне в особенно сильный мороз закутал ей ноги нагретым от двигателя стеганым брезентовым чехлом от капота. В Калинин добрались со стороны речного вокзала. Пошли через замерзшую Волгу. И тут Соня впервые увидела вмороженных в речной лед и в снег на береговых откосах освободителей города – мертвых наших солдат в простреленных и окровавленных шинельках.

Квартира Никитиных была на углу бульвара Радищева, наискосок от гостиницы цирка. Все там оказалось разграблено. Пропала замечательная библиотека – сожгли ее незваные гости в лежанке, наверное, «для согреву». Лежал жирный пепел. Пахло трупами. На стене большой фотопортрет Николая Ильича был прошит автоматной очередью, а рядом – надпись по-русски: «Смерть коммунистам!» Ничего не осталось в квартире для житья-бытья. Потом появились соседи, подарили покалеченную осколками кастрюлю. Мать Сони – Вера Васильевна Никитина стала работать в воинской части. Ей полагался от армии за это паек: две селедки и две пачки махорки в месяц.

Хлеб семья получала по карточкам, но, понятное дело, хлеба этого хватало только для того, чтобы чувствовать себя кое-как живым.

Соне поручили добывать «доппитание»: носить на базар эти селедки и махорку, обменивать это богатство на хлеб. Базар был почти рядом, на площади, где сейчас сквер с фонтаном, где стоит гостиница «Центральная». И тут с самого начала приключилась беда. Соня отправилась на базар вместе с братом Виталиком. Пришли, выставили свой товар. Сразу появились два разухабистых парня. Взяли селедку, махру, потолкались, похлопали неопытных продавцов по плечам: «Щас придем, хлеб принесем, жди, пацанка!» – и ушли скорым шагом. Соня растерянно провела рукой по своей тонкой шейке и обмерла: обрезан шнурок, на котором висел спрятанный под кофточкой красный кисет с драгоценными шестью хлебными карточками на только что начавшийся месяц – паек всей семьи… Это означало голодную смерть. Стоявший рядом братец все понял. У него подкосились ноги, и он грохнулся в обморок в растоптанную базарную грязь.

Она завопила так, что шарахнулись люди. И тут произошло чудо. Народ вдруг расступился, пропуская человека в тельняшке, во флотской фуражке. Он двигался, ворочая богатырскими плечами, опираясь руками на какие-то деревянные штуковины. А ног у богатыря не было до колен. Он ехал сидя пристегнутый широким ремнем к дощатому сиденью на колесиках, сделанных из шариковых подшипников. Моряк подъехал и спросил, что случилось. Люди рассказали. Тогда он приказал Соне: «Подбери сопли, чего орешь! Подними с земли своего пацана. Стой здесь, жди меня. Меня звать дядя Ваня…»

Он очень быстро вернулся. На его обрубках лежали селедки и пачки махорки. Он достал из-за пазухи, протянул Соне розовый кисет с хлебными карточками и сказал: «Проверь!» В кисете все было на месте. Дядя Ваня промолвил: «Сама на базар не ходи. Скажи людям, что тебе нужно дядю Ваню. Я сам твой товар обменяю по базарному честному курсу. И вот это тоже сам сейчас обменяю. Не уходи!» Снова уехал, снова вернулся, отдал Соне выменянный хлеб.

Она пришла домой, все рассказала. Бабушка с тех пор и до конца дней своих молилась «за дядю Ваню». На базаре, куда продолжала ходить Соня, частенько появлялись молоденькие солдаты, по возрасту сущие пацаны. Видно было, что они голодные. Бабушка подумала и решила помогать им, чем может. Семье Никитиных иногда выдавали на пропитание горелую пшеницу. Бабушка молола ее, толкла, из того, что получалось, пекла на рыбьем жире вкуснейшие, как казалось, лепешки. Самую первую партию этих лепешек бабушка укладывала на выщербленную тарелку, накрывала их тряпицей и велела Соне и Виталику нести солдатам. Брат и сестрица, помирая с голодухи, пуская слюну, несли лепешки на базар и раздавали солдатам. И только после этого, когда они возвращались домой, бабушка ставила остатки лепешек перед ними.

А еще нужно было работать «на трудовом фронте», расчищая улицы от завалов. Особенно доставалось на разборке рухнувших стен драмтеатра и филармонии. Тут пришлось вкалывать рядом с пленными немцами. У Сони надолго сошли ногти с рук от шершавых, тяжелых, обломанных кусков кирпичей, балок и прочей рухляди.

Но ведь кроме всего этого требовалось еще и учиться! Голодные мозги плохо воспринимали словесные уроки, ведь запоминать все приходилось не из прочитанного, а с учительского голоса, учебников не было. Не имелось и тетрадей. Поэтому писали на каких-то обгоревших по краям бланках, на старых газетах, умудряясь втискивать писаное между газетных печатных строк. Учительница имела у школьников прозвище Софьеша. Дети войны были людьми чуткими. Они видели, как Софьеша голодает, как она слаба, и решили подкармливать ее. Тощие кусочки хлеба и щепотки сахара, которые выдавали ученикам в школе, делились на всех. Мальчишки – их было в классе большинство – кричали: «Сонька, дели по-честному!» Ей класс доверял, она была в авторитете. «Дели по-честному» означало, что учительнице нужно тоже отрезать от ученического паечка. Мальчишки этого дружного класса ходили на базар, воровали там замороженное молоко, серые непонятные пирожки и тоже отдавали Соне: «Дели на всех, Софьеша голоднее нас!» Софьеша брала и плакала.

Детям войны нужны были не только школьные науки, но и умение охотиться за пропитанием для всей семьи. Соня Никитина получила дома прозвище «кормящая мать», потому что ей доставались эти многие хлопоты. Приходилось держать ухо востро, чтобы узнать, что на улице Чайковского вместо хлеба, которого не было уже несколько дней, вдруг решили «выбросить» в продажу окаменевшие от старости и стеклянно звенящие от мороза пряники. За них тоже вырезали талоны из хлебных карточек, но и такой замене приходилось радоваться.

И еще детям войны требовалось работать. И не только потому, что лозунг «Кто не работает, тот не ест» в ту пору был железным условием сохранения своей собственной жизни, а потому, что очень хотелось хоть чем-то помочь стране, хоть на секунду приблизить еще никому не ведомый, но где-то существующий «в будущем времени» час Победы. Однажды ее классу, в котором были в основном мальчишки, показалось, что они нашли способ ускорить эту Победу. В перелеске возле кладбища на Николо-Малице она и ее одноклассники увидели уже заброшенные, но еще незасыпанные окопы. Пошли по лесу и нашли своими зоркими глазами много оружия. Самого разного. Стали собирать все, что тут осталось после боев. Соня говорит, что вскоре у них было все, кроме «катюш». Были винтовки, пулеметы, автоматы, гранаты, боеприпасы, свои и немецкие, – все, что нужно, чтобы воевать. Они посовещались, написали бумагу под названием «Заявление» и пошли в областной военкомат, который был за площадью Ленина, близ набережной. В «Заявлении» сказано, что они просят считать их, школьников, не школьниками, а партизанским отрядом, который состоит из двадцати человек, имеет свое оружие и желает получить направление на фронт.

В военкомате сказали: «За оружие спасибо, оно нам очень пригодится, но мы вас просим не идти воевать, а помогать нам по-другому, мирным трудом!» И партизанский школьный отряд пошел в госпитали мыть полы, стирать гнойные бинты, писать под диктовку раненых письма их родным и любимым, разбирать в городе завалы взорванных зданий, сажать и потом убирать картошку в пригородном совхозе. Мыть полы в госпиталях было тепло. А сажать картошку, убирать ее в октябре, когда на ногах рваные мокрые тапочки, было очень и очень не просто.

Случались и кое-какие девчоночьи радости. Война шла к концу. Дядя прислал из Германии «трофей» – маленько сахарного песка и взрослую шелковую ночную рубаху розового цвета. Бабушка перешила рубаху для Сони, сделала «роскошное платье». Соня вышла в этом красивом платье «в свет». Но на улице ее увидела наша городская знаменитая сумасшедшая старуха по прозвищу «Культура». Она остановилась, выбросила вперед руку с торчащим пальцем и, указывая на Соню, прокричала: «Святая идет!!!». Соня тут же вернулась домой. И попросила знакомых ребят прямо на ней порвать этот наряд, чтобы его и надеть было нельзя…

… Вот вам, дорогие читатели, несколько коротеньких кусочков из тех 1418 дней, которые выпали на долю одного совсем юного человека из миллионов таких же детей войны. Соня Никитина сделала для России все, что умела. Она не совершала подвигов, не шла на смерть. Она просто честно жила и работала в годы Великой Отечественной. На память о тех днях ей выдали медаль «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны». Таких медалей много выдано. И теперь все чаще думается о том, что было бы с нашей страной, если бы не эти «дети войны», не бабы, пахавшие на себе, не щуплые пацаны – не все они, ставшие в одночасье «тружениками тыла».

Дмитрий ЗВАНЦЕВ

40

Новости партнеров

Loading...

Возврат к списку

В тверском регионе отметили День клубного работника
День клубного работника, который проходит в нашей области с 2002 года, можно смело назвать уникальным, поскольку нет больше ни одной отрасли, специалисты которой в календаре имели бы отдельный, подчеркнем, региональный профессиональный праздник.
02.12.201623:03
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию