25 Апреля 2017
$56.08
60.85
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Тверская сага01.06.2010

Откуда берутся народные артисты

О чижовском детстве Алексей Иванов вспоминал с видимым удовольствием, не без оснований полагая, что зерно его собственного таланта зрело в достаточно благодатной почве.

Путь к славе: тверской этап

О чижовском детстве Алексей Иванов вспоминал с видимым удовольствием, не без оснований полагая, что зерно его собственного таланта зрело в достаточно благодатной почве. И не только отец с его дьяконским басом и обязательное домашнее пение тому причиной, но и сама атмосфера деревенской жизни, пронизанная звуками пастушьих дудок и песен, в которых, как пишет Иванов, его односельчане выражали все: «радость и горе, веселье и печаль, торжество и отчаяние». Село легко принимало и городскую музыкальную культуру, приносимую сельской интеллигенцией – учителями, агрономами, мелкими чиновниками. Свою роль сыграли в этом старшие сестры и брат будущего артиста, учившиеся в Твери и приглашавшие в Чижово друзей, многие из которых были любителями-музыкантами. Через них Леня познакомился с романсами Глинки, Даргомыжского, Варламова, Гурилева, которые полюбил на всю жизнь. А в 1914 году товарищ его брата Сергей Соловьев организовал в Чижове любительский театр, в котором нашлась маленькая роль и для десятилетнего Лени. Тут-то и оказалось, что почти все Ивановы-Полозовы не лишены драматического таланта. Особенно блистала в ролях характерных старух Лёнина тетушка Мария Матвеевна Полозова.

В 1915 году Алексей Иванов поступил в Бежецкое реальное училище, которое тоже вспоминал с удовольствием. Особенно нравились ему три предмета: пение, рисование и декламация. Учитель пения Петр Семенович Виноградов разглядел в мальчике музыкальные способности и сделал его солистом ученического хора. Довольно скоро этому хору пришлось разучивать революционные песни, а самим хористам думать о том, как не помереть с голоду: осьмушка хлеба, выдаваемая на день, способна была только раздразнить аппетит. Деревенским, конечно, было полегче.

7 ноября 1918 года в школе №1, как стало называться бывшее училище, поставили к празднику «Бежин луг» по Тургеневу. Лене Иванову досталась роль Илюши. По ходу пьесы он должен был есть картошку. Настоящую! Ну и схватил с голодухи горячую картофелину, надкусил, а проглотить не может. Зал хохочет, а юный артист готов сквозь землю провалиться. Это была его первая, но едва ли не последняя театральная неудача.

В 1922 году бывшая «комическая старуха» Мария Матвеевна, работавшая в ту пору в гостинице при Тверском пединституте, уговорила только что окончившего школу племянника поступить в институт. Сначала он был зачислен вольнослушателем, а через год стал полноправным студентом физико-математического факультета. Сам он признает, что факультет не выбирал. Просто хотел «выйти в люди». Театр, музыка – это все было из области мечты, пребывать в которой можно было и в свободное от занятий время.

Тверь середины 20-х годов была городом и театральным, и музыкальным. Частыми гостями здесь были и оперные знаменитости – Обухова, Головин, Касторский. Однажды благодаря знакомству с комендантом концертного зала (скорее всего это был зал Благородного собрания, нынешнего Дома офицеров) Алексею Иванову удалось познакомиться с Григорием Пироговым, считавшимся (после отъезда Шаляпина) первым басом России. Их общий с младшим братом Александром концерт, прошедший в Твери зимой 1924/25 годов, стал самым ярким музыкальным впечатлением третьекурсника Иванова. Братья Пироговы (блистательным артистом был и третий брат – Алексей) с тех пор стали его кумирами. Полвека спустя он даже взялся писать о них книгу, закончить которую, однако, не успел.

Со второго курса Алексей стал петь в студенческом хоре, которым руководил Николай Пименович Ишиев. Он-то первым и разглядел его истинное призвание, посоветовав ни в коем случае не оставлять пения. А профессор химии Петр Иванович Лерх, оказавшийся к тому же неплохим музыкантом-любителем, помог начинающему певцу подготовить первое в его жизни сольное выступление.

Особую роль в становлении будущего солиста Большого театра сыграл Николай Михайлович Сидельников – композитор и дирижер, заведовавший в то время музыкальной частью Первого Тверского гостеатра (так назывался тогда нынешний драмтеатр). Он был душою музыкальной жизни Твери, организатором симфонического оркестра, а впоследствии одним из создателей Тверского музучилища и художественным руководителем областной филармонии. Сидельников предложил Алексею Иванову попробовать петь с его оркестром, и летом 1925 года Алексей уже пел с оркестром на открытой эстраде в городском саду.

Следующий шаг к профессионализации он сделал благодаря Марии Эдуардовне Ланской. Дочь известного тверского врача Э.Ф.Ландезена и племянница самого И.С.Тургенева, в свое время окончила Сорбонну с дипломом химика, но обнаружившееся прекрасное меццо-сопрано побудило ее учиться пению в Италии. Позже она пела в оперной труппе Петербургского народного дома, а после революции вернулась в родную Тверь. Услышав на одном из студенческих концертов пение Иванова, она немедленно отыскала за кулисами молодого певца и обрушила на него поток слов: «Какого черта вы тут торчите, молодой человек? Вам консерватория нужна, а не институт! Ну, что вы мямлите, говорите членораздельно! Я вам дело предлагаю!» Вспоминая свои последующие занятия в студии Ланской, Алексей Петрович отмечал как ее бескорыстие и энтузиазм, так и крайнюю экспансивность и неорганизованность. Тем не менее за два с лишним года занятий с ней он действительно смог подготовиться к поступлению в Ленинградскую консерваторию. Но институт он тоже на всякий случай не бросил и в 1926 году получил диплом учителя физики и математики. Примерно в это же время он женился. О первой, тверской, жене артиста известно только, что звали ее Галя и, если судить по единственной сохранившейся фотографии, она была не менее красива, чем ее 22-летний муж. Но брак их был недолгим.

Весной 1928 года Алексей Иванов уволился из ФЗУ Тверского вагонзавода, где он преподавал физику, математику и механику, и отправился в Ленинград. Тверской этап его жизни закончился, но нити, связывающие его с родным краем, на этом не прервались.

Дым отечества

Вряд ли есть смысл пересказывать дальнейшую биографию знаменитого русского баритона, известную по энциклопедиям и воспоминаниям самого Алексея Петровича. Отметим лишь самые существенные моменты его оперной карьеры. Еще будучи студентом консерватории, он получил приглашение работать в Малом оперном театре, где и дебютировал 28 февраля 1932 года партией Грязного в «Царской невесте» Римского-Корсакова. В 1936–1938 годах Иванов поет в Саратове и Горьком, а 4 июня 1938 года состоялся его дебют в Большом театре – в заглавной партии оперы «Риголетто». За 30 последующих лет он спел на сцене Большого все, что только можно было спеть.

Нет нужды напоминать о том, что статус главного театра страны был таков, что все касающиеся его вопросы – от репертуара до распределения ролей – решались на самом высшем уровне. Главным любителем оперы в Политбюро был Клим Ворошилов, проявлявший к Большому театру особый интерес. У него самого был недурной тенорок, так что в «домашних» условиях Алексею Иванову доводилось петь с маршалом дуэтом. Но и товарищ Сталин, интересовавшийся, как известно, всяким искусством, проявлял к Большому театру повышенное внимание. Именно с его одобрения Алексей Иванов всего за четыре года – с 1946-го по 1950-й – трижды становится лауреатом Сталинской премии, а в 1951 году, когда праздновалось 175-летие Большого театра, получает звание народного артиста СССР (не будучи до этого даже за-служенным) и орден Трудового Красного Знамени.

Как ни странно, но весь этот поток благодеяний, похоже, не произвел на его объект особого впечатления. Во всяком случае, о премиях в своей книге Алексей Петрович даже не упоминает, а о почетном звании вспоминает лишь потому, что о его присвоении услышал по радио, лежа в больнице. Трудно сказать, что он думал об источнике этих благодеяний. Имя Сталина в его книге встречается, но в достаточно нейтральном контексте: бывал, дескать, в театре, интересовался работой, особенно любимой своей оперой «Иван Сусанин», пригласил артистов на торжественный прием в честь Победы. И все.

На этом фоне особое впечатление производит почти целая глава, посвященная Всеволоду Мейерхольду. В 1935 году он поставил в Малом оперном «Пиковую даму», где Иванов исполнял партию Германа. Подробнейший рассказ о работе над оперой завершается немногословным эпизодом последней встречи с великим режиссером в 1939 году: просто подошел, чтобы пожать ему руку. О том, что тот уже гоним, уже обречен, – ни слова. Но и так все ясно.

Можно с уверенностью сказать: политикой народный артист нисколько не интересовался. Солист Большого театра мог себе это позволить. Мог он и письмо племяннику начать с идеологически невыдержанного приветствия: «Христос воскресе!». И вообще в его письмах родным то и дело звучат напоминания о церковных праздниках, о Великом посте, да и Бога он поминает, как его в детстве учили, с большой буквы. Сам он объясняет это врожденной привязанностью к народной культуре, но чувствуется, что связь эта глубже, духовней, что вместе с праздниками помнятся ему и церковные песнопения, и уроки отцадьякона.

Удивляет и его привязанность к родным местам. Казалось бы, живет человек в Москве, запросто ездит по заграницам, имеет кучу знаменитых друзей. Чего еще надо? А он буквально каждый повод ловит, чтобы съездить в Бежецк да непременно заехать в родное Чижово. И этого ему мало! «Хорошо бы там объехать все места – Поречье, Еськи, Обросово, Молоково…» – пишет он племяннику в июле 1980 года. И едва не в каждом письме корит его за то, что редко пишет, редко заезжает в гости. И самое пристальное внимание ко всей тверской родне.

В Бежецке он бывает почти каждый год. А если не удается приехать самому, добивается, чтобы в родной город приехали с концертом артисты Большого. Лучшее в поездках на родину – встречи с родней и со старыми друзьями еще по Бежецкому реальному.

Последний раз он побывал в Бежецке в феврале 1981 года – на праздновании 120-летия В.В.Андреева. И пел, конечно. Голос он не утратил до конца жизни, но в оперных партиях с 1968 года не выступал, только в концертах. Понимал, что лучшая его пора прошла и надо дать дорогу певцам с молодыми и сильными голосами. Но равного ему баритона в Большом, похоже, так и не появилось.

Он умер 27 апреля 1982 года. В многочисленных некрологах писали о его кипучем и даже богатырском темпераменте, о незаурядном драматическом таланте и, конечно, об удивительном голосе такого широкого диапазона, что специалисты и определить его затруднялись – и баритон, и бас одновременно. А начинались все некрологи с одной и той же ошибки: родился, дескать, в селе Чижово бывшей Тверской губернии, в семье учителя. А не дьякона.

Родня

Удивительное дело: только услышав голос Сергея Павловича Ильинского – сочный, низкий, богатый модуляциями, прямо-таки видишь его на оперной сцене. И внешность у него выразительная, как раз для оперы. «Мне и дядька говорил: тебе, дескать, на сцену надо. Но мне это баловство ни к чему», – отвечает он на мой вопрос. «И не поете? Ну, для себя хотя бы?» – «Не люблю». И весь сказ.

Для него, подростка военных лет, окончившего школу через год после того, как с фронта вернулся отец, не было выше чести, чем стать военным. Проучился полгода в химико-технологическом техникуме, не понравилось. И подался в Ленинградское артиллерийское ордена Ленина Краснознаменное училище. Звонкие были имена у тогдашних учебных заведений – и это тоже привлекало. После училища шесть лет служил на Сахалине. В первый же отпуск 1952 года приехал на родину и женился на девушке из Молокова, с которой был знаком уже семь лет. Они познакомились на концерте в селе Поречье, где Маша пела, а Сергей выступал как чтец-декламатор. В 1953 году там, на Сахалине, у них родился сын Павел, названный в честь деда Павла Александровича. Второй сын, Константин, родился только через 11 лет – в 1964-м. После Сахалина место службы Ильинскому приходилось менять чуть ли не каждые два года. И в Германии довелось служить. К тому времени из артиллериста он успел переучиться на ракетчика. А в 1974 году, выйдя в запас, решил вернуться в родную Тверь. Здесь и живет с тех пор и все еще трудится подполковник запаса Сергей Павлович Ильинский.

Кстати говоря, квартиру тверскую, в которой он меня принимал и угощал восхитительно вкусной ядреной окрошкой, получил он не без помощи своего знаменитого дяди. Алексей Петрович, как уже говорилось, родни не только не чуждался, но и принимал горячее участие во всех ее делах. Прознав о том, что племянника с семьей из четырех человек собираются запихнуть в маленькую двухкомнатную квартирку, мотивируя это тем, что живущая с ним теща прописана в родном селе, народный артист тут же взялся помочь. В те времена такого рода дела решались на самом верху. Туда, в кабинет первого секретаря обкома Н.Г.Корыткова, и отправился Алексей Петрович. Николай Гаврилович принял народного артиста немедленно, и вопрос с квартирой его племянника решил без промедления. Однако письмо от 6 апреля 1977 года, в котором Алексей Петрович поздравляет племянника с получением квартиры, он начинает не с лозунга «Слава КПСС!», в данном случае вроде бы уместного, а опять же с пасхального приветствия: «Христос воскресе!»

Кстати говоря, Сергей Павлович вере своих предков тоже отнюдь не чужд, и хотя в храме бывает нечасто, но киот с иконами дома держит, как и положено, в красном восточном углу.

Офицером стал и его младший сын Константин. Подполковник Ильинский-2 служит в Подмосковье в войсках стратегического назначения. Старший сын Павел тоже был причастен к стратегическому и космическому оружию, проработав много лет в НПО «Хим-автоматика", где производилось твердое ракетное топливо. В 1990 году он создал первый в Твери инженерно-технический кооператив. Павел Сергеевич и теперь успешный предприниматель, занимающийся внедрением роботов на химическом производстве.

У самого Алексея Петровича Иванова детей долго не было. Только когда ему было уже за 50, третья жена родила ему дочь Машу. С 1979 года Мария Алексеевна живет с мужем в Словакии. А вторая дочь, Наталья, родилась в 1966 году. Она москвичка. Воспитывает внука и внучку великого артиста – Никиту и Ксению.

С 2004 года, когда в Бежецке был открыт памятник А.П.Иванову, родня собирается там. Нередко наведываются и в Чижово, где еще цел дом, в котором жили родители артиста. Владелец дома, Сергей Павлович Ильинский, еще не решил, как использовать дом для увековечения памяти о его дяде.

Автор: Сергей ГЛУШКОВ
315

Возврат к списку

Цвета нашей Победы
Мальчишек друг от друга отличить не так просто. Близнецы-погодки Ваня и Кирилл Петровы одеты в одинаковые куртки. У каждого в руке зажата двухцветная георгиевская ленточка – символ мужества и стойкости советских солдат. «Сейчас, минуту постойте, я вам их прикреплю», – говорит внукам бабушка Мария Петровна, дочь пропавшего без вести красноармейца.
24.04.201722:48
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию