21 Ноября 2017
$59.27
69.67
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Культура 01.06.2010

Моя школа

Недавно, перед великим нашим праздником, довелось мне идти на быстроходном катере со знаменитым гидростроителем Андреем Ефимовичем Бочкиным по самому молодому в мире морю – по Красноярскому морю, рожденному в этом году меж Саянских отрогов и простирающемуся на сотни километров. Этот огромный рукотворный водоем в Сибири так и зовут теперь: «Десятое море инженера Бочкина».

Недавно, перед великим нашим праздником, довелось мне идти на быстроходном катере со знаменитым гидростроителем Андреем Ефимовичем Бочкиным по самому молодому в мире морю – по Красноярскому морю, рожденному в этом году меж Саянских отрогов и простирающемуся на сотни километров. Этот огромный рукотворный водоем в Сибири так и зовут теперь: «Десятое море инженера Бочкина».

За свою жизнь славный инженер построил в разных концах страны нашей – в засушливых степях, в тундре или в тайге – десятки гидротехнических сооружений, возле которых и рождались эти новые моря.

«Десятое море» было особенно красиво. Имея у плотины Красноярской ГЭС почти стометровую глубину, оно обрамлено красивейшими берегами. Отвесные скалы, одетые тайгой, спускались вниз уступами. Потом скалы разбегались, вода простиралась до самого горизонта, и лохматые кедры, стоящие по горло в воде, свидетельствовали о том, что роскошное это море совсем молодо и не успело еще освоиться со своими новыми берегами.

Катер стремительно несся вперед, ветер шевелил волосы на голове знаменитого строителя. Но говорили мы с ним не о красотах этого моря, не о гигантской, самой большой в мире электростанции, где только что начали вращаться первые две турбины, и не о перспективах этого малообжитого края, открывающихся в связи с пуском Красноярской ГЭС. Мы говорили о нашей Верхней Волге, о Тверце, о нашем, очень далеком в ту минуту городе, который в беседе мы назвали по старой привычке прекрасным древним именем Тверь, о нашей молодости, нашей «Тверской правде», да, да, о нашей газете, ибо знаменитейший гидростроитель, как и я, был когда-то тверским комсомольцем и начинал свою жизненную карьеру как селькор «Тверской правды» и ее комсомольского приложения, именовавшегося «Путь молодежи».

Юность – самая чудесная пора в жизни человека. Все можно забыть, пережить, все отходит в прошлое, как говорят, «зарастает быльем», а вот юность, молодые годы человек помнит до гробовой доски. Вот и мы сидели на катере и, не обращая внимания на проплывающие слева и справа великолепные красоты, вспоминали былое, свою газету, своих товарищей по редакционной работе – тех, кто эту газету делал, и тех, кто в нее писал с фабрик и из сел, и, конечно же, вспоминали редактора этой газеты – нашего неугомонного, неиссякаемого на выдумки Алексея Ивановича Капустина, воспитавшего целую плеяду отличных журналистов.

Друзья наши как бы вставали рядом и неслись вместе с нами по просторам Сибирского моря. И живой, неугомонный Алексей Иванович Капустин – самый инициативный редактор из всех, с какими мне довелось работать за многолетнюю журналистскую жизнь, и секретарь редакции – вдумчивый, тяжеловесный ржевитянин Вася Ходаков, и редакционный острослов Толя Кафман – великолепный мастер информации, и наш театровед Исаак Кац-Каган, фамилию которого мы переводили как Кошкин-Котелков, подписывавший свои рецензии И. К-Ка, и наш незабвенный международник Фрида Шенберг, слывший в редакции примером аккуратности, и бурно-пламенный Лева Хват, ставший в 30-х годах королем московских репортеров, и милая девушка в красной косынке Наташа Кавская, выросшая на наших глазах в очеркиста, и учитель Николай Попов, писавший в газету интересные стихи и статьи на литературные темы, и, конечно же, Ваня Рябов, редактировавший уже упомянутый мною «Путь молодежи» – комсомольский листок, который по интересности и боевитости ухитрялся конкурировать с газетой, в чреве которой он находился.

Чудесные были это времена! Отличную газету делал этот очень небольшой коллектив, подобранный не по анкетам отделов кадров, которые тогда еще не существовали, а по способностям, по творческому тяготению к журналистскому делу, коллектив дружный, веселый, крепко сплоченный вокруг своего инициативного, умного, чуткого редактора.

Для меня, парня с «Пролетарки», этот коллектив стал отличной школой боевого журнализма. Судьба Андрея Бочкина, замеченного Капустиным в селькоровской среде и выдвинутого на работу в редакцию, сложилась несколько по-иному. Неиссякаемо инициативный, носитель пламенного комсомольского сердца, массовик по своей природе, он не усидел в редакции.

Он придумал и представил на усмотрение редактора проект агитобоза, который должен был двигаться по тверским деревням, распространяя газеты и агрономическую литературу, агитируя за коллективное земледелие.

И вот этот «агитобоз» «Тверской правды», состоявший из... одного фургона, влекомого редакционной лошадью Мальчиком, двинулся в путь. И отлично начал действовать, пока начальник этого агитпоезда Андрей Бочкин не стал жертвой своей собственной страстной пропаганды. За внедрение огнетушителей в сельский быт он агитировал так. На площади он поджигал стог соломы, а потом тушил пожар с помощью огнетушителя. Но в одном из сел огнетушитель не сработал. Стог горел сам по себе, а аппарат насмешливо сипел в руках демонстратора. Мужички, окружившие костер, пошучивали. Тогда не стерпело комсомольское сердце Бочкина. Он ключом отвернул пробку, раздался хлопок, и демонстратор упал, обливаясь кровью. Пробка сильно поранила его голову.

Так коллектив «Тверской правды» потерял одного из талантливых своих членов, а советская гидротехника приобрела одного из своих гидростроителей, сочинившего недавно вот это самое «десятое море инженера Бочкина».

Я же оставался верным родной газете до самой войны. На моих глазах рождались смелые, широко и умело подхватываемые газетой почины – ударничество, соревнование, «стеклянные колпаки», «Договор тысяч», «Митинг машин», суды над прогульщиками и разгильдяями, сдача норм на значок «ЗОТ», сквозные стахановские бригады. И я с удовольствием рассказывал моему комсомольскому другу о других славных журналистах, которых он уже не знал, – о Сереже Никифорове, о неиссякаемом на выдумки Александре Хаине-Юмском и его верном заместителе Ване Горове, о чудеснейшем человеке Семене Голосовском, о Василии Кузнецове и последнем предвоенном редакторе Степане Антонюке, впоследствии героически погибшем при обороне Таллина.

Было, было что порассказать мне знаменитому строителю – ильгощинскому комсомольцу и селькору Андрею Бочкину! И рассказов, и воспоминаний этих хватило до самого вечера, пока солнце не завалилось за одну из скал, на которой комсомольцы на невообразимой круче ухитрились написать огромными буквами далеко видимые с моря слова песни:

«Я люблю тебя, жизнь!»

Вот о чем вспомнил я, когда меня попросили написать «что-то» к 50-летнему юбилею родной мне «Калининской правды». Много времени прошло с тех пор, как я в ней работал. Перед праздником вышла моя новая книга «В большом наступлении» – 20-я по счету. Но когда вот так, оглядываясь назад, оцениваешь свой путь в литературе, то ей-богу торопливыми очерками в тверских газетах, очерками, в которых мне доводилось первому рассказывать о замечательных починах тверских тружеников, я горжусь не меньше, чем любой из этих книг.

Борис ПОЛЕВОЙ

Москва

1967 год

13

Возврат к списку

В Твери чествовали работников сельского хозяйства
Рачительные хозяева, упорные и терпеливые труженики, наши кормильцы – это все про них. Сегодня в тверском ДК «Пролетарка» чествовали работников сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности.
17.11.201719:48
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 1 2 3
Новости из районов
Предложить новость