16 Декабря 2017
$58.9
69.43
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Общество 01.06.2010

Опаленное детство

Надежда Степановна Сандальнева всю жизнь прожила в Ленинграде. Здесь же 18-летнюю девушку застала Великая Отечественная война. Последние свои годы она провела в Твери и на склоне лет задумала написать книгу. Исполнить свой замысел она не успела, но сохранились рукописи. Мы публикуем отрывки

Надежда Степановна Сандальнева всю жизнь прожила в Ленинграде. Здесь же 18-летнюю девушку застала Великая Отечественная война. Последние свои годы она провела в Твери и на склоне лет задумала написать книгу. Исполнить свой замысел она не успела, но сохранились рукописи. Мы публикуем отрывки.

* * *

«Когда началась война, я работала воспитателем в 49-м детском саду, детей у нас было больше ста человек. В первые дни, пока не было налетов на Ленинград, жизнь и работа почти не отличались от мирных дней. Немецкие самолеты прорывались на наше воздушное пространство, но не бомбили, а просто, наверное, знакомились с расположением и окрестностями города. Но в конце июня все чаще случались воздушные перестрелки. И тогда Ленгорисполком издал приказ о срочной эвакуации детей. Вначале опрашивали родителей, выясняли, какие семьи могли выехать самостоятельно. Те, кому работа на производстве не позволяла покинуть город, вынуждены были отправлять малышей с детскими яслями, садами, школами.

Утром 2 июля на работу нужно было явиться раньше обычного. Это был ужасный день прощания.

Дети с небольшими торбочками, на которых написаны имя и фамилия, терпеливо ждали посадки. Вначале у них было радостное ощущение, что, как раньше на дачи, поедут на автобусах по городу. Но близились минуты расставания. Родители подолгу целовали своих малышей, плакали. Сунув торбочку в руки, они отправляли их в неизвестность, не зная, увидятся ли когда-нибудь еще. Глядя на взрослых, зарыдали и дети.

Место следования держалось в секрете, окончательное направление должны были получить в дороге. Отправлялись мы с Московского вокзала, сюда везли маленьких ленинградцев со всех районов города. Площадь Восстания в два ряда была оцеплена милицией. Детей выпускали из автобусов, выстраивали в пары, и через оцепленную площадь они должны были проследовать до поезда. Как же труден был этот путь! Родители бегали вдоль людской стены, плакали, каждому хотелось еще раз взглянуть на своего.

* * *

Для перевозки было оборудовано 50 вагонов. По обеим сторонам в два ряда нары, посередине вагона дощатый стол, сколоченный на скорую руку. К вечеру весь этот состав был заполнен пассажирами от 4 до 8 лет. Их оказалось больше тысячи человек. Всех сразу стали готовить к ночи, укладывая валетом в два ряда на дощатых нарах.

От Ленинграда состав сопровождали самолеты, поезд часто останавливался: после бомбежек приходилось ремонтировать пути. Первая дорожная ночь оказалась тихой и светлой. Кончались белые ночи. Взрослые не спали, но сидели молча, и каждый думал об одном и том же.

Утром детей обтерли сырым полотенцем, усадили завтракать прямо на нарах. А перед самым обедом раздался вой сирены. Все бросились вон из вагонов. Дети постарше выскакивали из окон, маленьких высаживали взрослые. Укрытием служило картофельное поле. Глупые малыши не догадывались присесть: сунут голову в картофельные ветки, а зад торчит кверху. Но зато все хорошо запомнили, что при бомбежке нельзя закрывать рот. Немецкие самолеты пытались бомбить поезд, первая же бомба попала в стоящую на привязи корову - на этом месте осталась глубокая яма.

Тревога длилась недолго, и через некоторое время снова двинулись в путь. Но вагоны пострадали от бомбежки, да и вести такой большой состав днем оказалось опасно. Его загнали на запасной путь в тупик. Сказали, что дальше отправимся только через сутки. Эти сутки показались нам годом. В вагоне было жарко, но выходить нельзя. Еще хуже оказалось то, что не было воды. Нечего пить, нечем помыться. Канавы вокруг пересохли, земля от жары потрескалась. Жилых деревень вблизи не было. Дети изнемогали от жары, плакали.

Вдвоем с другой воспитательницей мы взяли ведра и пошли искать воду. Через пять километров наткнулись на воинскую часть. У дежурного солдата на проходной просили воды для детей. Вначале отказал: у нас, говорит, своя рота, а в колодце воды мало. Упросили. Набрали мы по два ведра, а нести-то пять километров. Но по дороге боялись хоть капельку уронить. С каким восторгом набросились на воду ребята! Но что такое четыре ведра на тысячу человек?! Они вели себя по-взрослому, пили не досыта и добавки не просили.

* * *

На следующее утро состав привезли в город Боровичи, где на вокзале нас встречало много народу и автобусов. Но помещения для такого количества детей не оказалось. Маленьких поселили в школах, а детей постарше укладывали в городском парке. Стелили постели и одеяла прямо на земле. Ночь была теплая, и ребята были рады свободе и свежему воздуху.

Рано утром всех разбудил автобусный шум. Детей нужно было развозить в соседние районы.

Наш садик увезли за 40 километров от Боровичей. Попали мы в хорошую усадьбу, поселились в двухэтажной церкви, которая уже давно не была действующей. Местная комсомольская бригада подготовила помещение. Кровати стояли вплотную, места для всех оказалось маловато, пришлось спать по 2-3 человека на одной кроватке. Дети, увидев новое жилье, залились горькими слезами. Но постепенно привыкли. Комсомольцы организовали на улице полевую кухню, рядом было озеро, удивительная природа. Каждый день ходили за земляникой.

Мы думали, что далеко уехали от войны, но она и туда добралась. Чаще стали пролетать немецкие самолеты, бомбили пригород Боровичей, стал слышен грохот рвавшихся бомб. Детей потихоньку стали разбирать приезжающие родители, а 30 июля ночью подъехали автобусы с приказом срочно выезжать оставшимся. Детей мы вытаскивали из постелей сонными. И снова вокзал и поезд. Оставалось мало времени для того, чтобы прорваться. Без остановок состав мчался до станции Хвойной, но там был разбит путь, и опять пришлось стоять в тупике где-то пять дней.

Куда едем, мы не знали. Оказалось, обратно в Ленинград. Другой дороги уже не было. Мы не чувствовали опасности, все были довольны, что едем домой.

Город нас встретил дождем и воем воздушной сирены. Детей на вокзале разбирали родители, и никто никуда не спешил прятаться. В душе не было страха, то ли от усталости, то ли от радости, что вернулись.

Так закончилась наша первая попытка эвакуироваться. Тогда мы еще не знали, что нас ожидает блокада…

Подготовила Юлия КРУТОВА

8

Возврат к списку

Тверь отпраздновала 76-ю годовщину своего освобождения от немецко-фашистских захватчиков
16 декабря в 11 утра, преодолев мощное сопротивление противника, батальон под командованием старшего лейтенанта Степаненко пробился в оккупированный Калинин со стороны силикатного завода. Вслед за ним по соседним улицам с боями прорывались части под командованием майора Второва. А с юга с боем вошли в город правофланговые части 256-й стрелковой дивизии.
16.12.201718:54
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31
Новости из районов
Предложить новость