21 Октября 2017
$57.51
67.89
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Общество 01.06.2010

Ее любви запас военный

Зоя Петровна Ефремова - так звучит имя достойнейшей женщины из города Зубцова, по судьбе интеллигента-подвижника.

Зоя Петровна Ефремова - так звучит имя достойнейшей женщины из города Зубцова, по судьбе интеллигента-подвижника.

Бессребреница, открытая душа, кажется, самим провидением направляема к нуждающимся в поддержке - старым и малым. Более сорока пяти лет отдано детям-подранкам. Сегодня она - опора пожилым землякам. Но ведь не бывает так, чтобы духовный подвиг не имел источника силы. У Зои Петровны он родом из голодного и счастливого детства. Счастливого уже тем, что тогда осталась жива и видела беспримерное мужество и доброту.

«В самом светлом углу комнаты было много икон, перед ними в праздник зажигалась лампадка. На иконы вешали вышитые полотенца. На полу перед иконами в кадке стояла большая елочка аспарагуса. От нее под окнами на двух скамьях - разные плющи, которые вились у потолка почти во всю комнату. Между ними стояли гортензии, олеандры, фуксии, герани и другие цветы. Кто приходил к нам, всегда восхищались и говорили : «Хоть райских птиц сюда пускай». Это одно из самых светлых ее воспоминаний.

Но пришел август 1941 года. Еще собирали учебники и готовились идти в школу, а фронт громыхал уже совсем рядом. То в одной, то в другой стороне над лесом светилась красная полоса пожарищ. Шли понурив голову солдаты отступающих частей. Взрослые закапывали в ямы вещи, прятали зерно. Не уезжали. Все теплилась надежда: вдруг остановят врага вот здесь, почти на пороге их дома? А потом оказалось, что выехать уже нельзя - кольцо окружения сомкнулось. Остаться под врагом? Этого никто и в мыслях не допускал. Подумали-посудили и решили всем колхозом податься в лес, в место, которое называлось Островом, поскольку с двух сторон его омывали реки - Западная Двина и Окча. Сюда же пригнали скот. Рыли землянки, и хоть было тесно и сыро, не жаловались, надеялись, что здесь их фашист не разыщет.

Зря надеялись. Меньше чем через неделю на бричке с парой тяжелых возов показалась группа гитлеровцев. С ними был новоявленный староста - он-то и показал дорогу. Объявив, что теперь пришел «новый порядок» и вся информация для населения будет передаваться через старосту, немцы уехали, захватив из стада бычка. Это понравилось, приезжать стали каждый день. Стадо таяло. Хорошо, что добровольные переселенцы жили одной большой семьей, поддерживая друг друга, а то многим пришлось бы голодать.

Но поселение их со временем оказалось почти на самой линии фронта. Снаряды с визгом пролетали над землянками то в одну, то в другую сторону. К ночи становилось потише, зато слышнее было завывание тяжелых бомбардировщиков, несущих свой смертельный груз на Калинин и Москву.

Возможно, гитлеровцы боялись, что жители уйдут в партизаны или попытаются спрятаться под крылом армии. Из землянок их выселили в чужую деревню. Размещали человек по 20-25 в одной комнате - не повернуться. Спасибо хозяевам - помогали чем могли. В те дни Зоя поняла, что значит любить людей - спасать людей.

А еще через несколько дней всех жителей согнали на край села, куда привели раздетого и босого председателя их колхоза. На фронт его не взяли по здоровью. В самом ли деле были у председателя связи с партизанами, или кто-то из полицаев решил выслужиться, проявив сверхбдительность - неизвестно. Но со словами: «Ви партизанен. Их карайт» немцы заставили председателя выкопать самому себе яму. Вмешаться было невозможно - пять автоматов только и ждали мгновения, чтобы начать стрельбу по толпе, где были дети и старики. Потом одному их них протянули лопату: «Копфай!». Старик заплакал: «У него глаза открыты. Не могу я на них - землей. Кладите и меня рядом с ним…» Так бы и получилось, но одна из женщин стянула с головы платок и, перекрестившись, покрыла мертвого, а потом опустила в могилу горсть земли. Когда немцы ушли, тело председателя отрыли, положили в гроб, похоронили по-христиански.

Скоро немцы перешли в другую деревню. Люди вернулись в свои дома. Мыли их, скребли песком, отмывая от фашистского духа. Зарытые запасы, как выяснилось, немцы отыскали и съели. Жители копали оставшуюся в земле картошку, терли, отжимали крахмал, а отжимки мешали с перемолотой крупой, если была - с мукой и пекли хлеб. То здесь, то там шептались, как бьют немцев наши партизаны. Наверное, говорили не зря, потому что немцы стали лютовать. Приезжали в какую-нибудь деревню, сгоняли народ, выводили мужчин и расстреливали на глазах матерей и жен. Потом женщин заталкивали в один из домов и поджигали. Если кто-то пытался выбраться из пламени через окно - расстреливали. Потом жгли дом за домом. За два дня с лица земли было стерто десять деревень. Потянулись по округе случайно уцелевшие старики, ребятишки - сердце заходилось на них смотреть. Их принимали в семьи.

Но однажды утром люди услышали перестрелку, а потом увидели фашистов, бегущих без шапок, в распахнутых шинелях, накинутых прямо на нижнее белье. Даже в русский мороз им жарко стало. Показавшихся следом красноармейцев в маскхалатах встречали как родных…

Вот так прошло детство Зои Петровны Ефремовой - человека, которого в Зубцовском районе знают все. Потому что хлебнув в детстве горя, она выбрала себе, однажды и навсегда, очень благородную профессию - воспитателя детского дома. Полтора десятка лет проработала в разных детских домах Тверской области, а в 1967 году приехала в Зубцов, и хоть была возможность уйти просто в школу, вновь выбрала детский дом. Более 20 лет директорствовала, еще с десяток лет, уйдя на пенсию, здесь же работала психологом. 45 лет отдала она чужим детям. Около двух тысяч было их за это время. Своей семьи так и не завела.

Сначала шли дети, опаленные войной. Потом сироты тех, кто из-за войны до срока ушел из жизни. Поднимая их, она вроде бы сводила с войной свои счеты, залечивала раны судеб. А потом поняла, что просто не может пройти мимо любого ребенка, у которого в глазах отчаяние. Даже если горе-родители живы.

Когда Зубцовский детский дом отмечал свое 60-летие, Зою Петровну спросили, как она относится к тому, что и 60 лет спустя после окончания войны потребность в подобного рода детских учреждениях не иссякла. Она не стала лукавить, сказала прямо: плохо отношусь. В середине 1980-х годов, когда число воспитанников сократилось до 70, совсем было решила, что жизнь стала налаживаться. Что вот уйдут эти последние в самостоятельное плавание, и на месте детского дома можно будет открывать обычную школу... А сейчас число ребятишек в детдоме снова перевалило за сто. И что еще страшнее - количество беспризорных, никем не учтенных детей даже неизвестно. Совсем как было сразу после войны.

Она хорошо понимает, почему это произошло. В периоды революций, войн и реформ страдают и оказываются выкинутыми на обочину жизни самые слабые. А самые слабые - это и есть дети. Трудовая незанятость родителей ведет к разболтанности и пьянству. Оттого дети с изломанной психикой при живых отце и матери становятся сиротами. И когда какая-нибудь из таких мамаш, в очередной раз решив взяться за ум, начинала требовать возвращения «своих кровиночек», дети прятались под стол: «Не пойдем, хоть убейте». Бывало, пьяница отец убивал мать на глазах у малышей. Нередко любвеобильная мать приводила в единственную комнату, где в углу, чуть ли не на подстилке, как щенки, жались друг к другу малыши, своих друзей-собутыльников… Как все это избыть из детской памяти? Где взять столько любви, доброты и самоотверженности? Она отдавала им свое сердце, все что могла.

Зоя Петровна и сейчас уверена: неправильно организована работа детских домов. В семье ребенок и к труду домашнему приучается постепенно, и о возможностях семейного бюджета рано узнает, начинает понимать цену деньгам. А детдомовский ребенок ни чай себе заварить, ни подходящую вещь в магазине приобрести не сумеет, ни тем более рассчитать получку так, чтобы на весь месяц хватило. Не учат этому здесь. Раньше дети дежурили по кухне. И поварам помогали, и видели, чего это стоит - им обед приготовить. СЭС присутствие детей на кухне категорически запретила. Есть уроки труда, говорят. Только уроки уроками и останутся, детям живое приобщение к труду нужно!

Сколько работала Зоя Петровна, столько и старалась как-то обходить все эти правила и предписания, которые, по ее глубокому убеждению, для детей губительны. И формировала коллектив единомышленников. Для них детдомовцы не воспитанниками были - родными детьми. Работал в детдоме шофером Александр Андреевич Забродин. Многим мальчишкам был за отца - общались, разговаривали, как это в семье бывает. Девчонки гурьбой ходили за кастеляншей и прачкой Валентиной Федоровной почти о каждом, кто с Зоей Петровной работал, можно рассказывать, не только о замечательных педагогах и воспитателях. Оттого до сих пор пишут им из разных городов страны бывшие воспитанники. Помнят их дни рождения, зная, как трудно сейчас пожилым, спрашивают в письмах: может, надо чем-то помочь? Вот почему ни разу не пожалела Ефремова о 45 годах, отданных детям.

Зое Петровне - 75. Она уважает свой возраст, не скрывая череду лет. Работникам детского дома помогает чаще уже советом, хоть дорожку сюда, естественно, не забывает. Но потребность помогать, поддерживать тех, кому трудно, в ней еще так сильна, что решила Зоя Петровна возглавить клуб людей пожилого возраста «Надежда». Старикам, как и детям, сегодня тоже непросто. Клуб работает так, что все, кто с ним сталкивается, только диву даются: он в прямом смысле слова продлевает ветеранам жизнь, поскольку с его помощью эти люди чувствуют себя нужными, востребованными. И не старыми.

Каждое заседание клуба (а они проходят ежемесячно) - для ветеранов маленький праздник. Чествуют ли матерей поселка, проводят ли заседание литературной гостиной (кстати, многие члены клуба пишут стихи, у самой Зои Петровны Ефремовой вышло уже три книжки, одна из них - воспоминания о войне) - все делается с таким задором, выдумкой, что подчас молодым завидно. Когда на День матери в клуб пригласили воспитанницу детдома Ольгу Сергееву, мать троих детей, она сказала: «Я думала, иду к бабушкам. Надо их, конечно, уважить. А какие же вы бабушки? Вы нас, молодых, за пояс заткнете!». Были на празднике матери нескольких многодетных семей, шел откровенный разговор о трудностях и секретах воспитания. Расходились довольные и вечером, и друг другом.

О каждом заседании клуба столько разговоров в городе! Нравятся они людям. И местная газета о них тепло пишет. Какой, например, новогодний карнавал устроила ветеранам «Надежда»! Конечно, спасибо и районной администрации - без ее помощи вряд ли удалось бы клубу так организовать свою работу.

Еще зима, а ветераны уже думают, как лучше отметить День Победы. Как почтить память Зои Космодемьянской и Лизы Чайкиной - в этом году исполняется 65 лет со дня их гибели. Конечно, будут делать все это вместе с молодежью, потому что совместная работа - это и есть самое настоящее патриотическое воспитание. Для Зои Петровны это будет еще и встреча со временем детства, откуда все мы родом.

Лариса МАРТИНСОН

12

Возврат к списку

«Тверской переплет» вышел на международную орбиту
Сегодня, 20 октября, в Твери открылась Межрегиональная книжная выставка-ярмарка «Тверской переплет».
20.10.201720:57
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
25 26 27 28 29 30 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5
Новости из районов
Предложить новость