26 Июня 2017
$59.66
66.68
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Общество 01.06.2010

Надя, Наденька, Надежда…

Случалось ли вам в переполненном троллейбусе, уловив чей-то взгляд, трудно вспоминать: кто?.. У меня вошло в привычку сразу здороваться.

Случалось ли вам в переполненном троллейбусе, уловив чей-то взгляд, трудно вспоминать: кто?.. У меня вошло в привычку сразу здороваться.

- Здравствуйте. Вы меня помните? Вот, слава Богу, живу… Нет, я никуда не уезжала, у тети Иры в «Южном» жила.

Миловидная молодая женщина с мальчиком лет пяти. Та самая. Здесь назову ее Надей. Работает в детском саду: «Пошла из-за Андрюшки, привыкла. Так и осталась».

Живут с мужем, тоже Андреем, у его родителей: «Хорошо живем. Дом частный, сделали пристройку, вроде и вместе - и отдельно».

Налегке наскоро поговорили. Потом весь день, сквозь его суетную бесконечность невольно вспоминалась она, Надя. К которой в конце концов смилостивилась судьба. Мне же показалось, что кому-то история ее жизни покажется невероятной, кому-то столь узнаваемой. Но ведь у нас с вами не пересуды, а попытка вместе понять себя и других. И попытка сказать: «Посмотрим на подростков, живущих рядом. Вдруг кто-то, как Надя, у обрыва?

Из давних записей о Наде: «Эта девочка живет даже не двойной жизнью. Как найти ей силы не рухнуть, не уйти в мир страшно легких денег? Ведь кружат вокруг ее подружек любители юных тел».

Из тех записей тогда ничего толкового не получилось. Вскоре девочка переехала, и соседка просила не искать ее, даже не напоминать о том, что было: «У Нади теперь все хорошо. Ее удочерили».

Стройная, юная, с притягательно-отрешенным взором. Почти взрослая. Такой она показалась мне тогда, лет пятнадцать назад.

…Одинокое ее детство так похоже на судьбу сироты, что, кажется, я уже где-то встречала эту прозрачную бледность щек, недетскую тоску, усталость - и горькую усмешку над суетящимися воспитателями, зваными и незваными. Мир людей, самых родных, обдал ее судьбу таким холодом, что озноб этот, может, и на всю жизнь. Короткую или долгую - один Бог знает.

Она едва не прервала мельканье этих дней. Вроде была такая, как неделю назад, как вчера - и вот тебе на… Добралась до коробки с лекарствами. Наглоталась, и немало. И стала ждать… Чего? Пожалуй, сама теперь не знает. В тот миг хотелось уйти навсегда, к маме.

Когда стало по-настоящему больно, с ужасом успела прошептать: «баба Зина, «скорую!»

К счастью, «скорая» не опоздала. К счастью, лекарства оказались не самыми сильными. Через четыре дня ей выдали справку с диагнозом: «О. (значит острое) медикаментозное отравление».

Эту справку она отнесла в восьмой класс одной из школ Заволжья. В школе обо всем знали - был звонок из больницы. Никто не пришел, не проведал, не ободрил. Хорошо, подружка-соседка оказалась человеком, прибегала, подкармливала. А еще о Наде как обычно, хлопотали мамины подружки. И тихо плакали.

Наверное, Надя и сама не может поверить, что все кончилось именно так. Сказать счастливо - не поворачивается язык. Потому что слишком помнятся ее тихие слова: «Ничего не хочу. Хочу к маме»! Мама погибла в автомобильной аварии.

Когда ее не стало, судьбу девочки решали чужие люди. Отец дочерью не признал. Рядом были прабабушка, бабушка, дядя Женя, мамин брат. Казалось бы, одну девчоночку на такую семью да не вытянуть?

Тянут, ох как тянут, всю душу ей вымотали. За опекуна у Нади прабабушка, баба Зина, - ей девятый десяток. И дай Бог здоровья этой женщине - одну ее из всей родни признает Надя. Бывает, не слушается правнучка, бывает обе сердятся. Но и жалеют друг дружку искренне, прощают часто и без сердца.

В трехкомнатной квартире еще два жильца - бабушка и дядя. Родная бабушка свои годы прожила так весело, что даже пенсию не заработала. Трое ее детей росли сиротами при живой матери. Тот дядя, что делит кров, нигде не работает. Тащит дом, всех жалеет старшая, по сути старуха. Наверное, и подкармливает непутевых за счет своих да Надиных доходов. А сколько дебошей отразилось в детской памяти, сколько пьяных разборок и непристойностей! Сколько себя помнит, девочка разнимала пьяных родственников.

Так получилось, что мы встретились с Надей в первый день ее выхода из больницы. Прабабушка и добрая соседка Евгения Михайловна пришли навестить девочку, а Надю с ними и отпустили. Она, конечно же, сразу побежала к подружке. Вернулась к вечеру. Разулась - носки мокрые. Сменить нечем.

Девочка гордая, Надя ни у кого не хочет вызывать жалости. И это понятно. Так и получается, что у Нади нет самого необходимого. Не знаю, как в другие, а в тот вечер проголодавшаяся Надя нашла в холодильнике только пакет кефира. Дядя безучастно лежал в своей комнате, бабушка, придя, накинулась на Надю: «Отдай мои тапки!..»

Пусть простит меня Надя, что пишу эти подробности. Но пока не поздно, надо спасать девочку от таких «родных». Ведь невозможно представить, какая выдержка, какое терпение ей нужны ежедневно только для того, чтобы не сорваться. Разумеется, только суд вправе по закону выделить каждому свою долю жилья. Вместе им быть нельзя, опасно! Прабабушке и Наде нужен покой. Но в нашем мире обо всем этом должен кто-то хлопотать.

Как принято, вокруг таких неблагополучных семей вершит свою работу не одна инстанция: школа, инспекции, комиссии. Жаль, что из-за роста числа таких семей все эти организации, как правило, успевают бороться с последствиями или с разного рода ЧП. Здесь беда уже кружит. Но трудно сказать, кто из общественных опекунов найдет силы довести дело до логического завершения - отделить больное от здорового. Как в случае с прабабушкой и Надей - добиться принудительного размена жилья.

Проблема эта более чем актуальна. Знаю о судьбе трех сестер-школьниц. Мать из-за непрестанного пьянства и полного равнодушия к детям лишили по суду родительских прав. Но живут они - вынуждены! - под одной крышей с деморализованной женщиной и ее другом. У другой девочки умерла мама. Отец пьет, родственников со стороны покойной не допускает. И квартиру менять просто не хочет. В каком аду живет ребенок - нетрудно представить.

Когда видишь на улице стайку подростков, замечаешь их общее настроение, их естественную шумливость и беззаботность. Наверное, сама юность прикрывает от чужого взора раны души, обиду и недетскую боль. Кто-то после школы бежит к горячим котлеткам и добрым маминым рукам, кто-то в стылый дом с винным перегаром.

Как право старости быть ухоженной, так и право детства жить в атмосфере заботы. И если случается, что на эти заботы нет родных, их не всегда заменяют чужие. Точнее сказать, никогда не могут заменить…

И все-таки не из-за общей нашей привычки, а из-за естественного хода вещей придется прежде всего обращаться к школе, педагогам. После зимних каникул с какими обретениями и потерями пришли дети? Как они одеты, что изменилось в доме? Почему замкнулся прошлогодний юморист? Почему дерзит вчерашняя тихоня? И уж совсем особый разговор о сиротах. Кажется, уже пришло время учителю знать, что сегодня ел этот ребенок и ел ли вообще.

Жизнь конкретного обделенного судьбой ребенка. За нее у нас по-настоящему не отвечает никто. А потому скачет преступность, едва ли не нормой становится сверхранние связи, пивное пьянство и наркотики. Добавим к этому пьянство иных мам или пап - и давайте перестанем удивляться подростковым жестоким играм друг с другом и с законом.

Но вернемся к Наде. Когда с ней случилась беда, все вокруг словно прозрели. Засуетились взрослые вокруг девочки, по долгу службы стали «расследовать» мотивы, искать поводы да причины. Может быть, из-за своего самолюбия Надя говорила, что ей не хотелось жить, потому что предал друг. Он хороший, но предал. Он не виноват ни в чем, и его она не выдаст. Кто знает, может, и посетила ее жертвенная любовь. Уважим это чувство. Как говорит Надя, не надо его ни в чем подозревать, и у нее голова на плечах. Так что все в порядке. Просто от людей вокруг, особенно родных, так устала!

Соседи, с которыми я не планировала бесед обо всем этом, сами старались успеть сказать, по их мнению, главное: Надя - добрая девочка. Не паинька, но человек чистый.

Надя действительно не ангел, во плоти. Но она растет в такой обстановке, что невольно удивишься тому, что не стала намного хуже, чем есть. Пока ее хранит природная доброта и память о маме.

Она трудно встает на ноги. И кто знает, найдет ли сил на доброту к другим.

Скоро улягутся страсти, отходят положенное дежурные посетители - и потекут чередой вечера, настоенные на сивушных бреднях бабушки и дяди?

Если не разорвать этот душевный ад, то нет никаких надежд на то, что все обойдется… Такая вот вовсе не святочная история, к счастью, давняя..

Тогда, после ее отчаянного шага «туда», были отыграны все социальные партии. Беседы - разговоры - уговоры. Зачастую говорили с голодной… После скорой смерти бабы Зины в квартире обосновался притон.

На счастье, мамина подруга тетя Ира отважилась и просто взяла Надю к себе. Никто особо не протестовал.

Жили небогато, но вполне прилично. Тетя Ира - классный парикмахер. Клиентки, узнав от напарницы о Наде, давали денег сколько могли, вещами делились. Словом, вытянули девочку. Теперь Надя - медицинская сестра тети Ирины и всех ее подружек. А еще Андрюшкина мама и жена Андрея.

Мама ее больше не зовет. Потому что любит.

Кира КОЧЕТКОВА

44

Возврат к списку

Сегодня столица Верхневолжья отмечает 882-й день рождения
Атмосфера большого праздника витает в воздухе с самого раннего утра. К полудню к городским площадкам, задействованным в торжествах, начали стекаться горожане и гости областной столицы. На Театральной площади развернулся фестиваль ретро-автомобилей и выставка «АвтоСТОП: 20 лет вместе».
24.06.201720:23
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
29 30 31 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 1 2
Новости из районов
Предложить новость