23 Ноября 2017
$59.01
69.4
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Культура 01.06.2010

Там белые церкви и звонкий светящийся лед…

В сером деревянном доме со скрипучей лестницей живет старая женщина. Медленно поднимается она на второй этаж, гладит кошку, растапливает печь

В сером деревянном доме со скрипучей лестницей живет старая женщина. Медленно поднимается она на второй этаж, гладит кошку, растапливает печь.

Воду из колодца ей приносит сосед, она недавно сломала руку и не может сама достать ведро из колодца. Жмурится белая кошка с черным пятном на носу. Женщина смотрит в окно. Она живет здесь давно – всю жизнь. Этот дом купил ее дед в 1894 году, когда ее маме было всего два месяца. Но сам дом гораздо старше. Он стоит почти на берегу Мологи, рядом с городским садом. За последние сто лет Молога сильно обмелела, обветшал этот чудесный уголок Бежецка. Но все так же светит серп поднебесный и ложится снег на ветви деревьев. В 20-е годы Анна Ахматова писала в стихотворении «Бежецк»:

Там белые церкви и звонкий светящийся лед,
Там милого сына цветут васильковые очи.

Женщина в старом доме никогда не видела Ахматову, не видела и сына ее Левушку – когда она познакомилась с семьей Гумилевых, Лев уже уехал из Бежецка. Но нашу героиню, Нину Павловну Николаевскую, связывают долгие годы самой нежной дружбы с сестрой Николая Гумилева – Александрой Степановной Сверчковой. Случилось их знакомство в 1930 году, когда Ниночка Николаевская была еще девочкой, а Александра Степановна уже потеряла мужа, сына и жила с матерью, и продолжалось до 1952 года, когда умерла Александра Степановна.

Усадьба Слепнево, что в 15 верстах от Бежецка, упоминается во всех биографиях поэта. Но после революции в усадьбе начались разрушения, и семья Гумилевых переехала в Бежецк. Они поселились по соседству с Николаевскими, буквально через дом, но познакомились не сразу. Только в 1930 году мама Нины Николаевской устроилась учительницей в железнодорожную школу, где работала Александра Степановна. Они быстро подружились домами. Нина Павловна вспоминает:

– Мы с братом часто бегали к ней в гости. И Александра Степановна к нам приходила, иногда просто посидеть в саду. В доме, где они жили, было очень много семей, но не было ни дворика, ни сада. А у нас сад был большой, ухоженный, в глубине стояла беседка, висели гамаки. Как только распускались первые цветы, я собирала для нее букет. Мама моя любила печь пироги с самыми разными начинками и обязательно посылала меня отнести пирог Гумилевым. В доме они занимали большую комнату, перегороженную книжными шкафами. Шкафы были высокие, вместительные – у них была очень большая библиотека. Куда делись книги после смерти Александры Степановны, я не знаю. Знаю, что приезжал Лев Николаевич и часть книг забрал, но не все. А недавно приходили ко мне из Бежецкого музея, спрашивали о судьбе самих шкафов. Говорят, они еще долго стояли в коридоре, когда уже никого не осталось. Тогда никто их судьбой не озаботился. Даже наша семья не думала, как это важно. Мы знали, что у Александры Степановны брат был поэтом, что он был расстрелян, что жена его – тоже поэт, но мы не догадывались, какой величины. Понимаете, в то время об этом не говорили.

Вместе с Гумилевыми всю жизнь прожила домработница, все звали ее Аннушка, очень добрая женщина. Потом ее устроили в дом престарелых.

Маму Александры Степановны – Анну Ивановну – мы с братом маленько побаивались. Она была строгая, величественная, немногословная. Я помню, когда она уже совсем слегла перед смертью, я на минутку загляну к ней за шкаф, передам поклон, пожелания поправиться. Она меня поблагодарит. И только. А с Александрой Степановной можно было говорить обо всем. Она была добрейший человек, это что-то удивительное. Сохранились ее письма. Несколько писем у меня выпросил один исследователь из Петербурга, еще несколько я отдала в Бежецкий краеведческий музей. Остались поздравления, открыточки, она обычно прикладывала их к подарку на именины. «Дорогая Ниночка» – это 1941-й год, а это «дорогая Нина Павловна» – 48-ой год, я уже работала в школе. Сохранилось мало вещей, которые были связаны с Александрой Степановной: две фарфоровые чашки – подарок мне на окончание Ярославского пединститута, пепельница, подаренная моему брату. А это письмо брату, когда он лежал в больнице. Она очень любила моего брата, занималась с ним русским языком. Он обычно быстро все схватывал, но ошибок делал очень много, и Александра Степановна взялась ему помогать. Вот прочтите письмо, стоит прочесть:

«Милый Женя, к сожалению, ягод не достала, посылаю только конфет, варенья, оладьев. Кушай, поправляйся. Хотела бы тебя повидать, но придется подождать до твоего возвращения домой. Не скучай. Рано не возвращайся, чтобы не сделалось хуже, тогда болезнь еще затянется. Целую тебя, мой милый мальчик. Будь здоров. Все тебе шлют привет, искренне любящие тебя. Поправляйся, кончится война, и мы с тобой отправимся путешествовать».

Путешествия были их любимым делом. Они никуда не уезжали, просто Александра Степановна вспоминала, а брат слушал. Ее сын часто путешествовал вместе с Николаем Гумилевым, и она очень много рассказывала моему брату об этих странствиях, о сыне, которого уже не было в живых. Со мной она чаще говорила о другом – о цветах, о вышивании…

– Нина Павловна, в литературе часто упоминают, что сестра Гумилева великолепно вышивала, и во время гражданской войны семья в Бежецке жила тем, что Александра Степановна продавала свои вышитые изделия. А какие тогда модны были вышивки?

– Гладь, филейная вышивка, вышивка крестиком. Александра Степановна очень хорошо вышивала, я у нее училась. Я любила вышивать. У меня в комнате на стенах, на столе, на креслах – везде были вышивки. А сейчас мне стало трудно стирать, и я их убрала. У меня сохранились даже простыни старинные с вышитыми инициалами. Близкие надо мной посмеивались: «Все девушки гуляли да женихов искали, а ты сидела да вышивала».

Александра Степановна иногда одевала блузки с вышивкой, но мне она запомнилась в темной вязаной кофточке и длинной юбке. Она всегда носила гладкую прическу и часто улыбалась. Я помню ее такой, а прошло уже полвека… Сад наш пришел в запустение, я сейчас одна осталась, сил мало, почти не ухаживаю за ним. Яблони старые, кусты старые. Весной цветы посажу, чуть-чуть моркови, огурчиков. А пока другие заботы: дрова купить, договориться, чтобы распилили, раскололи. Сейчас холодает, печку надо жарче топить. Вон как вызвездило…

Нина Павловна смотрит в окно.

Над городом древним алмазные русские ночи

И серп поднебесный желтее, чем липовый мед.

Марина БАТАСОВА

Бежецк

72

Возврат к списку

Губернатор Игорь Руденя провел инспекционную поездку по Твери
Облик города – из чего он складывается? Детская площадка во дворе и брусчатка на центральной площади. Дорога к школе и пандус у поликлиники. Все это – штрихи к портрету нашего города.
22.11.201719:34
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 1 2 3
Новости из районов
Предложить новость