18 Августа 2017
$59.25
69.65
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

К началу
Новости дня
Общество 01.06.2010

Их оставалось 12 из полка. Один день фронтовой жизни

Михаил Сапожников был одним из тех, о ком поется: «пол-Европы прошагали, пол-Земли». Даже не прошагали - «пропахали», потому что на передовой правило одно: успел окопаться - остался жив

Михаил Сапожников был одним из тех, о ком поется: «пол-Европы прошагали, пол-Земли». Даже не прошагали - «пропахали», потому что на передовой правило одно: успел окопаться - остался жив. Он абсолютно согласен с утверждением, что на войне не бывает более или менее важных рубежей: где отрыл свой окоп, там и важное направление.

10 апреля 1944 года для командира стрелкового взвода 37-й стрелковой дивизии лейтенанта Михаила Сапожникова было обычным фронтовым днем, таким же, как и другие, связанные с постоянным риском для жизни.

- В этот день наша слабо укомплектованная дивизия, - рассказывает ветеран, - совершив четырехсуточный 200-километровый марш вдоль фронта, ночью с ходу приступила к форсированию реки Петь у деревни Величино (Псковская область). Быстрое течение и весеннее половодье осложняли выполнение задачи. К сожалению, шумихи при переходе избежать не удалось и расчет командования на внезапность не оправдался. Гитлеровцы как будто поджидали нас у места переправы: местность то и дело освещалась ракетами и подвергалась интенсивному артиллерийскому и пулеметному обстрелу.

Усталые от четырехдневного перехода бойцы в полном боевом снаряжении, без каких-либо подручных средств для переправы направились плотными цепями на движущийся лед. Перебираться с одной льдины на другую приходилось под сильным огнем противника. Многие, не добравшись до середины реки, падали в воду и исчезали. Из числа переправившихся от всего полка осталось 12 человек во главе с командиром взвода, автором этих строк. Лично я сравнительно удачно преодолел ледяную «дорогу», но уже перед противоположным берегом все же ухнул в ледяную воду.

Все уцелевшие собрались под обрывом берега, чтобы определиться с дальнейшими действиями. Командование группой пришлось взять на себя. Бойцы дрожали от холода, разжечь костер было невозможно, но, несмотря на критическую ситуацию, настрой солдат был боевой. Нам необходимо было «зацепиться» на этом берегу. По всей вероятности, место и время для форсирования нашим командованием было определено ошибочно и оно своевременно остановило наступление других полков дивизии.

Командиру отделения Зуеву - он второй, кто из нашей роты смог успешно форсировать речку, - я придал группу из 5 человек и определил направление движения в глубь береговой территории справа. Себе взял центр и левый фланг. Для связи выделил одного шустрого солдата, легко раненного в руку. Таким своеобразным веером, хоть и был он «жидковат», касаясь обоими флангами берега реки, группа тихо двинулась в глубь плацдарма. Впереди шли двое дозорных.

Ночная мгла помогала нам оставаться незамеченными. Лишь изредка темноту прорезали яркие всполохи выстрелов неприятельских орудий. Примерно в трехстах метрах от нас дозорные обнаружили немецкие окопы полного профиля. Они располагались на небольшой возвышенности, что позволяло просматривать окрестности реки.

Мы начали скрытно закрепляться на достигнутом рубеже: выкопали ячейки, подготовили оружие и приготовились драться до последней возможности, если немцы попытаются сбросить нас в реку. Следует отметить, что выкопать ячейку саперной лопаткой в мерзлом грунте в полный рост для солдата адский труд до кровавых мозолей на руках. При этом каждый из нас понимал, что отступать некуда, - сзади водная преграда.

Через некоторое время связной передал, что у воды меня поджидает командир батальона Молчанов. Я вместе со связным направился к нему для доклада и дал схему расположения наших бойцов, а также позиций противника. Комбат одобрил наши действия, передал через ординарца дополнительно боеприпасы. Но больше всего нас обрадовали хлеб и горячая гречневая каша, доставленная в термосах.

Светало, мы спешно вернулись на свои позиции. При расставании комбат вручил мне ракетницу для подачи сигнала в случае массированного наступления немцев.

Рано утром мы услышали шум в окопах неприятеля и примерно через час увидели группы фашистов, наступающих в нашу сторону. Первый наш выстрел последовал с правого фланга от Зуева, затем открыли огонь остальные бойцы. Пришлось бросить пару гранат. Несколько немцев остались лежать на месте, остальные бежали обратно в свои окопы. Первая атака выла отбита. Естественно, мы понимали, что одной вылазкой фашисты не ограничатся. Примерно через пару часов немцы начали артиллерийский обстрел, который не очень-то нас потревожил, поскольку наши окопы находились вблизи от противника, а снаряды рвались где-то у реки. В следующие минуты немцы двинулись на нас плотными цепями. Пришлось дать выстрел красной ракетой. Моментально последовали залпы легендарной «катюши». Трудно себе представить, что творилось вокруг! Снаряды падали недалеко от нашей позиции. При каждом взрыве разлетались, как брызги, тысячи раскаленных осколков, пронзая все оставшееся на земле. Находясь в выкопанной ячейке, можно было чувствовавать, как ходила ходуном земля, везде полыхало пламя, сверху сыпался шквал камней, земли и всевозможных осколков. Это было настоящим адом. При этом не знаешь, вернешься ли из него.

Вскоре все затихло. Казалось, что после такой встряски вся природа замерла в полной тишине. Немцы новых попыток атаковать в течение дня больше не предпринимали. В тот день я отметил в своей промокшей записной книжке: «Мы совершили марш 200 км и 10 апреля 1944 г. вступили в бой. Задание не выполнили. Заняли оборону. В 70 метрах - немец».

К вечеру связной доставил фронтовую или дивизионную - сейчас уже сказать точно сложно - газету «На страже Родины», в которой на 2-й странице указывалось, как взвод лейтенанта Сапожникова отражает натиск противника и удерживает завоеванный плацдарм.

Поздно вечером того же дня фашисты возобновили обстрел речной территории, готовясь к отражению возможного наступления наших войск. Но сами наступательных действий не предпринимали, по-видимому, из-за отсутствия достаточных сил и боязни новых залпов «катюши». Последующие дни ограничивались мелкими стычками с противником непосредственно на плацдарме. Вскоре после ледохода плацдарм был расширен другими полками дивизии, и с боями мы продвигались в сторону Латвии.

Михаил САПОЖНИКОВ, ветеран войны

3

Возврат к списку

Сомнений нет: Речной вокзал в Твери восстановят
Зданию Речного вокзала, частичное обрушение которого произошло 7 августа, будет возвращен исторический вид. Об этом заявил губернатор Игорь Руденя в ходе общения с журналистами после заседания регионального правительства, прошедшего в минувший вторник.
16.08.201718:54
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
31 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31 1 2 3
Новости из районов
Предложить новость