21 Июля 2017
$59.08
68
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Тверская сага01.06.2010

Пряничный дом

Из тверских купеческих родов самые знаменитые - Аваевы и Коняевы. Сто лет назад это были известнейшие люди города. На предприятиях - как торговых, так и промышленных - этих сеней работало множество горожан

Из тверских купеческих родов самые знаменитые - Аваевы и Коняевы. Сто лет назад это были известнейшие люди города. На предприятиях - как торговых, так и промышленных - этих сеней работало множество горожан.

Но в памяти народа купцы остались не только как успешные промышленники и торговцы. Существенную часть своей прибыли они передавали на благотворительные цели. На купеческие деньги открывались и содержались больницы, приюты для детей и престарелых, библиотеки, поддерживались учебные заведения… Все изменилось в 1917 году. Новая власть прогнала купцов, объявив их мироедами. Фабрики и магазины отобрали. Купцов выселили в подвалы, а потом и в лагеря. Зажили по-новому.

Жительница Твери Зоя Евгеньевна Зимина - прямой потомок двух известных купеческих родов - Аваевых и Барановых. Есть в их роду и Коняевы. Зоя Евгеньевна родилась в 1924 году и вместе со своей семьей пережила многие трагедии двадцатого века. Она хорошо помнит свою бабушку Анну Спиридоновну, бывшую горничную, из-за женитьбы на которой деда Василия Васильевича отец лишил наследства. Впрочем, все по порядку…

Мой дед по материнской линии Иван Иванович Баранов рос сиротой. Его воспитывали две тетки. Жили в Заволжье, их дом стоял на Волынской улице, недалеко от кладбища. Обе тетки там и были похоронены, в детстве бабушка водила меня на Волынское кладбище и показывала их могилы. Теперь там ничего, конечно, уже нет. Семья была очень религиозная, боюсь утверждать точно, но возможно, даже старообрядческая. У деда был прекрасный голос, бас, и он пел в хоре Вознесенской церкви на Советской улице.

Дед был кондитером, начинал с нуля, сам пек пряники и продавал их с лотка. Наверное, потому и женился поздно, что старался сначала обеспечить будущую семью.

Дед Иван Иванович взял в жены Марию Васильевну Шиканову, дочь Василия Ивановича Шиканова, владевшего булочной на Трехсвятской улице. Разница в возрасте у них была значительной даже по тем временам - больше двадцати лет. Бабушка вышла замуж, когда ей не было и шестнадцати. Она еще в куклы играла. Не от хорошей жизни покинула бабушка отчий дом. Ее мама, моя прабабушка, скоропостижно скончалась - отравилась рыбой, белугой, и умерла. Сиротами остались две дочери - Мария и Евдокия. Второй раз прадед женился на Ираиде Черногрядской. Мачеха плохо обращалась с падчерицами, даже не разрешила девочкам закончить образование. Бабушка окончила только четыре класса гимназии, ее сестра Евдокия - два. Жили они в небольшом домике, стоящем на месте нынешнего универмага «Тверь».

Бабушка была очень красивая, к ней сватался даже один из сыновей фабрикантов Рябушинских, но она предпочла кондитера Ивана Баранова и не прогадала. Брак был очень счастливым. Дед очень любил свою юную жену, всячески баловал ее, дарил ей драгоценности и красивые вещи. Из родного дома ей ничего не досталось, мачеха даже забрала у нее украшения покойной матушки, обманом сняла с уже наряженной невесты, да так и не вернула. Забегая вперед, хочу рассказать, что у прадеда с Ираидой родился сын Иван, он станет врачом-отоларингологом. Меня водили к нему в детстве проверять уши. Он жил рядом с отцовской булочной, в квартире на втором этаже, туда и сейчас можно подняться по крутой лестнице.

Бабушкина сестра Евдокия тоже вскоре вышла замуж. Они с мужем держали трактир на Ворошиловке.

Первое время молодожены Барановы жили в доме мужа за Волгой, потом снимали жилье на Миллионной улице, у своих родственников Коняевых. Дела у деда шли успешно. Для этого он много и тяжко трудился. Вставал всегда в три часа ночи и шел варить патоку. Бабушка сидела в магазине за кассой. Но были и наемные работники. Барановские пряники славились на всю Россию. Они были не только вкусные, но и красивые. Дед делал их в виде фигурок - овечек, лошадок, петушков. Семья обзавелась собственным домом на Миллионной, нынешней Советской. Дом Барановых был пристройкой к дому № 29. Это был хороший двухэтажный дом, примыкавший к основному зданию, в котором располагался Земельный банк. Здесь же, во дворе, находились дедовы пряничные мастерские, что было очень удобно.

У дедушки с бабушкой родилось восемь детей. Первыми на свет появились четыре дочери - Лидия, Клавдия, Еликонида и Мария. Затем два сына - Иван и Николай. Моя мама Надежда родилась в 1900 году. После нее в 1902 году бабушка родила Катеньку, но девочка умерла в детстве от скарлатины. Младшие сестры болели обе, но маму бог уберег.

Все дети в семье Барановых получили самое лучшее по тем временам образование. Лидия, Еликонида, Мария, а потом и моя мама Надежда закончили Женское коммерческое училище и вышли замуж за достойных людей. Мужем Лидии станет известный офтальмолог Степан Арсеньевич Дьячков-Герцев, Еликонида войдет в семью Куровых, владельцев мельницы. Из всех сестер Клавдия получит самое лучшее образование. Она закончит Высшие женские курсы в Петербурге и уедет учиться в швейцарский город Лозанну. В Россию она вернется перед началом первой мировой войны. Замуж выйдет за Ротиславского.

Получили образование и сыновья Барановых. Иван, мой любимый дядя, учился в юнкерском училище, но с ним случилось несчастье - он упал с лошади и повредил позвоночник.

Как видите, никто из детей пряничного мастера Баранова не стал продолжателем его дела. Думаю, что дед и не понуждал своих детей к торгово-производственной деятельности. Более того, в 1913 году дед полностью прекратил производство пряников и торговлю. Закрыл мастерскую и распустил рабочих. Возможно, он предвидел, что вскоре настанут трудные времена, а может быть, просто устал от тяжелой многолетней работы и решил уйти на покой. Почти все дети, кроме самых младших, уже были устроены в жизни. Старшие дочери вышли замуж, за ними дали хорошее приданое. Жаль только, что секреты замечательных барановских пряников навсегда утеряны. В 1920 году дедушка умер. Он застал новую власть, но не вполне испытал ее крутой характер.

Моя мама Надежда Ивановна, самая младшая в семье Барановых, в 1922 году вышла замуж за своего ровесника Евгения Васильевича Аваева. Отец был сыном Василия Васильевича Аваева и Анны Спиридоновны Прокуроновой. Бабушка Анна Спиридоновна была родом из крестьянской семьи, служила горничной. За женитьбу на неровне отец Василий Гаврилович лишил его наследства и отчего дома. Но после смерти отца в 1909 году Василий Васильевич добьется возвращения наследства и к 1916 году серьезно разбогатеет.

При новой власти сыновья купца Аваева будут служить в Красной Армии. Моего отца Евгения тоже призовут. Воевать за новую власть ему разрешат, а вот учиться в институте - нет. Закончить столичный Путейский институт отцу не придется из-за купеческого происхождения. Он станет инженером-геодезистом. Думаю, что такая разъездная работа в конечном итоге и спасет ему жизнь. Геодезистами станут и два брата моего отца.

Я родилась в 1924 году. Первое время мы еще жили в нашем, хотя уже и не собственном доме. Как тогда говорили, нас уплотнили - подселили новых жильцов. Это коммунальное житье я хорошо помню. Когда, став взрослой, прочитала «Собачье сердце», то сразу вспомнила коммунальную кухню и общую тяжелую атмосферу. Не могу понять, почему мои родители и бабушка не уехали из Твери, как сделали многие Аваевы. Здесь нас все знали, все помнили наше происхождение. А в Москве было легче раствориться, затеряться.

Самые трудные времена настали в 30-е годы. Нас подозревали в укрывательстве каких-то несметных богатств. Тридцать два раза приходили с обысками из ОГПУ, всегда по ночам. Искали золото. Помню, как бабушку возили на ночные допросы, я, стоя на коленях, молилась, чтобы ее отпустили. И ее отпустили. В 1937 году репрессировали мужей трех маминых сестер. Забрали Степана Ивановича Коданова, мужа Марии, агронома, он только что переболел брюшным тифом. Больше его никто не видел. Та же судьба постигла Владимира, юриста, мужа Еликониды. Мы узнали, что ему дали десять лет без права переписки, что означало расстрел. Муж Клавдии, Ротиславский, отсидит десять лет и вернется уже после войны, но вскоре его опять посадят. В 1955 году он выйдет, чтобы умереть.

Из дома на бывшей Миллионной нам пришлось уехать насовсем. Мы скитались по разным квартирам. Последнее наше пристанище было на улице Софьи Перовской, в доме родственников знаменитого тверского доктора Успенского. Мама работала у него секретарем в Больничном Городке. По этой причине мы не успели эвакуироваться. Мама старалась приготовить к отъезду документы. Когда мы побежали к Старому мосту, чтобы перейти на другой берег Волги, то оказалось, что уже поздно. Город сильно обстреливали. Сгорел и наш дом на улице Софьи Перовской. Мы вытащили только несколько одеял. К счастью, перед приходом немцев мама спасла семейные фотографии. Она сложила их в большую банку из-под леденцов (ландринок) и закопала в огороде. В 1941 году разбомбили и дом наших бабушки и дедушки на Советской улице. Бабушки к тому времени уже не было в живых. Она умерла перед войной.

Все два месяца оккупации мы прожили в Калинине, в доме родственников в Смоленском переулке. Пережили и холод, и голод, и страх перед неизвестностью. Тетки были в эвакуации в Кашине, но там было ненамного лучше. От болезней там умерла Мария. Тетки вернулись страшными - измученными, завшивленными.

Отец воевал, под Харьковом попал в плен, бежал, обморозил ноги. Когда вернулся домой, то его долго проверяли в НКВД, но не посадили и не отправили на фронт вновь, у него открылись старые раны. Отец по-прежнему работал геодезистом, был начальником партии. Он умер в 1955 году.

До войны я училась в той же школе, что и моя мама, и мои тетки - в седьмой, нынешней шестой гимназии. А при маме это было Женское коммерческое училище. Одноклассники меня обзывали купчихой, что было ругательным словом, ведь купцы считались врагами советской власти и народа. Обидно вспоминать, что некоторые учителя им потворствовали. Но не все. Многих своих преподавателей я с благодарностью вспоминаю по сей день как носителей высокой культуры. После войны доучиваться пришлось в школе № 9. Я поступила в пединститут на отделение иностранных языков, где изучала французский язык. Но работать по специальности пришлось недолго. В 1947 году я вышла замуж за Николая Васильевича Зимина и вздохнула спокойно, наконец освободившись от фамилии Аваева. Муж был военным. У нас родились три сына. Мы дали им имена, принятые в наших семьях - Николай, Дмитрий и Василий. Своего дома у нас долгое время не было. Мы жили у родственников в Смоленском переулке. Только в 1951 году мы продали все, что у нас было, и купили полдома на улице Фурманова, в нем выросли наши дети. Но теперь этого дома нет. Его снесли, а взамен нам дали квартиру в панельном доме на окраине города. Не знаю, считают ли мои дети эту квартиру своим родовым гнездом.

Автор: Подготовила Марина ШАНДАРОВА
215

Возврат к списку

В тверском регионе началась масштабная ремонтная кампания
«С утра полили дорогу битумом, сейчас придет асфальтоукладчик, сделаем съезд – и, в общем, все», – мастеру Виктору Лопакову приходится говорить громче обычного, иначе из-за шума машин мы его просто не услышим. 
21.07.201719:44
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Новости из районов
Предложить новость