25 Июля 2017
$59.66
69.47
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Общество 01.06.2010

Город верил и ждал

Их осталось немного - калининцев, переживших военное лихолетье. По большей части они были еще детьми, а ранние воспоминания всегда пронзительно ярки

Их осталось немного - калининцев, переживших военное лихолетье. По большей части они были еще детьми, а ранние воспоминания всегда пронзительно ярки. Но вот примечательно: эти два горьких месяца словно дымом заволокло. Он притушил все краски: остались лишь черный цвет пепелищ и белизна снегов, с небывалой щедростью покрывших город. А еще отчаянная, истовая вера в освобождение.

Как они выживали, те, кто не смог уйти? Женщины с детьми, старики… Раскрутим стрелку часов назад, в осень 41-го: Коммунальная улица, ныне Жигарева, третий дом от угла. В деревянном флигельке, в глубине двора, в четырех квартирах оставались семь женщин. Общая кухня на два этажа, сараюшка с дровами впритык. Розе Степановой было 16, только перешла в десятый. Все лето она сушила торф - старшеклассников мобилизовали, потому что рязанские «торфушки», ясное дело, в тот год не приехали на заработки. А в сентябре, когда вернулись, в школе уже был госпиталь оборудован, и весь класс отправили под Старицу - лен теребить. Вот там-то, в обед выйдя из сарая, они однажды увидели, как над головами низко проносятся самолеты с чужими страшными крестами…

…Уходили пешком, сбившись стайками. Куда? Да, конечно же, домой, в Калинин! Шли два дня, а им навстречу проносились по шоссе военные машины. Было страшно, но масштабов бедствия они еще не в силах были осознать. Калинин содрогался от бомбежек, небо было черно от дыма пожарищ. Дома Розу встретили мама с сестренкой, отец уже ушел на фронт, напоследок сшив три прочных вещмешка.

Как они надеялись, что те не понадобятся!

- Но город уже эвакуировался, - вспоминает Роза Петровна. - По Урицкой шли грузовики, люди волокли тюки и чемоданы. Одна женщина вцепилась в кадку с фикусом - так и стояла с ней! Мы толкались в разные двери, но были никому не нужны. И пошли пешком по Тургиновскому шоссе - со своими мешками, в теплых пальто… Тяжело, жарко, но зима-то впереди, а на себе их уносить казалось полегче. Не дошли. Навстречу уже двигались немецкие колонны.

И они вернулись, закрыли ставни, заперли двери. Но и сюда донеслись выстрелы, гул машин, чужая пугающая речь…

Прямо за забором стояли детские ясли. Немцы оборудовали в них какую-то мастерскую. В щелку сквозь занавески они видели солдат. Как-то они вошли во двор. Постояли, потом один подошел и заглянул в окно: посмотрел на перепуганных, забившихся в угол девчонок и пошел прочь. Мать не выпускала девочек со двора - только с ведрами на Тьмаку, по протоптанной тропинке. Есть хотелось все время отчаянно - в городе начался голод. Другие пережившие оккупацию тверитяне вспоминали, как ходили на подожженные склады - разгребать тлеющее зерно. Немцы разрешали уносить по ведерку - не больше, и они надевали большие валенки, чтобы насыпать в них хотя бы по пригоршне. А еще на совхозных полях, на окраине, оставались померзшие свекла да картошка. Ходить туда запрещалось - в той зоне был аэродром немецкий. Но отчаявшиеся, оголодавшие люди пробирались ночами - топорами вырубали овощи из задубевшей от мороза земли. Мне рассказывала Вера Михайловна, как в одну такую вылазку приметили провода, тянущиеся под снегом. И с юной бесшабашностью обрубили все! Потом еле ноги унесли, побросав и мешки с картошкой, и салазки…

Но вернемся на Коммунальную. Семью Степановых и их соседок от голодной смерти спас… свинарник. Да-да, не удивляйтесь! За яслями, в сараях, свиней откармливали - отходов было много. И хотя от самих хрюшек уже и хвостиков не осталось, в пустом хлеву еще можно было кое-что сыскать. Девчонки не раз видели, как нянечки тащат в хлев корзины, доверху наполненные хлебными корками. Полезли и… нашли! Слава Богу, запас оказался велик. Их отчистили и подсушили на печке. В декабре те корочки были уже на исходе, и голод подошел совсем близко. Но как раз в эти дни моторы, что порой гудели за забором, в бывших яслях, вдруг заработали с небывалой прытью, не смолкая даже ночью. Они поняли: что-то готовится! А потом все стихло. И на другое утро мать уже не смогла удержать их - они побежали на Советскую. Город был тих, бел и пуст. Вдоль заваленных высокими сугробами улиц народ узкими протоптанными стежками стекался к центру. А по Красноармейской, ныне Новоторжской, шли наши - в овчинных полушубках, которые от припорошившего их снега казались еще белее…

И тогда омертвелая тишина взорвалась ликующим криком, плачем, счастливыми причитаниями. Они бежали за колонной, обнимая незнакомых, но таких родных людей, целовали устало улыбающиеся лица. Вчера еще казавшийся пустым город ожил, наполнился людьми. А Роза вдруг увидела, что на белом снегу какие-то желтые плашки разбросаны. Подняла - воск вроде. Зачем, откуда взялся - до сих пор не знает. Да и неважно это. Просто это было возвращение звуков и красок, на целых два долгих месяца покинувших город. Прошло еще дня два, и в Калинин потянулись обозы с картошкой. Жизнь возвращалась.

Лидия ГАДЖИЕВА

15

Возврат к списку

День русской деревни в Ржевском районе прошел весело, громко, вкусно и ярко
Дым из трубы над деревянным домом, милые бабушки, коровы в поле, тихая рыбалка на речке, чистый воздух, трудолюбие и усердие – вот лишь некоторые ответы на вопрос, с чем у вас ассоциируется русская деревня. Их мы получили во второй главный день народного праздника в Есёмово, собравшем более 13 тысяч гостей.
22.07.201723:54
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Новости из районов
Предложить новость