17 Января 2017
$59.61
63.23
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Общество 01.06.2010

Свой добрый век мы прожили, как люди…

В вестибюле редакционного здания нас привычно встречает мраморная мемориальная доска с именами журналистов областной газеты, погибших в годы Великой Отечественной. Среди них редактор тогда еще «Пролетарской правды» Семен Семенович Голосовский

В вестибюле редакционного здания нас привычно встречает мраморная мемориальная доска с именами журналистов областной газеты, погибших в годы Великой Отечественной. Среди них редактор тогда еще «Пролетарской правды» Семен Семенович Голосовский. Третьего июня - сто лет со дня его рождения.

Вспоминать этого человека в Твери и в Москве будет узкий круг людей. В нашем городе это ветераны-журналисты, которые много лет бережно собирали о нем материал. Но тех, кто непосредственно работал с Голосовским в середине тридцатых годов прошлого столетия, уже, конечно, нет на свете. Зато в Москве жива вдова Семена Семеновича Валентина Владимировна Голосовская.

Мы созвонились и приехали к ней домой на Смоленскую набережную. Просторная комната, стену которой занимают книги, половина из них с автографами известных артистов и режиссеров. Сорок лет Валентина Владимировна служила в аппарате Союза кинематографистов СССР. В ее голове бездна совершенно удивительных историй о любимцах целой страны. По роду своей работы она была далеко не последний человек в кинематографической, как теперь говорят, тусовке. Без всякого сомнения, могла бы еще раз удачно выйти замуж. Но всю свою долгую жизнь Валентина Владимировна свято хранила память о своем погибшем Сенечке - Семене. И еще страстно любила сына Юрия.

Нас встретила 94-летняя женщина. Сказать - со следами былой красоты - нельзя. Потому что частицы этой красоты остались с ней. Они - в изящных чертах ее лица, свете все понимающих глаз. Хозяйка была очень рада журналистам «Тверской Жизни». Газета, где работал ее муж, для нее не чужая. В преддверии его столетнего юбилея ей так хотелось поговорить по душам с теми, кто продолжил дело маститых газетчиков той поры. Жаль, что нет физических сил приехать в Тверь. О, сколько раз потом она вспоминала этот древний уютный город, где, пусть недолго, они с Сеней были счастливы, растили сына и надеялись на все лучшее.

Валентина Владимировна раскладывает на диване бережно сохраняемый во времени архив семьи. Вот ювелирно сделанная коробочка с наклеенной фотографией здания, где размещалась «Пролетарская правда». В ней на бархатном ложе покоится гранка с оттиском: «отв. редактор С.С.Голосовский». Такой подарок преподнесли своему шефу журналисты. Записка такая: «Семен Семенович! Вот ваша подпись. По подсчетам редакционных историков, «Пролетарская правда» выходила с ней пятьсот четыре раза. За этой подписью мы чувствовали себя неплохо. Возвращаем ее Вам незапятнанной». И подписи газетных мэтров. Дата: 16 октября 1936 года. Голосовского из Твери перевели работать в Москву. Коллективу было очень грустно. Прощались с умным и человечным редактором. Никогда не кричал на сотрудников, но в мягкой, спокойной манере объяснял то, что нужно. Ненавидел дежурные фразы даже в той обстановке, когда все вокруг было пронизано этими ходульными штампованными заготовками, требовал от газетчиков нормального человеческого слова.

В ту предвоенную пору в столице у Голосовских складывалось все удачно. Новая работа главы семьи - явное повышение: руководство газетой «Индустрия». Они получают небольшую, но уютную квартиру на улице Сивцев Вражек. Война оборвала все планы. Голосовский уходит добровольцем в особый батальон московских большевиков.

Дальше без трепета нельзя читать их роман в письмах. Собственно, это письма Семена Семеновича к жене с фронта, которые она сохранила все до одного. Мы как-то не задумывались над тем, что значит уже достаточно немолодому, сугубо штатскому человеку, гуманитарию до мозга костей, вот так круто, в одночасье распрощаться со всем, что любил, и встать в суровый строй мужчин, не зная уже ничего о ближайшей своей судьбе.

Вот письмецо, торопливо написанное химическим карандашом:

«Валенька, Юра! Сегодня уехал на фронт. Пишу на вокзале. Сейчас половина третьего ночи, начался рассвет. Садимся в теплушки. Завтра будем на фронте, а может, и в бою. Прощайте, целую вас всех…»

Шестого июля из Великих Лук:

«Сейчас только 2 часа дня, а фашистская авиация налетала уже раз десять. Но за все время они прогонялись зенитками и нашими самолетами. До чего же хорошо и гордо дерутся наши «ястребки»!.. Валюша и Юра, когда я сам увидел развороченные машины и вагоны, тысячи беженцев, детей и беременных женщин с израненными, окровавленными ногами, когда они группами подходили к нам и просили поскорее кончить с немецкой сволочью, то у меня появлялась еще большая ярость и желание громить, громить без пощады и без жалости фашистов…»

22 июля 1941 года батальон его полка попал под Невелем (тогда это была Калининская область) в окружение. Прорваться с боями удалось только горсточке бойцов. Семена Семеновича среди них не было.

Не сразу, а только в октябре товарищи Голосовского решились сообщить его семье страшную весть. Что пережили близкие Семена Семеновича, трудно представить. Хотя… оставалась крохотная надежда, ведь Голосовского никто не видел убитым.

И случилось чудо: где-то через год Валентина Владимировна получает от мужа письмо. Из немецкого тыла:

«Здравствуйте, мои родные и любимые Валюша, Юрочка, мама, сестры, все родные! Через час отправляется через фронт группа, и я спешу воспользоваться случаем: авось, это письмецо попадет к вам».

Оказалось, что в том бою, когда прорывались из окружения, Голосовский был ранен:

«Пуля мне попала под левый глаз и вышла через правую ноздрю, немного порвав ее. Я облился кровью и потерял сознание. Очнулся уже после захода солнца и услышал немецкую речь. Я понял, что кругом враги, видел сапоги солдат, проходивших мимо, обшаривающих трупы убитых. Я притворился мертвым и, как только стемнело, пополз… Утром наткнулся на небольшую группу красноармейцев и командиров, и в этот день вместе с ними еще раз, раненый, принимал участие в бою…»

Но выбраться к своим ребята не смогли. Наткнулись на немецкий разъезд. Дальше был плен, мучения, постоянное ожидание смерти. В письме Голосовский пообещал родным, что когда-нибудь найдет силы рассказать о нечеловеческих издевательствах над пленными.

Но Семену Семеновичу повезло. Вместе с двумя товарищами он сумел бежать из плена. Долго скитались они по лесам оккупированной Белоруссии, пока не выбрались к партизанам. Их проверяли в боях. Прошло немного времени и Голосовский стал комиссаром 3-го отряда 1-й Белорусской партизанской бригады.

Отсюда, из лесной глухомани, он отправил родным еще несколько писем, полных невыразимой нежности и любви. И вот наступил роковой день 17 сентября 1942 года. Отряд получил приказ взорвать мост через реку Шо - вывести из строя железную дорогу, по которой гремели составы врага. Охранялся мост мощно: минные поля, дзоты, колючая проволока. Отряду не удалось подобраться незамеченным. Немцы открыли бешеный огонь. Когда погиб командир отряда, бойцов в атаку поднимал Голосовский. Мост был взорван, но к своим ребята уходили уже без комиссара. Он погиб в том бою.

Похоронили Семена Семеновича в братской могиле вместе с четырьмя товарищами в лесу около деревни Липовки Прозорокского района. Посмертно он награжден орденом Боевого Красного Знамени.

А до Валентины Владимировны еще дошло одно письмецо от любимого, отправленное 10 сентября 1942 года, где так остро ощущается его талант очеркиста:

«Не думай, Валюха, что и мы здесь живем без улыбки, и у нас есть радостные минуты, особенно, когда возвращаемся с удачного «дела» и без потерь. Валюша, голова у меня совсем поседела, я еще больше почернел, сильно похудел и вот недавно, зайдя в одну деревенскую избу, я увидел себя в зеркале. Передо мной стоял в кожаной куртке, без шапки, с зачесанными назад сильно поседевшими волосами черноглазый худой человек средних лет (мне уже 39) с серьезным, даже чересчур строгим, усталым лицом. Из-под кожаной куртки виднелась гимнастерка, подпоясанная ремнем, портупея через плечо, на ремне кобура с наганом, а у пояса впереди круглая граната. Этот человек был в синих галифе и хороших хромовых сапогах. Это и был я - твой, немного уже позабытый теперь Сенька…»

Во все времена, когда Валентине с сыном было тяжко, они открывали эти письма и читали вслух. Юра вырос прекрасным человеком, уволился из армии в чине полковника. Но мать уже схоронила сына, это ее последняя боль. Всегда около сердца он носил слова отца из фронтового письма, по сути дела - завещание:

«Парень мой любимый, друг мой и товарищ золотой! Наверное, и в твою жизнь война внесла много перемог… Но крепись, Юрка мой хороший, пройдет война. Если я вернусь домой, будет у тебя крепкая уверенная поддержка в жизни, будешь учиться, и горизонты твоей жизни по-прежнему будут светлы и широки.

А если сразит меня тут вражеская пуля, ты, Юрочка, вместе с Валей держитесь дружно и крепко и в память обо мне учись еще лучше, будь храбрым и сильным волей человеком, а в благородстве и чистоте твоей я не сомневаюсь. Но все будет хорошо, мой дорогой парень, и я чувствую, что недалек уже день встречи».

Вот такой был редактор нашей газеты Семен Семенович Голосовский. Это о нем и сотнях таких же защитниках Родины написал поэт-фронтовик Георгий Суворов:

«В воспоминаньях мы тужить не будем,
Зачем туманить грустью ясность дней?
Свой добрый век мы прожили,
как люди,
И для людей».

Татьяна МАРКОВА

39

Новости партнеров

Loading...

Возврат к списку

На Тверском региональном этапе Всероссийского дня снега Морозовы опередили Снежковых
Накануне всю ночь медленно, но верно падал снег. В парке активного отдыха «Гришкино» на территории Калининского района и вовсе намело сугробы по колено.
16.01.201722:23
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 31 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию