22 Мая 2017
$57.16
63.65
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия


День Победы-2017 в Тверской области | Видеотрансляции

Торжества, посвященные празднованию 72-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне, в прямом эфире.

Подробнее

Новости дня
Культура01.06.2010

Служили два товарища

За четверть века работы в районной газете я написал десятки очерков о нелидовцах - людях труда, ветеранах войны

Очерк

За четверть века работы в районной газете я написал десятки очерков о нелидовцах - людях труда, ветеранах войны.

К сожалению, по причине «газетного распыления» на рядовые информации я не всегда мог взяться за перо как за весло, чтобы «выгрести на большое пространство». Нередко вместо внушительных материалов на газетных страницах оставались лишь наработки в блокнотах. И я почувствовал правоту в словах одного журналиста-классика: «Коллеги! Никогда не выбрасывайте записных книжек! С ними вы можете выбросить свою творческую судьбу».

И я понял.

Вот о чем речь. Долгое время я общался с ветераном войны и труда Федором Ильичом Новиковым; правда, в наших разговорах обычно «труд перевешивал войну», то есть беседы, как правило, касались работы этого человека на заводе гидропрессов, проблем предприятия. А потом однажды я его расспросил и про войну... Как он интересно о ней рассказал! Но ах, беда! Отложил я как-то в дальний угол этот блокнот с набросками будущего очерка, потом еле-еле его нашел. А Федора Ильича уже не стало. Горько.

Что ж! Попробую-ка я пройтись по старым следам.

Нужно. Свято.

Только вот подмывает опять поговорить с Федором Ильичом как с живым человеком, будто бы мы расстались с ним буквально вчера... Можно ли так? В творчестве все возможно!

Итак...

Федор Ильич Новиков для меня человек из легенды, хотя он и живет - такой простой и доступный - буквально рядышком, «через дорогу», а работает на заводе гидропрессов, стоит за станком и теми же руками, которые «понимали» пистолет, винтовку или автомат, нажимает кнопки вполне мирного агрегата, орудия...

Впрочем, мы с ним встречаемся, как правило, не на работе, а в «домашних условиях». Завороженно на него смотрю, завороженно слушаю. Хочу понять: что было в его сердце и памяти в том огненном пространстве-времени, которое зовется Великой Отечественной войной? Для нас, родившихся после нее, она воспринимается как далекое и не совсем понятное прошлое - то ли сказка, то ли быль.

Для него чем больше лет проходит с мая 1945-го, тем громче давно умолкнувшие залпы, тем сильнее дает знать в непогоду застрявшая в груди пуля и, переступив порог памяти, являются навестить во сне фронтовые друзья-товарищи, стоящие сейчас в священном строю Бессмертия.

- Память до сих пор мне покоя не дает, - признается Федор Ильич. И совесть, кажется, перед однополчанами чиста, но стою 9 Мая в минуту молчания - и слезы навертываются... Степу Никифорова жаль. Знали бы, что это за парень был! Федор Ильич продолжает, и Степа Никифоров для меня как живой: кареглазый крепыш с непокорной челкой на лбу. Таким и в школе был, в Ильинской средней, когда вместе с Федором Новиковым учился. Балагур. Весельчак. Ну и, конечно, озорник.

Это за школьным порогом. А на занятиях сидел - глаз с учителя не сводил, в тетрадку за ним записывал.

- Ты, Федь, не думай, что я какой-нибудь зубрила, - однажды даже извинительно сказал. - Нельзя мне плохо заниматься. В танковое военное училище хочу поступить. А там с математикой, говорят, строго.

- А почему в танковое?

- Слышал, небось, по радио, что в мире творится? Гитлер наглеет и наглеет. Танкисты сейчас как никогда нужны.

- Ну, на нас-то Адольф не попрет. Мирный договор... Риббентроп в Москву приезжал.

Усмехнулся в ответ Степан:

- И ты веришь? Все договоры этой фашистской сволочи до одного места... Чует мое сердце: грянет она, проклятая. Вон и песня про то же: «Если завтра война, если завтра в поход...».

И добился своего Степан. Поступил.

...А встретиться друзьям довелось в 1942-м под Курском.

Прибыл сержант Новиков по назначению в 170-ю танковую бригаду. Отрапортовал как положено. Вышел из штаба и остолбенел: ладный танкист с тремя кубарями в петлицах стоит на крыльце и курит.

- Степа!

- Федька, черт, откуда ты взялся?!

И ну обниматься!

- Полегче немножко, Федор, - слегка поморщился Степан.

- Ой, прости, не заметил... Рука у тебя, да?.. Значит, уже побывал в переделках?

- Довелось малость.

- Ну, рассказывай.

И Степан рассказал, как сражался их стрелковый полк, состоявший целиком из смолян. Геройски бились ребята! Сначала под Полтавой, потом под Киевом.

- Зубами, можно сказать, Федя, цеплялись за каждую пядь земли, положили фрицев незнамо сколько, да все ж таки не сдюжили - их же чертова силища перла!

- Говоришь, и в разведку ходил?

- Ходил. Мне, Егорову, Федорову и еще одному парню дали задание установить передний край обороны немцев. Установили - и двое с донесением пошли назад. А мы с Федоровым, значит, остались. Наблюдать за действиями противника.

- Ответственное дело.

- Еще бы! Но справились. А потом полк в атаку пошел. И огнем, и штыком дельно поработали. Выбили гадов! Правда, ненадолго...

- Это где ж было?

- Между Кунинском и Чугуевом в Харьковской области. А потом заняли оборону возле села Новоивановка; вот там-то меня в руку чмокнуло и грудь зацепило.

- Похоже, что и сейчас не прошло...

- Да и у тебя, гляжу, повязка.

- Нельзя в госпитале залеживаться. Время не то. Выписался досрочно, курсы радиотелеграфистов окончил.

- Стоп, стоп! Радиотелеграфистов, говоришь? Да ты ж для меня находка! Мне как раз на командирский танк радист нужен.

Историческая справка

«Летнее наступление 1942 года гитлеровцы начали на Воронежском направлении. Первый удар 28 июня был нанесен по стыку 13-й и 40-й армий Брянского фронта восточнее Курска. К исходу первого дня фашистам удалось прорвать главную полосу обороны и продвинуться в глубину на 8-15 километров.

Чтобы остановить продвижение противника, 29 июня на второй полосе обороны советских войск Тим-Погожее командование ввело в бой 170-ю танковую бригаду».

Ответственность за операцию была возложена на командира бригады подполковника Рудого.

- Задача понятна? - спросил он, выстроив подразделение.

- Так точно, товарищ подполковник!

(Юные безусые лица. Но в глазах - твердость и отчаянная решимость... Сколько их уцелеет?)

- По машинам!

Бешено ревут моторы, скорость на пределе! Навстречу - огненные плевки фашистских пушек.

Тщетно! Еще один миг - и они под колесами!

Сам Никифоров своим танком раздавил два орудия и станковый пулемет!

- Драпают паразиты!

Немцы не успели заметить, как в овраг юркнул серо-зеленый М-24, и сначала не поняли, откуда же их так сокрушительно лупят с фланга.

Один за другим запылали еще четыре танковых костра!

- Федя, снаряд!

Новиков неуклюже подхватил стальную кругляшку. А передать не успел: будто страшным молотком по броне садануло!

И сразу тишина.

Мрак.

И чем-то горячим руки обожгло.

Это была кровь командира роты старшего лейтенанта комсомольца Степана Никифорова.

Погибшего командира похоронили в селе Большие Бутырки Тимского района Курской области.

За подвиги в боях на Воронежском направлении Степану Никифоровичу Никифорову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

- Много разного после было, - Федор Ильич на миг закрывает глаза. Только на миг... Но я знаю, что этот миг вмещает в себя то, что стало содержанием романов и повестей о Великой Отечественной. Это и Сталинград.

- Немцы рвались на выручку Паулюсу. Фигушки! Наши танки быстро эту охоту сбили. Это и та самая не добром помянутая Курская дуга. Сражение под Прохоровкой.

- В фильме «Освобождение» в общем-то верно панорама боя дана. Но кино есть кино. Разве киношными средствами все покажешь? Солнечный день был, а солнца из-за дыма не видели... - вздыхает Федор Ильич.

Вот его фронтовые каленые пути-дороги - Ворошиловград, Павлодар, Белгород, Днепр, Белоруссия, Молдавия, Белосток, Данциг и, наконец, Штеттин, где кричали ребята: «Победа! Победа!». И палили из автоматов в весенний воздух.

И майор Новиков вместе с другими ликовал.

Блестели под майским победным солнцем на его груди ордена Великой Отечественной войны двух степеней, Красной Звезды, две медали «За боевые заслуги».

Губы улыбались, а на глаза накипали понятные и горькие слезы.

- Много разного было, - повторяет Федор Ильич. - Что-то ушло, что-то не так уже воспринимается. А вот Степу Никифорова не забыть. Сердцем помню.

Понимаю, что он и герой, и обелиск на его могиле стоит, а все кажется, что мало память о нем увековечена.

Думаю написать кое-куда: может быть, улицу в честь его назовут? А?.. - вопрошающе поднимает на меня взгляд Федор Ильич. - Ведь каким парнем был! И сейчас бы вместе с нами за одним столом сидеть мог.

Мы с Федором Ильичем Новиковым наклоняемся над книгой «Золотые Звезды калининцев».

С шестьдесят второй страницы на нас задумчиво и строго смотрит лицо Степана Никифорова.

Для одного из нас оно опять оживает.

Валентин ШТУБОВ

53

Возврат к списку

«Волжский хоровой собор» принял коллективы из Чехии, Литвы, Венгрии и Белоруссии
В Тверской области завершился IV международный фестиваль «Волжский хоровой собор». Свое мастерство показали лучшие хоровые коллективы из Москвы и Московской области, Санкт-Петербурга, Кирова, а также из Чехии, Литвы, Венгрии и Белоруссии. 
22.05.201721:43
Больше фоторепортажей
В этом году только в столице Верхневолжья он собрал более 28 тысяч человек, а в целом в Тверской области в ряды полка влились более 79 тысяч наших земляков. Акция «Бессмертный полк» прошла в Твери третий раз подряд.
09.05.201719:02
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию