23 Апреля 2017
$56.23
60.32
PDA-версия PDF-версия Аудиоверсия

Новости дня
Безопасность 01.06.2010

Два деда

Один из них – украинец по имени Никифор Корнеевич – отец мамы. Другой – Сергей Акимович, давший свою фамилию и русскую национальность моему отцу, а значит, и мне. Первого хорошо помню. Казалось, он круглосуточно копался во дворе нашего домика на окраине Киева, где прошло мое детство... Второго знаю лишь по фотографии 1932 года, висевшей в одном из домов в подмосковном Можайске, да по рассказам отца

Один из них – украинец по имени Никифор Корнеевич – отец мамы. Другой – Сергей Акимович, давший свою фамилию и русскую национальность моему отцу, а значит, и мне. Первого хорошо помню. Казалось, он круглосуточно копался во дворе нашего домика на окраине Киева, где прошло мое детство...

Второго знаю лишь по фотографии 1932 года, висевшей в одном из домов в подмосковном Можайске, да по рассказам отца. Украинская дочь одного и русский сын другого встретились вскоре после освобождения столицы Украины, чтобы навсегда соединить свои судьбы. Причем это были сын «врага народа» и дочь кулака, в рассказах которых о страшном детстве не раз обнаруживали немало схожего. Например, одну и ту же фразу о детских забавах, по сути – картину огромной трагедии миллионов. И детей, и взрослых…

Тряпичная кукла

Как сейчас – не знаю, а в конце шестидесятых, когда мы всей семьей приехали в село Безбородьки, что под Черкассами, тот дом, где мама родилась и прожила до девяти лет, еще стоял, и самим собою подтверждал тот факт, что дед Никифор и вправду был кулаком. Достаточно сказать, что в1929 году дом пустовал недолго, став затем сельрадой, или по-русски сельсоветом. Помню, как мы долго стояли здесь молча, словно вглядываясь в былое, и как мама наконец произнесла: «А вот здесь была лужа, в которую Гришка Лэдащий швырнул мою куклу». И заплакала…

«Лэдащий» в переводе с украинского – «лентяй». Впрочем, этого Гришку селяне звали еще и пьянчугой, и матерщинником, и строгальщиком, поскольку умел он лишь пить, материться да «строгать» вечно голодных детишек. «Помню, как приходил он к нам, чтобы поесть да постираться, – вспоминала мама. – А когда ваша бабушка брала его рубаху, с нее на пол вши сыпались. И при этом Гришка постоянно твердил: «Никифор, не пойму, почему ты хорошо живешь», как будто не видел, как наша семья пашет от зари до зари. Явился он к нам со своими собутыльниками и в тот день, но уже как «новая власть». От него-то я и услышала, что ваш дед Никифор – кулак, еще не зная, что это означает. Помню, как плакала мама, как отец кричал: «Дайте хоть скатерть взять: моя Сонька сама ее вышивала». Не дали…Но больше всего мне запомнилось, как я уже сидела на подводе, а Гришка подошел ко мне, дыша перегаром, потом вырвал из моих рук тряпичную куклу, сказал: «Хватит, наигралась, кулацкая дочка» – и швырнул эту куклу в лужу. А я еще тогда подумала: «Зачем же в лужу? Взял бы он эту куклу своим детям». Что и говорить, кулацкой дочкой была, каждый гвоздик ценить умела. Что потом? Вереница подвод к станции, перрон, битком забитый плачущими людьми, а потом – ночь, бесконечная ночь»… Долго стоял молча, и какой-то местный старик, подошедший к нам. Потом вздохнул и сказал: «Каким хозяином был Никифор! Гришке не один год понадобился, чтобы пропить да растерять все его добро. Вот так и со всей страной нашей…»

Мандолина

На ней в подмосковном Можайске секретарь парткома местной колбасной фабрики по имени Сергей Акимович учил играть своего Вовку – будущего отца автора этих строк. Учил до одной из ночей 1934 года, когда в дверь его квартирки постучали люди в черном. Многое из той ночи отец помнил слабо, а вот момент, когда один из тех, в черном, сначала что-то записывал, а потом вдруг встал, снял со стены ту самую мандолину и с размаху швырнул ее на пол, чувствовалось, осталось в его памяти навсегда. Как и фраза: «Хватит, наигрался…». Видимо, у раскулачивавших на Украине и уводивших в неизвестность в России и словарь был общий. Впрочем, отцу на всю жизнь запомнился и день, когда из ворот можайской тюрьмы вышла толпа, сопровождаемая конвоирами, и из нее он услышал голос своего отца, в какой-то момент перекрывший десятки других голосов криком: «Вова, передай маме, что я ни в чем не виноват!». Потом было письмо Сергея Акимовича из хабаровской тюрьмы с просьбой прислать лук и что-нибудь теплое. Однако из этой же тюрьмы в начале шестидесятых в ответ на запрос пришло сообщение о том, что такой заключенный в списках и 1934-го, и всех последующих лет не значится. А следом – не менее официальная бумага, но уже из Москвы. В ней звучало: «Земля Франца Иосифа», «был незаконно осужден», «реабилитирован» и целая таинственная фраза «умер в 1959 году при возвращении из мест заключения». Все..

Впрочем, нет, еще не все, поскольку в 1952 году отец, пройдя всю войну и решив поступать в военную академию, получил отказ, написав затем личное письмо Сталину. От мамы он тогда услышал: «Тебя посадят». Не посадили, но и не ответили…Спустя годы в приемной комиссии факультета журналистики МГУ автору этих строк вернули заявление о поступлении, объяснив это отсутствием у него московской прописки. Правда, одна из женщин, догнав его уже в коридоре, сказала шепотом: «Зачем ты указал в анкете про своих дедов? Ну и что из того, что сейчас 1964-й». Да я и сегодня отчетливо представляю ту куклу в грязной луже и ту мандолину, разбитую ударом об пол. И при этом как будто слышу хамское: «Годи, награлася», переведенное затем на русское: «Хватит, наигрался». Неужели это может повториться?

Автор: Владимир НЕУГОДОВ
16

Возврат к списку

Поисковики со всей России соберутся в Ржевском районе
В ближайший вторник рядом с деревней Есемово состоится открытие Международной военно-исторической поисковой экспедиции «Ржев. Калининский фронт».
21.04.201722:26
Больше фоторепортажей
 
Этот уникальный проект наша газета и областная универсальная научная библиотека имени А.М. Горького проводят при поддержке Правительства Тверской области. 
22.10.201604:07
Больше видео

Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
Новости муниципалитетов
Письмо в редакцию